Претор (СИ) - Листратов Валерий - Страница 26

— А мне — вполне. Имею право. Он напал, — усмехаюсь.

— Макс, в каждом из четырех зафиксированных случаев рядом с гибелью Повелителя стоит твое имя. Понимаешь? — Матвей не принимает моего тона. — Нет. Не понимаешь.

— Матвей, а в чем проблема? В тех случаях это были враги… Сейчас — тоже. Просто внутренние. — удивляюсь.

— Ага. Это ты знаешь. Я знаю. А для внешнего наблюдателя оно выглядит совсем по-другому.

Вообще ничего не понимаю. Тем более не понимаю беспокойства Матвея по немного неожиданному для меня поводу.

Иду по коридору и даю этой информации улечься. Четыре Повелителя. Пара месяцев. Да, пожалуй, если смотреть со стороны — картина складывается неприятная. Но вроде ничего критичного? Нет?

— И? — спрашиваю.

— Намекаю еще более жирно. — вздыхает безопасник. — Повелители считают себя почти неуязвимыми. И у них есть на это причины. Повелителя уничтожить трудновато обычному магу. Да даже группе обычных магов. Ни на какие мысли не наводит?

— Пока нет. — равнодушно отмечаю. — Наш не умер, трое османов — туда им и дорога. Вы обстоятельства всех боев знаете. В чем проблема?

— Я — человек императора, ты человек Михаила Александровича в глазах кого угодно. Думаешь, мои слова имеют вес? Точнее не так. Пока погибали османы, всем было наплевать, кроме самих османов. Считалось, что это отлично спланированная акция, наверное. Да не задумывался никто. А сейчас, четверо, Максим. За пару месяцев. Точнее, вообще за последний месяц. Они обеспокоились.

— Кто они? — удивляюсь.

— Маги вне категорий, — бросает Матвей.

— Вы хотите сказать, что я их убиваю и специально за ними охочусь? — удивляюсь повторно.

— Нет, — неожиданно говорит Матвей, — как раз я этого сказать не могу. Ситуация довольно неоднозначная, но точно уже ушла информация, что везде ты присутствовал. — устало переходит на ты Матвей. — Я то знаю, что практически во всех случаях от тебя мало что зависело. Ты не мог знать, где будут присутствовать эти люди. Не мог знать, что произойдёт, и не искал с ними встречи.

— Тогда при чём здесь я?

— При том, что тенденция, Макс. И если честно — эти маги встревожены.

— В каком смысле?

— Прежде всего — тем, что получить в твоем лице намёк на собственную смертность было для большинства из них крайне неприятно.

— При чём здесь я? — пожимаю плечами, усмехаюсь. — Все встречи были инициированы ими самими. Я не искал.

На самом деле не понимаю. Ну погибли, ну и туда им дорога. С чего Матвей уже битых пять минут ходит вокруг да около.

— Не в этом дело. Это невозможно доказать — точнее, я это понимаю, вы понимаете, — снова сбивается на «вы» маг. — А вот есть сообщество магов вне категорий. И даже если они непримиримые враги между собой, на общение внутри этой группы это не влияет. По делам магии или чему-то более глобальному, эти маги вырабатывают общую точку зрения, даже если им приходится договариваться с врагом. Вот им вы доказать ничего не сможете, Максим. А меня они даже слушать не будут — ангажирован, вот и весь спрос с меня. Повелителей стихий в мире немного, и потеря четырёх за два месяца очень, очень заметна. И вы выбраны на роль опасности.

— Хорошо, понимаю. — равнодушно замечаю. Наконец дохожу до своих комнат и уже почти чувствую мягкую кровать и восьмичасовой сон.

— Нет, не понимаете, — продолжает Матвей. — Кроме военных действий, у магов врага появилась еще одна приоритетная даже в чем-то цель. Ваше устранение. И ее поддержали Повелители Стихий нашего государства. Вне зависимости от ваших желаний, возможностей и полезности для Империи.

Останавливаюсь в коридоре на секунду. Формулировка точная и неприятная.

— Удивлен. — Открываю дверь себе в комнату. Внутри точно никого нет, и не было уже пару дней — сторожки-волоски на двери никто не тронул. — У нас, внезапно, Повелители могут быть выше закона и императора? Вы ничего по этому поводу делать не будете? — говорю Матвею.

