"Пожиратель солнца". Компиляция. Книги 1-7 (СИ) - Руоккио Кристофер - Страница 137

– Точно. – Маэскол скрестил на груди руки, просунув левую под ту половину одеяния, что прикрывала боевые черные доспехи, очевидно давая понять, что разговор закончен. – Прошу прощения, но это место, оно… У нас, в нашем уголке Галактики, ничего подобного нет. Вам поистине посчастливилось, леди Анаис, сэр Эломас, жить в мире, где есть такое чудо.

Он посмотрел вверх, на огромный потрескавшийся каменный язык, нависший над плоским алтарем в центре зала, и покачал головой.

Леди Калима шагнула вперед:

– Поистине так, но мы должны возвратиться в столицу. Это маленькое приключение было… чрезвычайно приятным. Спасибо вам.

– Должны возвратиться? – Голос Эломаса прозвучал разочарованно, но мое внимание было целиком сосредоточено на гнетущей темноте над нами и вокруг нас. – Вы уверены, что мое вино не заинтересует вас?

В темноте никто не заметил, что я задержался в усыпальнице, как раскаявшийся грешник еще долго стоит в храме после отпущения грехов. Джаддианцы были третьими внепланетными гостями, которые посетили Калагах со времени нашего прибытия, но самыми важными из всех. Как бы сильно я ни интересовался ксенобитами, но, безусловно, был не одинок в этом. Младший директор компании «Идзумо» вместе со своей семьей побывал у нас с однодневным визитом незадолго до вторжения сьельсинов в нашу планетную систему. Вслед за ним прибыла группа норманских исследователей, оказавшихся на поверку обычными расхитителями гробниц. Я устал от любезностей и надеялся, спрятавшись в пещерном зале, пропустить прощание. Хотя я и беседовал какое-то время с мастером меча, но сомневался, что он меня хватится. Кроме того, мне редко удавалось побыть одному в этих развалинах. Вдруг мне почудилось, что на меня кто-то смотрит из глубины черного камня. Вспомнив свои недавние видения, я вздрогнул. Не нужно было рассказывать обо всем Валке. Она уже несколько недель почти не разговаривала со мной, а если и обращалась ко мне, то с натянутой вежливостью и холодной официальностью, вызванными в равной степени неловкостью и презрением. «Потому что вы невежественный дикарь из отсталого мира, который все еще верит в сказки».

– Потому что я идиот, – пробормотал я, – не понимающий, когда нужно держать язык за зубами.

Растопырив пальцы, я попытался обхватить каменную стойку толщиной в руку, что уходила по дуге к потолку и там раздваивалась, соединяясь с похожей на ветку дерева наклонной балкой, поддерживающей свод. И не почувствовал ничего необычного, как уже не раз со времени моего видения. Никакого холода, просто камень.

Я нахмурился.

– А я уже решила, что вы потерялись, – прервал мою задумчивость женский голос, и я с улыбкой обернулся.

– Нет, я просто…

Это оказалась не Валка.

– Привет!

Анаис Матаро стояла у входа в зал стройным темным силуэтом в полумраке, вьющиеся шелковые волосы, словно облако над ее головой, спадали на плечи.

– Ваш друг-рыцарь повис на ушах у джаддианцев, а я решила разыскать вас.

Ее туфли на твердой подошве громко цокали по каменному полу, юбка тихо прошуршала, когда Анаис подходила ко мне.

– Вы точно не можете улететь с нами сегодня?

– И джаддианцы согласятся подождать, пока я соберу вещи? – Это был щит из бумаги. – Я не хочу зависеть от их милости.

Девушка улыбнулась, сверкнув в тусклом свете зубами молочного, почти голубого цвета.

– Нет, думаю, что не согласятся. И все же мне хотелось бы, чтобы вы вернулись.

Я улыбнулся в ответ и кивнул. Она ожидала, что я соглашусь с ней, скажу, что хотел бы вернуться в Боросево, но я не стал лгать ей.

– По правде говоря, Боросево не кажется мне сейчас безопасным местом, то есть не будет безопасным, если на нас нападут сьельсины.

– Думаете, они могут напасть?

– Кажется, наши джаддианские друзья тоже так считают. – Я оглянулся на черную массу, нависшую над алтарем. – А вы можете, после той первой атаки, искренне сказать, что не верите в это?

