Центр притяжения (СИ) - Кас Оксана - Страница 17

— Да так, ничего срочного, — ответил Хару.

— Уверен? — уточнил дедушка.

По его тону Хару понял, что сам дедуля не видит ничего ужасного в вероятности обсуждения чего-то личного в присутствии Сончоля. И Хару тоже подумал, что эту тему можно обсудить при Сончоле и Тэюне.

— Конфуцианская семья, — просто сказал Хару. — Почему вы мне рассказывали об этом в начале весны?

— Что? Сам заметил? — хмыкнул дедуля.

— Им Чимин и Май Джиран… своеобразно ко мне обращаются в присутствии посторонних, — ответил Хару.

Тэюн согласно кивнул, а после робко попросил:

— А можно сначала для менее сведущих — что такое конфуцианская семья?

Хару, под одобряющими взглядами всех присутствующих взрослых, пояснил. Ощущение было такое, будто он отвечает на экзамене — настолько внимательно за этим наблюдали.

— Сколько им лет? — спросил Сончоль, — Я имею в виду молодых Им и Май.

— Чимину будет двадцать шесть, Джирану недавно исполнилось двадцать четыре, — ответил Хару.

— Умные парни, — кивнул Сончоль.

— То есть, вы тоже… — тут Хару замялся, не зная, как объяснить это.

Ответил дедушка:

— Это лишь отношение между семьями, у которого есть название в нашей культуре. Всегда и во всех культурах одному сложно добиться больших высот в нескольких сферах. Люди издавна формировали союзы, чтобы увеличить свои шансы на выживание… хотя чаще даже — на накопление богатства. Я не думаю, что молодые Им и Май действительно принимают твое главенство над ними. Они показывают, что поддерживают тебя. Показывают и тебе, и посторонним людям. Но так же это подразумевает, что они надеются, что ты поможешь им, если появится такая необходимость.

— Но… почему вообще это происходит? — недоумевал Хару. — Я именно этого понять не могу. За какие такие заслуги? Простите, конечно, но я не могу поверить в то, что современные парни будут признательны мне за то, что для их дедов сделал мой прадед. Мне казалось, что мы просто… дружим…

— Вот если бы не дружили, они бы ничего и не показывали, — просто ответил Сончоль. — Я тоже, откровенно говоря, считаю, что моя семья… так сказать — входит в состав вашего клана. Но этого не произошло бы, если бы мы не познакомились лично, я не узнал бы тебя и мы не начали бы вместе работать.

— У нас нет совместной работы, — буркнул Хару, — Да и они оба достаточно успешны. Чимин уже проектирует здания, имя деда — лучшая реклама его способностей, Джиран для своего возраста очень востребованный пианист. Я им нужен разве что как собеседник.

— Но ты сегодня познакомил их с двумя образованными и богатыми людьми, — сказал Тэюн. — Что? Я вроде знаком с тобой с детства, и то в шоке, насколько легко и свободно ты общаешься с Тхэу. У него денег на карманные расходы, наверное, больше, чем годовой бюджет какого-нибудь маленького азиатского государства. Но к тебе он прислушивается.

Хару задумчиво наклонил голову:

— Тхэу очень одинок. Ты же слышал его. Представь, как парню с такими увлечениями было в кругу подростков… Да его не травили только потому, что он так богат и влиятелен.

Тэюн усмехнулся, соглашаясь. А к Хару обратился дедушка:

— Я говорил тебе про конфуцианскую семью, потому что понимал, как к тебе начали относится Им Минхёк и его супруга. Логично предположить, что их сын, подружившись с тобой, будет разделять видение родителей. Но это ровным счетом ничего не значит. Вы ведь друг другу клятвы верности не давали, никакие контракты не подписывали. Ты ему ничего не должен, а он — тебе. Просто… если у него будут неприятности и он обратится за помощью, разве ты не попытаешься решить его проблемы?

Хару задумчиво кивнул. Но все же было легкое раздражение: он понимал, что происходит и как это работает. Ему абсолютно ясны причины, по которым даже современные люди предпочитают держаться вместе, даже если у них разные сферы работы. Не имей сто рублей, а имей сто друзей… главное, чтобы это были действительно друзья, а не просто приятели для субботних посиделок. Связи — это важный критерий успеха. У него был другой вопрос.

