Претор (СИ) - Листратов Валерий - Страница 39

А ведь я действительно очень люблю работать с информацией.

Да и предложение Прозоровского еще и снижает мою зависимость от Матвея — пть комплектов, может быть в разных стилях, сделать мне несложно. А это больше половины той суммы, которую требует налоговая для разблокировки счетов. В общем и целом, Илья Дмитриевич мне сейчас подкидывает очень неплохой запасной план, если вдруг не сработает основной. Это не повод от основного отказываться, но если вдруг что-то пойдёт не так, всегда приятно, что есть что-то за спиной.

В принципе, получается, то что комплект Ольги из ньямаля Илья Дмитриевич проверил сразу — или просто получил информацию о том, что я плотно работаю именно с этим материалом. Другое дело, что пока ни у кого нет представления, что я могу чуть ли не на коленке создавать такие артефакты. Понятно: если бы не три потока сознания, и огромная капля металла на Арене — такое было бы в принципе невозможно.

Но они-то у меня есть, в отличие от любого другого артефактора. В общем, складывается всё неожиданно неплохо.

— Когда я смогу порадовать главу Рода вашим ответом? — тут же начинает слегка давить на меня Прозоровский.

Вот именно из-за этого я не хотел с этим связываться.

— Постараюсь как можно быстрее, — говорю, слегка морщась. — Свяжитесь с Ольгой — она вам сообщит. Хорошо?

— Максим, извините за нетерпение, но амулет от вмешательства менталистов нам требуется буквально позавчера. Вы, наверное, и сами можете догадаться почему? — намекает Прозоровский на последние события.

— Да. — киваю. — Кстати, почему такими амулетами не обладают ваши наследники?

— Обладают. Просто их схемы защиты, как вы и правильно сказали, подвержены различным обходам и взломам. У Ольги в своё время тоже был амулет — ожерелье, но пришлось отдать его на доработку, а стандартный, как видите, не справился.

— У меня был амулет от менталиста? — удивляется Ольга.

— Да, конечно. Кольцо наследницы, — говорит отец. — Пусть даже ты и не являешься основной наследницей. Ты же сейчас наследник четвёртой очереди на данный момент. И видите — кольцо было взломано. Так что оно тоже не панацея.

— Я понимаю. — киваю.

— Папа, — говорит Ольга, — нам нужно идти на завтрак, а потом у нас уроки. Ты нас задерживаешь.

Вижу, как ей хочется поговорить с Григорием — видимо, он как привет из юности или общих воспоминаний. Но это уравновешивается, во-первых, недавним вмешательством мага в её мысли. А во-вторых — нежеланием показывать отцу, что всё в порядке, из-за того что он не спросил её мнения.

Девчонка обижается — хотя сама понимает, что это было оправдано. Девушка сейчас ведёт себя как неразумный подросток с резкими перепадами настроения. Причем внутри, сигнатура соответствует. И это совершенно понятно: она только что пережила очень серьёзную проблему, а вместо помощи и поддержки получила надзор и ещё одну попытку ментального сканирования — причём от близкого человека. Удивлён, как она вообще держится.

Ольга слегка, только мне, подмигивает. Кажется, это тоже просто ещё одно актёрское выступление. Но контроль тогда отличный. Ольга буквально верит в то, что транслирует.

— Хорошо-хорошо, Оля. — Прозоровский мгновенно идёт на попятную. — Мы всё обсудили, обо всём договорились. Когда будешь готова меня выслушать — сообщи, пожалуйста. Я бы не хотел с тобой терять контакт.

— Хорошо, папа, — довольно холодно кивает девушка.

Дядя Гриша молча разводит руками. При этом берёт с блюдца сухое печенье и откусывает — совершенно не расстроенный. Маг давно привык к тому, что дети взрослеют и начинают обижаться не по делу.

— Я не в обиде, — добавляет Ольга — и слегка подпускает в голос тепла. — А Марию заберёте? Комплекта достаточно.

— Если ты не будешь провоцировать — и не будешь выходить за рамки того, что в Академии не планировала.

Прозоровский встает и откланивается. Вместе с ним уходит и Григорий.

