Диктатор 2 (СИ) - Агишев Руслан - Страница 5

За последние годы по советским вооруженным силам было нанесено несколько очень болезненных ударов, еще более ухудшивших их состояние. Первый удар нанес Горбачев со своими половинчатыми реформами армии, второй удар — вывод войск из стран бывшего социалистического лагеря. Третьим ударом стал завершение афганской кампании. Были и другие удары, связанные с масштабным экономическим, социальным и идеологическим кризисом в стране.

Некогда монолитная, сцементированная единой идеологией, армия на глазах превращалась в аморфное объединение огромного числа соединений, разбросанных по всей территории Союза. Армия, созданная для войны и во имя войны, теперь занималась всем чем угодно, кроме войны. Солдаты собирали урожай, строили дороги и дома, красили заборы, работали на кухне. Измотанные безденежьем и бытовой неустроенностью, офицеры забывали про военную подготовку своих бойцов и занимались поиском денег.

— … Советская армия станет армией профессионалов, базирующейся на многомиллионном мобилизационном резерве. Мы лишим армию несвойственных ей гражданских функций, сосредоточимся только на военной подготовке и оттачивании профессионального мастерства. Кардинально пересмотрим военную стратегию, прекратив плодить бесполезных псевдосоюзников, и без всякой пользы тратить миллионы полновесных рублей.

— Лихо запрягаешь, Валентин Иванович, — покачал головой маршал. — На профессиональную армию глядишь, как на западе? На манер французского иностранного легиона…

Варенников кивнул.

— Не вижу ничего плохого в такой структуре, как иностранный легион. Афган показал, что эффективно с минимумом потерь могут воевать только опытные профессионалы, а не солдаты-срочники. Разве не так? Так, Дмитрий Тимофеевич. Будет именно так.

Глава 3

Новый Красный поворот

Военная реформа в СССР, которую позже американские советологи назовут Новый красный поворот, началась не с громких заявлений с высоких трибун о том, что Родина в опасности, что враг наступает, что армия слаба, как никогда. Подготовительная работа проходила тихо и незаметно в кабинетах генерального штаба, где готовился новый проект советской военной доктрины. На бумаги фиксировались не столько современные реалии военно-политической обстановки, но и потенциальные перспективы будущих изменений, как оказалось, пока известные лишь одному человеку.

— … К сожалению, в соответствии настоящей военной доктриной Советский Союз готовится к участию к прошедшей войне — выступал генерал Варенников перед специальной группой аналитиков генерального штаба, которой и было поручено в ускоренном порядке подготовить новый вариант военной доктрины. На таких встречах новый министр обороны высказывал те ориентиры развития военного дела, которые сейчас еще были в новинку и многими воспринимались в качестве откровений. — Именно так было при Николае I, который вместе со своими генералами готовился к новой «войне с Наполеоном» на территории Австрии и Пруссии, и на военных учениях «разыгрывали» события 1805 года. В реальности же угроза «пришла» с юга — морские державы — Франция и Великобритания — ударили в Крыму. Подобная ситуация повторилась в 1939 году в Финскую войну и в 1941 г. в начальный период Великой Отечественной войны. Сегодня перед нами встала та же самая проблема — подготовка не к войне прошлого, а к войне будущего.

Реализация горбачевского «Нового курса» ставила на передний план задачу «предотвращения войны». Если в военной доктрине 70-х годов в период военной агрессии против Советского Союза предусматривались военные действия за пределами страны, то в доктрине горбачевского периода это категорически отрицалось. Еще более «диким» с военной точки зрения было взятое на себя в одностороннем порядке обязательство не начинать полномасштабные военные действия в случае военной агрессии против СССР в течение определенного времени. Предполагалось, что за это время должны пройти некие «минные переговоры», и только по их неудовлетворительным итогам можно было дать отпор врагу. Получается, враг наносит удар по советским военным базами, города, а военное командование Советского Союза ждет, пока пройдут переговоры.