— Я не понимаю, почему сейчас и почему я, — упрямо сказал Хару.

— Возможно, потому, что ты действительно очень похож на своего прадеда, — ответил Сончоль и тут же с усмешкой добавил: — Ты познакомился с наследником Ли в марте, а уже через месяц нам привезли оборудование, которое мы должны были ждать три месяца. Ты ведь понимаешь, что каким-то невероятным образом так подобрал слова, что эти люди перенесли нас с конца очереди в самое начало? А то, как ты убедил писателей-новеллистов? Да ни в одном издательстве сроду не было столько популярных новеллистов одновременно.

Хару смущенно улыбнулся.

— Если ты в девятнадцать лет можешь добиваться таких результатов, то что будет в твои тридцать? — усмехнулся Сончоль.

— Вполне вероятно, что ничего не изменится, — ответил Хару. — Но вы хотите сказать, что… они видят во мне потенциал?

Хару говорил неуверенно.

— Потенциал в тебе видели при первом знакомстве. Сейчас уже заметны первые достижения, — спокойно сказал Сончоль. — Не хотелось бы тебя перехвалить, конечно, но тебе все же стоит знать свою главную силу. Ты умеешь так строить свое общение с людьми, что они быстро становятся твоими друзьями и готовы тебе помочь, даже если для этого им приходится терпеть некоторые личные неудобства. Но стоит понимать…

— Что они надеются, что и я потом им помогу, — закончил Хару.

Ему стало еще неспокойнее. Вроде никто от него еще ничего не требует… но он все равно не чувствует, что способен на какие-то достижения. Пока ему, по ощущениям, больше везет.

Глава 8

Томатные истории

В день, когда группа вылетала в США, Тетку все же удалось задержать. Полиция выехала в аэропорт вместе с Black Thorn, а Тетка не смогла удержаться и пришла провожать Сухёна. Так они и встретились. Задержание было громким, потому что уводили женщину под радостные крики других фанаток, большинство из которых тоже были сасэнками группы. К сожалению для Хару, он не мог знать, что происходит с Теткой в участке, ведь к моменту, когда женщину увозили из аэропорта, он проходил регистрацию на рейс. Да и что можно выяснить так быстро?

Обычно Хару спит в самолетах, но в этот раз заснуть не получилось. Возможно, просто недостаточно устал. Так что он занялся университетским проектом, немного почитал, а ближе к посадке все же удалось вздремнуть пару часов.

Долгий перелет его вымотал, но в отеле он все равно не спешил ложиться — они всемером собрались в номере менеджера Пён. За это время ведь кое-что стало известно о Тетке.

Новости их несколько разочаровали. В полиции Тетку допросили, выяснили ее личность, место жительства и прошлые преступления. Ей сорок один год, она — сасэнка со стажем, до Black Thorn и Сухёна поочередно преследовала других парней, их таких четверо. У женщины действительно прослеживается типаж и определенный алгоритм действий. Сначала она замечает айдола из популярной группы, который отвечает ее вкусам. Первое время просто следит за ним через соцсети. Потом начинает преследовать лично. Часто гримируется, фактически играя две роли. Первая — обычная взрослая женщина, которая может ходить на концерты и тратить огромные деньги для получения мест на фансайнах, вторая — сасэнка, которая следует за своим любимым «мальчиком» в специальном камуфляже. Когда айдол вырастает из образа и начинает вести себя неподобающе (по ее мнению), она превращается в главного хейтера, вымещая на нем злость за разбитые мечты о вечно юном и невинном исполнителе.

Далеко не всю информацию о ней представители New Wave узнали от полиции, часть выяснили через связи в других агентствах. Раньше Тетка была не настолько осторожна, долгий срок сасэнства позволил ей выработать успешную стратегию избегания проблем, которую она применяла к прошлому своему «мальчику» и сейчас к Сухёну.

Доказать, что она убила кролика и угрожала Шэню, полиции не удалось. Как и то, что ей требуется принудительная психологическая помощь. Единственное достижение после ее поимки и допроса в полиции — она теперь в черном списке New Wave, на фансайны пройти не сможет.