Смотрим вместе с Ольгой на оставшуюся девушку.

— Я должна помочь барышне собраться. — Настойчиво посматривая на меня, говорит девушка, слегка усмехаясь.

— Оль, я подожду тебя. Будешь готова — набери. — говорю.

Ольга поджимает губы.

— Хорошо, — говорит девчонка.

Чуть усмехаюсь про себя, выхожу из комнаты — и без удивления вижу никуда не ушедших Прозоровского и дядю Гришу. Их сигнатуры я и так видел, поэтому в общем-то не удивляюсь. Прозоровский делает вид, что что-то обсуждает, но на самом деле они действительно ждали моего выхода из комнаты.

Было бы странно, если бы я это желание проигнорировал.

Глава 28

Безусловно, нужно дать девушке время переодеться. До завтрака остаётся не так много времени, так что вполне могу подождать неподалёку.

Кидаю косой взгляд на Прозоровских, которые уходить не собираются, и слегка кланяюсь Прозоровскому-старшему.

Дядя Гриша стоит у стены совершенно нейтральным выражением лица. Илья Дмитриевич же стоит вполоборота к двери. И чуть разворачивается, когда я выхожу. Быстро, но недостаточно, чтобы «не заметить» мое приветствие. Приходится отвечать, и даже улыбаться. Оба ждут.

В общем-то отца я, конечно, понимаю. Да и менталист его аккуратно пытается снять мои внешние мысли, не пересекая, впрочем, грани приличия. Думаю, вообще-то именно за этим они тут и находятся.

Вот только, интересно, он всерьёз рассчитывает на то, что если я могу сделать такой амулет — у меня чего-то подобного нет? Так то он его не обнаружил в комнате девушки. И самое смешное, что технически амулета такого я себе действительно не делал. Но прочитать мои мысли не получится не поэтому, а потому что, по большому счёту, это просто не нужно. Даже Матвей или император прочитать мои внешние мысли могли только с моего разрешения. А этот дядя Гриша, очевидно, послабее и менее опытен, чем оба этих товарища.

Так что пока Ольга ходит по своей комнате, стою и смотрю в окошко Академии. И вроде не замечаю попыток собрать обо мне информацию.

Вроде бы ничем нужным не занимаюсь. Но при этом мой третий поток сознания потрошит блоки воспоминаний, доставшихся от Повелителя. Что многого там найти не удастся, я понял еще в комнате, но все же.

Осознав эти небольшие блоки, поток подтягивает до кучи и остальные, неразобранные пока что осколки памяти, связанные с магией. Потрошит как раз воспоминания тех магов, которые покушались на меня. А ведь их у меня не так мало. Начиная с менталиста из лицея и заканчивая некромантами.

Параллельно размышляю над самим происшествием: ведь воздушник погиб можно сказать практически случайно. Вряд ли кто-нибудь мог предполагать, что такой комплект из ритуала, усиления псионикой, нарушения клятвы и прошедшей пси-атаки даст такой эффект. А ведь с магом огня похожая история была — только без пси-атаки. Там хватило ритуала с псионикой.

Как мне кажется, здесь ключевым является даже не атака сама по себе, а именно круг удержания души в комплекте с псионикой. То есть именно эти два компонента выдают Повелителям путёвку на их план существования. Даже не представляю взаимоотношений этих магов с той стихией, которую они представляют. Могу только предполагать, да и то, на основе очень фрагментарных воспоминаний. Похоже, что Повелители как раз балансируют на грани и стараются не уходить в стихию. А ритуал как раз этот баланс и сбивает. Ну, похоже. А что? Как догадка — имеет право на существование.

Так что потрошу воспоминания и очень много интересного цепляю в виде осознанных кусков. Похоже, у менталиста и — неожиданно — у некромантов прослеживаются какие-то общие моменты, будто бы даже общие основы в местах, где они учились. Интересно было бы посмотреть, что у остальных магов по направлениям. Вся информация, которую я сейчас могу переварить, разумеется, не полноценна. Но это было и понятно сразу: разорванные куски знаний полноценными быть и не могут. Вот только у меня есть нюанс — в дневнике Останина вполне себе систематизированные знания. Пусть даже старые.