Центр притяжения (СИ) - Кас Оксана - Страница 53

Мухён в группе будет гарантированно, он нужен как минимум для привлечения внимания к дебюту, как максимум — потому что за это время он действительно стал опытным исполнителем. И он достаточно популярен сейчас.

Хару пока не знает, сколько человек будет в группе, но Роун сразу сказал, что двенадцать — слишком много, кому-то придется отказать. Хару, чтобы лучше понимать, с кем ему предстоит работать, отсмотрел все отчетные выступления парней за полгода. Так как тренируются они уже давно, уровень навыков очень высок, выбирать практически бессмысленно, бездарей не осталось. Значит, в дело вступают внешность, личность и умение быть интересным для поклонниц.

Хару лично пришел к трейни с пиццей и напитками. Для разговора он установил камеру на маленький штатив и попросил менеджера Пён их снимать. Это уже дало трейни поднять, что подготовка к дебюту началась. В агентстве еще никто не знает, что Хару будет отвечать за концепт группы, поэтому трейни, скорее всего, восприняли его визит как часть предебютного контента: старший товарищ пришел поболтать с ними о жизни и славе.

Они такие дети… Хару даже не знал, как иначе их характеризовать. Веселые, из-за волнения очаровательно неловкие, кто-то молчаливый, кто-то болтливый, но все очень… очень дети. Доверчиво смотрят на Хару, рассказывают ему о своих тревогах, мечтают о дебюте в составе двенадцати человек и заранее знают, что такой исход маловероятен, ведь большие группы дебютируют редко.

Дружные.

Именно это удивило Хару больше всего. И это же подтвердили их наставники. Сложно сказать, как они сработаются с Мухёном, ведь того нет уже два года, но эти одиннадцать детей реально хорошо дружат. Для такого большого коллектива это редкость, обычно парни внутри делятся на небольшие группы, которые между собой пусть и не враждуют, но не особо-то близком общаются. А эти… Хару заметил, что есть условные «парочки лучших друзей», но они все равно ощущались цельным коллективом из одиннадцати парней.

Минсо права в том, что любой концепт, кроме «соседских парней», лишит их главного преимущества: природного обаяния.

Помог ли этот разговор Хару? Не особо. Он вообще несколько недель пребывал в очень странном эмоциональном состоянии. Обычно ему сложно принять решение, но после его принятия он уже просто действует. В этот раз… вроде все решил, но сомнения не проходили.

Из-за этого многие события словно смазались. Первый запуск блокнотов Хару прошел успешно. Так как это бренд знаменитости, продажи на старте были высокими, а после — ожидаемо упали… до момента, когда начали выходить обзоры блогеров, которым Хару разослал продукцию. После этого бренд начал стабильно продаваться в книжных магазинах и на сайтах.

К слову, типография Хару вообще без дела не простаивала, постоянно были сторонние заказы — мерч для Sanho, мерч для New Wave, периодически появлялись заказы на печать каталогов, корпоративной продукции вроде подарочных ежедневников и календарей. Хару заранее планировал брать такие заказы, без них не было смысла в покупке большой промышленной типографии, так что совсем без денег сам Хару не останется.

Хару думал, что будет счастлив, когда состоится первый запуск бренда… но он был слишком занят другими мыслями, поэтому радости не ощущал.

В это же время началась учеба в университете, Хару привычно взял два предмета. В августе вышел альбом, он очень хорошо продавался, хотя планка «In the dark side» так и осталась недостижимой. Хотя, как справедливо отмечают многие люди из индустрии, вряд ли к-поп в скором времени сможет вернуться к цифрам тех лет. Но даже три миллиона проданных копий — это большие деньги.

Группа продвигала титульник на музыкальных шоу в течение двух недель, проводила фансайны, шутила с фанатами и обещала скоро вернуться с новой музыкой. Их треки снова поднимались высоко в чартах, Mafia получила PAK. Все было хорошо. Но Хару словно и не жил, все размышляя о правильности своих поступков.

— Ты какой-то загруженный в последнее время, — заметил Шэнь ранним утром.

Они только что закончили промоушен, это был первый нормальный выходной за две недели и Хару не ожидал встретить кого-то на кухне в пять часов утра.