Боги, как холодно стало в этом тоннеле, в этом зале, в темноте под миром! Тяжесть всей каменной толщи над головой сжала мою душу в крохотный комочек. Казалось, флот сьельсинов уже подошел близко, зловещий, как изогнутые колонны построенного чужаками лабиринта. Тени разума.

Девушка подошла ко мне сзади и обняла тонкими руками. Она ничего не сказала, просто обняла. Анаис была выше меня, так что ее подбородок прижимался к моей макушке. Приятно, когда тебя обнимают… и я так долго был лишен этого. И я не сопротивлялся поначалу. Пока в темноте не мелькнуло побледневшее от болезни смуглое лицо Кэт. Я сбросил с себя руки Анаис. Это была та самая девушка, которой меня продали.

– Анаис, отпустите меня.

Дочь графа вздрогнула, но не отстранилась. Хотя дистанцию между нами можно было измерять световыми годами, парсеками.

– Отец рассказал мне о своих планах… – призналась она.

Я сжал губы, не зная, что делать. Теперь я точно понимал, что чувствовала когда-то Кира.

– …О том, то вы должны стать моим консортом.

– Вашим племенным самцом, вы хотите сказать.

– И больше вы ничего в этом не видите?..

Я почувствовал тепло ее дыхания на своем затылке.

– Так не должно быть, неужели вы не понимаете? Мы можем стать… полезными. Для Эмеша, для наших детей.

– Наших детей?..

Мысль об этом не укладывалась в моей голове. Дети. Что я должен был ответить ей? Генетические образцы можно получить и без моего согласия. Я мог доживать свой век в заточении или в летнем дворце, как моя мать. Но у меня не было власти, не было выбора. Мои мускулы под кожей обратились в мрамор, я стоял неподвижно, словно эти безобразные колонны, что поддерживали темноту.

– Анаис, я не хочу даже говорить об этом. Мой отец отказался от меня. Ваш отец охотится… за моими генами, словно я породистый жеребец.

Она по-прежнему молчала, лишь еще крепче прижималась ко мне. Дрожала? Боялась? Или боялся только я? Не говоря ни слова, она прикоснулась рукой к моей щеке и развернула меня к себе. Мое тело словно налилось свинцом, я посмотрел на ее лицо в полутьме и открыл рот, собираясь сказать еще что-нибудь, но не находя нужных слов.

И тут Анаис поцеловала меня.

Я замер.

Здесь, в этой холодной пещере, она была теплой и доступной… но я не хотел ее.

– Все совсем не так, – прошептала она.

Я вытянул руки перед собой, удерживая ее на расстоянии.

– Нет, все именно так.

– Но вы же станете властелином Эмеша вместе со мной. Можете себе представить?

Я мог представить и сказал ей об этом. Но власть подобна магниту, она действует в двух направлениях – отталкивает точно так же, как и притягивает. Мои мать с отцом были узниками своего положения и своей крови. Им не позволили сделать собственный выбор. Таким же был и я – бессильным и зависимым от благосклонного внимания Анаис. Мне вспомнилась та безлунная ночь в Боросево, когда меня со смехом вытаскивали из моего убежища. Я закрыл глаза, отгоняя видение.

«Я не хочу этого», – собирался ответить я, но вместо этого услышал неотличимый от моего голос:

– Какой чудесный это будет день!

А что еще я мог ей сказать? Как солдат перед легатом, как простой корабельщик перед капитаном или как когда-то Кира передо мной, я был беспомощен перед этой девушкой и государственной машиной, которую она представляла. Она получит меня, и что бы я ни сделал, это ничего не изменит.

– Но боюсь, ваш двор не примет меня, после того как Гиллиам…

Она прижалась ко мне, уткнувшись лицом в яремную ямку. Мое тело предательски отозвалось. Меня едва не стошнило.

– Не хочу говорить о Гиллиаме. Мы заставим их принять вас. Это мой двор, моя планета. Моя родовая планета. Мы покажем им, вы и я.

Я остолбенел на какое-то мгновение и не успел пошевелиться, как ее губы впились в мои. У них был вкус пепла.

– Адриан, я… ох!

Услышав этот голос, я оттолкнул Анаис от себя, чувствуя, как кровь приливает к моему помрачневшему лицу. Анаис, возбужденно дыша, со смешком обернулась, а мое сердце превратилось в стекло, как немного раньше мускулы превратились в мрамор, и разбилось на осколки, упав на землю.