Центр притяжения (СИ) - Кас Оксана - Страница 59

Хотя агентство было очень недовольно тем, что Хару и Тэюн наотрез отказались брать с собой в Европу охрану.

Хару ждал этот отпуск уже несколько месяцев, причем не столько из-за усталости, хотя он, конечно же, устал, сколько из любопытства.

Но за день до вылета он снова поссорился с Данби. Не так, чтобы это стало причиной скандала и расставания, но все же…

Amanwana — очень уединенный курорт, вся концепция этой сети отелей построена на уединении и спокойствии. Хару уже узнавал — они могут обеспечить ему абсолютную приватность, никто никогда не узнает, с кем он там отдыхал. Его номер рассчитан на двоих, то есть, можно приехать с девушкой и это никак не снизит уровень комфорта, только увеличит стоимость. Хару очень хотел взять с собой Данби. Пустынный пляж, купание под водопадами, уединенная вилла, вежливый и ненавязчивый персонал. У них был бы прекрасный отпуск, практически медовый месяц, только без свадьбы. Все траты на это путешествие Хару взял бы на себя, потому что ему действительно очень хотелось разделить это время с девушкой, которая ему нравится.

Но Данби упрямо стояла на своем — она не готова так рисковать. Все попытки Хару убедить ее в полном отсутствии рисков натыкались на упрямое «нет». Было очень обидно это слышать, особенно, не имея логичного объяснения. Пожалуй, если бы она с самого начала сказала, что не понимает концепцию спа-отеля и отдыха в дорогом кемпинге, он бы воспринял это легче. Но Данби упрямо твердила, что об их отношениях станет известно фанатам, а она этого боится.

Поссорились.

В ночь перед вылетом Хару долго не мог заснуть, все ворочался в постели и думал о сложившейся ситуации. Точнее — о собственных чувствах. Почему отказ Данби так сильно его задевает? Внутри клокотала смесь обиды, разочарования, даже, в некотором роде, злости. Хотелось просто похитить эту упрямую девчонку и отвезти на отдых силой. Вредина.

Но почему? Почему он все ворочается в постели, не в силах отпустить ситуацию? Ну не хочет она с ним отдыхать — бывает, не все люди любят путешествия. Она имеет полное право отказать ему, это его обида больше похожа на каприз ребенка.

Возможно, это потому, что для Хару важно, чтобы близкий ему человек разделял его увлечения. За годы в индустрии мечта Хару объехать весь мир никуда не делась, мировые туры с короткими прогулками по крупным городам лишь подогрели его страсть. И, наверное, ему все же хочется, чтобы его… избранница, если угодно — любовница, или невеста, потенциальная супруга, — разделяла его увлечения. Пусть не все, но путешествия… это для него действительно важно.

А еще где-то под конец этой бессонной ночи ему в голову пришло, что он чувствует себя обманутым из-за всей этой ситуации. Словно он пытается сделать Данби частью своей жизни, а ее интересует… получается, преимущественно секс. Странная смена ролей.

Хару не стал бы переводить дружеский флирт с Данби в русло романтических отношений, если бы не верил в потенциал этих самых отношений. Он, конечно, не собирался звать ее замуж в ближайшее время, но она никогда не была для него «просто интрижкой». Как бы предполагалось, что они побудут вместе лет пять, узнают друг друга получше, как раз закончатся контракты и, если за это время они не расстанутся из-за разности характеров, будет у них семья и дети. Этот сценарий был призрачным, ведь почти за год отношений Хару не сказать, что хорошо узнал Данби. Да и она тоже не особо интересовалась его жизнью. То есть, уже возникала на грани сознания мысль, что это все же интрижка, а не нормальные отношения, но Хару гнал эту мысль прочь. Она и сейчас кажется ему неприятной. И он не может объяснить — почему ему неприятно об этом думать. Он ведь не может сказать, что безумно влюблен, но раньше даже и таких чувств не испытывал к девушкам. У Антона было, но те эмоции воспринимались сейчас как-то тускло. И времени много прошло, и… тело другим стало.