— Опять не спишь… не ешь… ходишь мрачный, — продолжил Шэнь, стоя над яйцеваркой.

Хару задумчиво наблюдал за его действиями, но с ответом не спешил. Шэнь его не торопил. После яиц он занялся перекладыванием кимчхи из огромного чана в более удобную емкость. Кимчхи обычно готовят из четвертинок капусты, в таком виде и хранят, но для еды эти четвертинки достают, нарезают кухонными ножницами на кусочки поменьше и кладут в более удобную тару. Вот Шэнь и занялся этим, даже перчатки надел, потому что кимчхи готовила бабуля Хару, а она перца не жалеет.

— Я ем, — ответил Хару, указывая на тарелку с омлетом.

— Ага, по будильнику, — хмыкнул Шэнь. — Все в порядке? Что-то случилось дома?

Хару вяло ковырялся в тарелке. Есть действительно не хотелось… причем уже давно. Пропажа аппетита из-за нервов тоже стала обыденностью, Хару просто заводил будильники и съедал то, что подвернется под руку. Так как ему что омлет, что булка, что пучок укропа на вкус одинаково неприятны, он ест через силу, мало.

— Дома все в порядке, — ответил Хару.

— Тэюн говорил, что есть какие-то проблемы в бизнесе…

— Там все уже решено. Деньги потерял, конечно, но адвокаты считают, что удастся вернуть большую часть. Просто… Это долгая история.

— Если ты считаешь, что кто-то после промоушена проснется от запаха вареных яиц… — многозначительно начал Шэнь.

Хару усмехнулся: ну да, вряд ли кто-то еще встанет в такую рань. Он отодвинул в сторону омлет и начал рассказывать о своей моральной дилемме. Говорил о том, что подозревает Пак Манхи в мелких кознях, что устал от этого, что решил действовать, а сейчас сомневается, ведь у него нет никаких доказательств вины этого человека. Мало того — еще несколько лет назад сам Хару бы не поверил, что вредит ему именно Пак Манхи, просто за это время предубеждения его окружения передались и ему.

А потом рассказал и о том, что уже согласился работать с Минсо, обучаться профессии креативного продюсера, начнет с группы парней… и переживает, что поступает плохо. Для этих мальчишек дебют — это мечта, а он… планирует, как бы поудачнее им дебютировать, чтобы FL!P гарантированно потеряли свою популярность.

Шэнь слушал внимательно, не перебивал. Он за это время нарезал кимчхи, доел омлет Хару, заварил чай. Потом вместе пили его вприкуску с корейскими сладостями.

— Во-первых, мне кажется, что работа креативного продюсера тебе идеально подойдет, — уверенно сказал Шэнь. — Ты и для нас нередко что-то прикольное придумывал, над песнями постоянно работаешь… не любишь соцсети, но каким-то волшебным образом всегда в курсе всех трендов… и вроде бы к-поп тоже не любишь, но все титульники более-менее заметных групп слушаешь. Но это я так, отошел от темы. У меня есть важный вопрос — а с чего ты вообще взял, что твое желание с помощью трейни снизить популярность FL!P — это неэтично?

Хару непонимающе посмотрел на него:

— Ну… это нужно мне. Они-то мечтают о сцене и славе… а не о финансовом крахе владельца агентства.

— Финальная цель у вас, быть может, и отличается, но… по-моему, ты забываешь, что для финансового краха владельца нужно скинуть с пьедестала его группу, а для этого нужно создать более популярный коллектив. То есть, достижение их мечты о славе — это просто твоя промежуточная цель. Плюс ты недооцениваешь то, как трейни восприняли уход Сонуна. Это мы с ним особо не общались, но ты же видел, как на него до сих пор реагирует Сай? Почти все трейни относятся к Сонуну как к предателю. Все считают, что именно его уход так сильно отложил их дебют.

Хару удивленно посмотрел на Шэня. Он тоже замечал, что Сай старается даже не смотреть на Сонуна, когда они вынужденно встречаются на музыкальных шоу или премиях.

— Но дело ведь не только в уходе Сонуна, — заметил Хару.