Остров миллиардеров. Часть 2 (ЛП) - Хиллиер Оливия - Страница 23

Он протянул мне руку, и я пожала ее. Я оценила это рукопожатие. Оно было крепким и уверенным, что заставило меня усомниться в своем первом выводе о его робком характере. А еще я была рада, что он не попытался полезть ко мне с обнимашками.

— Да. Извини за тот удар локтем, но ты, очевидно, отлично владеешь приемами самообороны.

За время моей практики бывало несколько случаев, когда и жертвы, и подозреваемые по моим делам пытались замахнуться на меня, но еще никому не удавалось поставить меня в такое уязвимое положение, как сейчас.

— У меня тройной черный пояс.

— О, тогда многое объясняет.

Он поджал губы и кивнул, не сводя с меня глаз, будто пытался полностью меня прочесть. А ведь в этом я была мастером. Это была моя коронная тактика — считывать людей, — и теперь, когда она исходила от него, мне становилось не по себе.

— Слушай, прости. Давай правда начнем сначала? — переспросил он. — Давай просто сделаем вид, будто ничего этого не было. Мне действительно стоило включить свет, когда я сюда пробрался. Я ведь не сделал тебе больно?

— Нет, я в порядке. Но мы можем начать сначала за чашкой кофе?

Его лицо озарила улыбка. Очень привлекательная улыбка, одновременно дерзкая и умная. Небесно-голубые глаза зажглись, а на левой щеке показалась ямочка. Я мысленно сокрушалась от того, насколько отчетливо видела в этом мужчине все то, что так привлекло Молли. Да и кого бы это не привлекло? Молодой красавец-миллиардер с собственным частным островом. Странным частным островом, который даже на Google Картах толком не находился. Я сделала себе мысленную пометку расспросить его об этом позже. Интересно, во сколько ему обошлось скрыть свою землю настолько тщательно, чтобы даже спутники о ней забыли?

— Что ж, тебе повезло, потому что кофе — как раз то, зачем я сюда спустился. И должен сказать, я делаю просто потрясающий капучино.

— Я не особый любитель шоколадной крошки сверху, но если сможешь сделать мне тройной крепкий латте, то я в деле.

Генри прошел вглубь кухни, достал два высоких табурета и поставил их по обе стороны от большого стола из нержавеющей стали. Затем вернулся к холодильнику. Я медленно следила за каждым его движением.

— Плохо спалось? — поинтересовался он.

— Как ты догадался? — спросила я и тут же пожалела об этом вопросе: я еще даже не смотрелась в зеркало и не знала, насколько глубокими стали мешки под глазами. Впрочем, под яркими люминесцентными лампами кухни они наверняка были видны во всей красе.

— Я и сам еще тот любитель не спать, так что большинство моих утренних подъемов, как и сегодняшний, не обходятся без тройной порции эспрессо. К тому же держу пари: ты спала на новом месте, встала в такую рань, хотя формально находишься в отпуске. Обычно у тебя очень стрессовая работа, так что переключиться тебе, должно быть, невероятно сложно. А еще ты только что узнала, что твоя сестра через пару дней выходит замуж за парня, которого ты ни разу в жизни не видела.

Я не удержалась от смешка, пока он доставал из холодильника молоко и направлялся в угол комнаты, где стояла одна из самых больших и самых устрашающих на вид кофемашин, какие я когда-либо видела. Теперь я даже обрадовалась присутствию Генри — сама бы с этой бандурой ни за что не разобралась. Стук в моей голове становился все громче.

— Вау, а ты меня насквозь видишь, — произнесла я.

В моих словах не было комплимента, но, когда кофемашина выпустила струю пара, он лишь расхохотался.

— Я просто понимающий человек, вот и все. Сам испытываю то же самое во многом: тяжелая работа, вечный перегруз мыслями, неспособность расслабиться. Сестры у меня нет, но могу представить, каково мне было бы на твоем месте.

— У тебя есть братья или сестры? — спросила я.

Он принес к столу две большие кофейные кружки.

— Нет. Я единственный ребенок в семье.

— Черт, это мощно, — вырвалось у меня. — Извини, я не про то, что ты единственный ребенок. Я про кофе.

— Я понял, — он мигнул мне. — Ужасно признавать, но, кажется, я варю кофе лучше, чем Джеки и весь остальной персонал. Так что, если тебе когда-нибудь понадобится доза кофеина, ты знаешь, к кому обращаться.

Я кивнула. Выдавливая из себя улыбку, я не могла не подумать о том, насколько фальшиво прозвучало это замечание. Вряд ли миллиардер станет сам варить себе кофе в собственном особняке, если только это не раннее утро, пока слуги еще спят.