— Не смогу, — подтверждает он, и в голосе — нервозность, которую он почти не скрывает. — Более того — охранники государя молчаливо согласились с вашим устранением. Сами не будут этим заниматься, но молчаливо согласились.

— Вот как. Хорошо. А мне зачем вы тогда звоните?

— Во-первых, предупредить. Во-вторых — я немного не понимаю вашего спокойствия.

— Матвей, я действительно относительно спокоен. Больше одного раза меня точно убить нельзя. А эта угроза не сильно отличается от той, что была раньше. — спокойно прикидываю варианты. И пока не могу представить такого, что бы мне пришлось в центре столицы сильно беспокоиться. Уничтожение меня тут связано будет с серьезными разрушениями. — То есть вы хотите сказать, что при молчаливом согласии охраны государя на меня начнут почти официальную охоту?

— Нет, официально никто не начнёт. Более того — Повелители преданные Михаилу Александровичу, скорее всего будут защищать. Но вот в чём дело: мы теперь не знаем, кто из них предан, а кто нет. Павел Викентьевич был на южном фронте одной из ключевых фигур. На нём держалась оборона тыла. И сейчас его нужно срочно кем-то заменить.

Пауза. Слышно, как Матвей переводит дыхание — что само по себе необычно.

— Вопрос не в замене. Вопрос в том, что он считался одним из тех, кому можно доверять безоглядно. У него была личная клятва государю. — добавляет безопасник.

— Хм, — слегка хмыкаю в переговорник. — Знаете, Матвей, мне кажется, у вас с клятвами есть определённая проблема на каком-то уровне развития магов, получается. Видимо, маги выше определённого уровня могут их игнорировать или творчески интерпретировать, чтобы не получать отката за нарушение.

— Да, мы это теперь тоже понимаем. Сейчас это стало очевидным — с учётом фигуры Павла Викентьевича в рядах заговорщиков. Проблема в том, Максим, что кроме вас свидетелей нет. Да и вы с Прозоровской свидетелями быть не можете — по вашим же словам, на вас применялись ментальные атаки.

— … А Павла Викентьевича теперь не найти… — добавляю.

— Да. Именно поэтому я уверен, что ваши слова — правда. Но ситуация, которая казалась вполне прозрачной, начинает сыпаться.

— И это касается не только бунта, который может случиться раньше, чем вы думали? — подсказываю. — Грущу вместе с вами, но эта часть меня мало касается. За предупреждение спасибо, приму к сведению. Внутри Академии мне что-нибудь грозит?

— Не знаю, Максим. Последнее время я уже не знаю, за что хвататься. У меня слишком мало людей. Даже сейчас я скорее хватаюсь за соломинку — набрал вас, чтобы предупредить. Даже если я поставлю вам безопасников — это вас не спасёт. А моих людей просто подвергнут пустой опасности.

— Вот даже так, — неторопливо располагаюсь в кресле. Вытягиваю ноги. Кажется они почти уже гудят. — Понятно. Матвей, не переживайте, — слегка усмехаюсь. — Я выживу. Повелители умрут. Всё нормально.

— Вы так уверенно говорите…

— У меня другого выбора нет. Другой результат меня не устраивает категорически.

— Вы можете спрятаться, исчезнуть на пару дней, недель, может месяц? Запустились бы определенные процессы, и всем станет не до вас.

— Нет, не могу. Вы же в курсе про дела с моим счётом… и вы, кстати, отказались помогать.

— Я не отказался, — говорит Матвей. — Если на момент выплаты долга по вашему счёту вы не сможете найти нужную сумму или разблокировать счёт — любые оперативные деньги, которые у меня будут на тот момент, я предоставлю в ваше пользование. Другое дело, что нужная вам сумма — я уже смотрел — в разы превосходит наш бюджет на оперативные расходы. А Михаил Александрович сейчас держит фронт, — вздыхает Матвей. — Я не могу его отвлекать.

— Не понимаю. — удивляюсь.

— Михаил Александрович сейчас в глубокой медитации на прямой связи со всеми командующими. Это не секретная, но, все же, не для распространения, информация. Максим, он не может отвлекаться.

— У нас проблемы с фронтом? — удивляюсь. Вроде ничего не предвещало.

— До момента гибели Павла Викентьевича проблем особых не было. Да и сейчас особых нет — единственное, что планы придётся чуть пересматривать. Очень не вовремя маг Огня покинул свой пост. Но проблема в другом: мы не можем быть уверены в остальных Повелителях магии.