Заснул Хару только под утро. Не сказать, что он всю ночь думал только о Данби, периодически он отвлекался на мысли о будущем парней-трейни, обдумывал идеи для своего бренда, размышлял о том, что будет делать в отпуске, стоит ли снимать какой-нибудь контент для социальных сетей, раз все равно Данби с ним не едет… Это была одна из тех неприятных ночей, когда тревожные мысли держат тебя в полудреме.

С утра из-за этого настроение было не самым приятным. Чемоданы собраны — и тот, который полетит с ним в Индонезию, и второй, для Европы. Хару позавтракал с бабулей и дедулей, ближе к обеду сел в такси и отправился в аэропорт.

Бизнес-класс, прямой рейс до Бали. Там — быстрый паспортный контроль, его уже встречал представитель отеля. Трансфер Хару — маленький гидросамолет. Внутри он выглядит вполне комфортабельно, но было немного страшно лететь на таком маленьком самолетике.

На песок острова Майо Хару ступил только вечером. Самолет практически сразу развернулся — и отправился в обратный путь, никого не забирая с острова. Тот же человек, что встречал Хару в аэропорту, проводил его до палатки, подсвечивая дорогу в сумерках красивым ручным фонариком: полноценно освещалась только пристань, в самом отеле-кемпинге свет тусклый, если ты впервые здесь, это тебе вряд ли поможет. Уже было понятно, что ночью Хару сможет насладиться звездным небом.

Нельзя сказать, что Amanwana — классический кемпинг. «Вилла» стоит на деревянном помосте, есть своя терраса с парой шезлонгов, все стены — деревянные, с огромными панорамными окнами. Но крыша дома действительно брезентовая, как у шатра. Края этой брезентовой крыши выходят далеко за пределы стен, усиливая впечатление, что ты живешь в палатке. Очень шикарной палатке.

Номер достаточно просторный. Огромная кровать, уютные кресла и диван, есть небольшой столик. За перегородкой — полноценная ванная комната. На столике у окна уже стояла корзина с фруктами. А у дивана, к огромному удивлению Хару, поставили гитару.

Из окон открывался потрясающий вид на море. Хотя в буклетах и пишут, что из тентов открывается вид на океан, но это они для красивого описания придумали, ведь чисто технически остров находится в море. Вдалеке виднеются очертания земли. Вечером они кажутся чем-то вроде дымки над поверхностью воды.

Персонал отеля сразу уточнил у Хару, будет ли он ужинать в номере или пройдет в ресторан. Хару чувствовал себя усталым, сказывалась бессонная ночь, поэтому попросил накрыть ужин на террасе, а ресторан он осмотрит уже утром.

Приняв душ и переодевшись в простой льняной костюм, купленный специально для отдыха здесь, Хару устроился на террасе. Удобное кресло, мягкое освещение, шум волн, из джунглей доносятся возгласы птиц. На ужин свежая рыба, как он любит.

Было ощущение, что он словно медленно расслабляется, растекается по креслу. Похоже на то, как будто ты, замерзший, погружаешься в горячую ванну и чувствуешь, как постепенно холод отступает. Вот и тело Хару покидало напряжение последних дней… скорее даже — последнего месяца.

Доев вкуснейший ужин, Хару еще около часа сидел на веранде, просто смотрел на морской берег, слушал шум волн… думал о всяком.

И ночью спал как младенец.

На следующее утро его прямо у порога палатки встречал один из сотрудников отеля. Он спросил — все ли нравится, можно ли разобрать чемодан и нужно ли Хару приносить утром кофе, или он предпочтет пить его за завтраком в отеле. Хару ответил, что ему все нравится, чемодан разобрать можно, а кофе он выпьет в ресторане. Но сначала хочет поплавать.

Море в начале сентября теплое. Волны бились о берег плавно, но Хару все равно было сложно плавать, он неуверенно себя чувствовал в из-за волн, мало опыта. Но все равно тело наполнялось ощущением восторга. Это было слишком прекрасно, он словно оказался на необитаемом острове, ведь огромный пляж в это время был абсолютно пуст, ни души вокруг. Только он — и рассветное солнце, которое рассеянными светом золотило поверхность воды.

Плескался он от силы минут двадцать, но за это время в его номере чемодан был уже разобран, все льняные костюмы, которые он купил специально для отдыха, не только развесили в шкафу, но даже успели отпарить.