— И что Молли рассказывала тебе обо мне? — спросила я, пытаясь завязать хоть какой-то разговор. Я не любитель светских бесед, а за прошедший день с меня с лихвой хватило Лотты и Рейвен. Мне до безумия хотелось узнать, какие байки моя сестра наплела обо мне своему будущему мужу. Казалось, он уже знал обо мне слишком много, но я сомневалась, что он станет выдавать секреты моей сестры и честно выложит все, что она ему наговорила.

— Она сказала, что ты один из лучших детективов в стране... Что, признаюсь, меня ужасно интригует. Но еще она сказала, что вы очень разные.

Первая встреча с мужчиной, который засыпал мою сестру любовными признаниями и завоевал ее сердце, а он уже умудрился заставить меня рассмеяться. Должно быть, я просто сильно устала. Все шло совсем не так, как я себе представляла. Возможно, мне действительно стоило выпить две такие чашки.

— Да уж, это исчерпывающе описывает наши различия. Но до лучшего детектива страны мне далеко, скорее уж в масштабах Филадельфии. И да, мы с Молли — противоположности. Но это не значит, что я не люблю ее до безумия. И если кто-нибудь причинит ей боль, я лично позабочусь о том, чтобы карма настигла его по полной.

Ладно, так-то лучше. Я почувствовала, что ко мне возвращается прежний настрой.

Генри выпрямился, сделав долгий глоток кофе. Кажется, он ни разу не отвел от меня взгляда. Этот человек вообще моргает? В нем ощущалась самая бешеная энергетика из всех, кого я встречала, а уж для человека, который постоянно крутится среди преступников, это о чем-то да говорило.

— Я иного от ее сестры и не ожидал. На самом деле приятно знать, что рядом с Молли был такой сильный человек. Но ты недооцениваешь ее, если думаешь, что вы настолько разные. Молли веселая и легкая на подъем, но в ней есть и сильная, неукротимая сторона. Она невероятная женщина, Элиза. И во многом это заслуга ее старшей сестры.

Он действительно только что сказал мне это?

Никто и никогда не говорил мне подобных слов. Ни Молли, ни наша тетя, ни Джордан — ни один человек из тех, кто знал меня и понимал нашу с сестрой ситуацию.

Я больше не могла смотреть на него и сделала жадный глоток горячего кофе, обжегшего мне язык. Я хотела ненавидеть этого парня. Я шла сюда с твердым намерением ненавидеть Генри. Ненавидеть его было логично: это вписывалось в картину, которую я нарисовала в своей голове, и подпитывало то липкое чувство, не покидавшее меня с момента их знакомства и до последнего сообщения Молли.

Но сейчас он стоял передо мной и произносил слова, которые я жаждала услышать с тех самых пор, как больше двадцати лет назад умерли мои родители.

Ты отлично справилась, Элиза. Ты не просто сделала все, что могла, ты чертовски хорошо справилась.

Моя сестра была в безопасности. Она отхватила себе, черт возьми, миллиардера. И этот миллиардер, возможно, обладал куда большим эмоциональным интеллектом, чем я готова была ему приписать.

Я снова впилась взглядом в его глаза, пытаясь разглядеть хоть каплю фальши, малейший наклон головы или сомнительный прищур — хоть что-то, что доказывало бы: он мне врет, просто пытается провернуть со мной тот же трюк с любовным обольщением. Я пристально смотрела на него, сжав губы и выжидая.

Но ничего не нашла.

Черт, а ведь этот парень, возможно, все это время был предельно честен. Возможно, он просто по уши влюбился в мою сестру, и, честно говоря, я не могла его за это винить.

— Я могу гарантировать тебе, что никогда не сделаю ничего, что могло бы ранить твою сестру. Я знаю, что все это выглядит слишком поспешным, и, как бы безумно это ни звучало, я сам от себя такого не ожидал. Я всю жизнь прожил, с головой уйдя в работу, и боялся, что моя способность любить просто угасла. Но я не могу отрицать того, что почувствовал, когда впервые увидел твою сестру. Все было прямо как в этих клишированных историях. Я встретился с ней взглядом, и что-то внутри меня мгновенно прошептало: возможно, именно она — другая. Возможно, она — та самая. Возможно, это и есть то самое чувство, о котором все твердят. И чем больше я узнавал ее, тем сильнее убеждался в своих чувствах. Я знаю, что все происходит быстро, но это искренне, я тебе гарантирую. И Молли чувствует то же самое. Она ведь не из тех женщин, которые станут принуждать себя к тому, чего не хотят.