— … Что это такое? Как такое могло оказаться в основополагающем военном документе страны? В чем причина? Откровенный непрофессионализм, глупость, вредительства или предательство? — Варенников и не думал смягчать тон, бросая эти обвинения. Ведь, перед ним сейчас сидели и те, кто приложил руку к разработке этих, мягко говоря, странных положений. — В свое время мы обязательно вернемся к ответственности каждого, но сейчас необходимо двигаться дальше. Итак, пацифизм и неприятие войны, как способа разрешения конфликта, не может лежать в основе новой военной доктрины. Горбачев ошибся, провозгласив наступление эпохи всеобщего мира и согласия между державами. Уверен, что нас ждет период международной нестабильности, масштабного применения силы при решении международных конфликтов, к чему нужно готовиться со всей серьезностью. И первым шагом в указанном направлении станет отказ от обязательства не применять первым ядерное оружие…

В обновленной доктрине говорилось о постепенном изменении характера военных действий, когда наряду с традиционными военными конфликтами все чаще будут происходить и конфликты нового типа, так называемые гибридные войны, то есть скоординированное использование на поле боя военных и невоенных средств. Обоснование понятия «гибридная война» произвело на многих военных специалистов генерального штаба такое большое впечатление, что вскоре в министерстве эти положения называли не иначе как доктриной Варенникова.

— … С совершенствованием технологий, как военного, а также гражданского назначения, будет меняться правила и характер войн. То, что ее вчера казалось невозможным или трудноосуществимым, сегодня или завтра станет совершенно обыденным. Поэтому необходимо уже сейчас в развитии вооруженных сил закладывать такие ориентиры, которые позволят подготовить армию, государство и общество к конфликтам нового типа. Причем такого рода конфликты — это не дело далекого будущего. Уже сейчас Советский Союз в полной мере испытывает на себе воздействие таких средств и методов, которые грозят наступлением крайне негативных последствий. Я говорю о зарубежном финансировании наших некоторых книжных издательств, общественных организаций, политических партий, особенно в национальных регионах Советского Союза. Дело доходит до того, что зарубежные фонды, основанные на деньги сбежавших от возмездия нацистских преступников, финансируют печать учебников по истории для советских школ в ряде наших областей. Они напечатаны на высококачественной бумаге, с красочными иллюстрациями, но с совершенно искаженным содержанием советской истории. Дальше мы столкнемся с усилением информационных компаний, направленных на дестабилизацию общества, на подрыв легитимности существующего строя, на искажение истории и т.д. И все это часть военного конфликта нового типа, в частности использование средств государственной власти ниже военного порога.

Большое внимание в доктрине по настоятельному требованию Варенникова было уделено таким новейшим технологиям, как беспилотные комплексы воздушного, морского и наземного воздействия. Обосновывалась потребность в развитии наступательных и оборонительных средств воздействия, построенных на беспилотных технологиях.

— … Не нужно делать столь скептическое выражение лица, товарищи. Нет никакого сомнения, что мы стоим на пороге качественно нового этапа в развитии беспилотных технологий. Уже сейчас такие наши беспилотные авиационные комплексы, как Ту-141 «Стриж» и Ту-143 «Рейс», выглядят откровенными динозаврами на фоне американского Pioneer RQ-2А, и перспективного Predator. Они отстают от американских аналогов по незаметности для радаров, по устойчивости к электромагнитному воздействию, и по целому ряду других параметров. Наметилась устойчивая тенденция к удешевления беспилотных аппаратов, повышению их ударной мощи и универсализации. Не пройдет и двух десятилетий и на поле боя будут господствовать не танки и вертолеты, а смертоносные дроны самых разных модификаций — разведывательные, ударные, морские, самолётного и вертолётного типа. Всеобщая миниатюризация, дальнейшее развитие технических средств поражения сделают их господство преобладающим. Без всякого преувеличения боец не сможет поднять головы без боязни своего обнаружения и последующего поражения. Вот к какой войне нам нужно готовится, товарищи.