Нестабильная - Пирс Блейк - Страница 2

– Эй, с вами всё в порядке?

Она вскочила на ноги. Её всю трясло.

– Я… я думаю, да.

– Похоже, вам бы не помешало подвезти. Там, позади, у вас, видно, неприятности были?

Она взвесила варианты. Ей отчаянно нужен был транспорт, нужен был выход отсюда. Если Джек вернётся, пока она торчит на этой стоянке у трассы, будет беда. И она может сорваться, уступить, поехать с ним домой – и побои, и наркотики, и сутенёрство продолжатся по тому же порочному кругу.

– Мне бы не помешало, – согласилась она.

– Садитесь. Подброшу до города?

– До Финдли? – Это был самый крупный город в этой стороне, примерно в ста шестидесяти километрах дальше. Достаточно большой, чтобы спрятаться, найти способ выжить. Достаточно далеко от Джека. У неё, может, ни гроша за душой, но телефон есть, а значит, можно составить план. И она составит.

– Да.

– Спасибо, – сказала она и забралась внутрь; облегчение накрыло волной, хотя её всё ещё трясло после чудесного спасения, и она дрожала от холода. Это был небольшой грузовик, не фура, а средний развозной фургон – возил не такие уж большие грузы.

Шанс начать сначала. Вот что ей выпало – и она собиралась им воспользоваться. Вся эта цепочка событий, решила она, случилась не просто так; чтобы показать ей, как низко она пала и до какой беды всё может дойти.

Теперь она перевернёт свою жизнь, твёрдо решила она, когда водитель прибавил газу, направляясь к выезду. Хватит ядовитых парней. Хватит влипать в наркотики, выпивку и продажу собственного тела. Финдли станет её новой точкой отсчёта – шансом, который ей дали и который она возьмёт.

Её мысли оборвались, когда водитель сбросил скорость.

– Вы, похоже, замёрзли, – сказал он. – Под сиденьем перед вами есть пакет. Там пара перчаток. Возьмёте?

– Спасибо, – сказала она, обрадованная мыслью согреть руки и держать их в тепле, когда доберётся куда надо.

Пакета она не видела, но, должно быть, он там. Наверное, надо просто внимательнее посмотреть.

Она наклонилась и принялась шарить под сиденьем.

И в этот момент уловила сзади резкое движение.

Что-то твёрдое с глухим стуком опустилось ей на затылок.

У неё в глазах взорвались звёзды; она попыталась сопротивляться, и на миг страх – бело-горячей вспышкой – прорезал туман в голове, сообщая: если она думала, что достигла дна, то ошибалась; если думала, что её невезение наконец кончилось, то ошибалась.

Никакого нового начала. Уже нет. Для этого слишком поздно.

Потом мир стал серым – и она больше ничего не знала.

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Наконец-то она его выследила.

Усталость и решимость боролись в Коре Шилдс, пока она карабкалась вверх по каменистой тропе. Она заходила с тыла горы. С лицевой стороны тоже была дорога. Хоть она и была разбитой, но не такой крутой – только Коре было плевать на крутизну.

Её заботило другое – эффект неожиданности. Она не проделала весь этот путь, чтобы он ускользнул или успел спрятаться.

Прикрыв от утреннего солнца морские, серо-голубые глаза, она взглянула, куда ведёт тропа. Та огибала куст, а потом уходила вверх по отвесному скальному участку. Но если ухватиться за ветку дерева, что цеплялось за склон и за собственную шаткую жизнь на горе, можно было обойти скалу.

Тёмная бейсболка скрывала её рыжевато-каштановые волосы. Та половина причёски, что не была выбрита, была зачёсана назад, от лица, и крепко удерживалась кепкой.

Она вцепилась в ветку всеми пальцами и подтянулась, а пот делал ладони скользкими. Она была не крупной, но жилистое, собранное тело отличалось силой. Татуировки на руках казались чёрными в слепящем солнечном свете. Змея будто шевелилась, когда она напрягала мышцы. Кобра – так её прозвали когда-то в «морских котиках». И, как кобра, она пришла сюда ради смертельного удара, сосредоточенная на цели.

Отец Габриэля Финча. Бадди Финч – так его по-простому называли, и она почти успела забыть. Он прятался здесь, в этой глуши. Координаты вели её. Мать Габриэля дала их сыну, а он передал ей.

Кора подозревала, что этот мерзкий бывший тренер – человек, от которого отреклась даже семья Гейба, – забрал её сестру. До какой же низости надо опуститься, чтобы переписываться с девушкой, с которой встречается твой сын? Будто пытаешься у него её отбить.

Гейб любил Роуз пару лет. Кора любила её всю свою жизнь. Исчезновение Роуз разорвало семью Коры на части. Она была решительно настроена найти её, решительно – на этот раз – продраться сквозь боль и не свернуть, не сдаться. Хватит.

Либо Бадди Финч скажет, что случилось с Роуз, либо она пустит ему пулю в голову.

А если и то и другое – одно за другим, – так это даже заманчивее.

Она сжала ветку крепче, со свистом втянув воздух: под ногой поехали камни, посыпались вниз по склону, пока она судорожно искала опору, не желая самой сорваться и покатиться по этой крутой тропе.

Край ботинка зацепился за трещину в камне, и она навалилась всем весом, помогая себе веткой, чтобы подтянуться.

И вот отвесный участок остался позади. Теперь она была почти наверху и приглушила движения, стараясь преодолеть последние несколько метров как можно бесшумнее.

Скрытность сейчас была ей на руку – как бы ни хотелось ворваться с оружием наперевес, паля во все стороны, выкрикивая и выплёскивая ярость из-за того, что он сделал и кем стал. Ей нужна была правда, но единственный верный способ – столкнуться лицом к лицу с человеком, который, по слухам, прятался здесь. И она не собиралась давать ему ни единого шанса уйти.

Спокойно, сказала она себе. Соберись. Держи цель.

Но, карабкаясь последние несколько метров и ступая осторожно, она не могла отогнать воспоминания о сестре, заполнившие голову.

Её светлые волосы, милая дерзкая улыбка, любовь, которую Кора к ней чувствовала.

Любовь – защитную. С тех пор как Роуз пропала, сердце Коры надолго, очень надолго стало пустыней. Ни радости, ни доверия.

Добравшись до верха склона, она использовала последние секунды подъёма, чтобы осмотреться.

Где-то рядом слышалось журчание ручья. Вершина распластывалась в небольшой, поросшей травой и деревьями площадке, где среди стволов и крупных валунов притулились несколько домиков. Казалось, когда-то, давным-давно, это могло быть маленькое горное поселение, затерянное среди каменных пиков. Мир здесь суров, но люди всё-таки отвоевали себе этот крохотный клочок. Отвоевали – ключевое слово. Теперь всё выглядело пустым, заброшенным. Некоторые дома, казалось, вот-вот развалятся.

Неужели все разъехались и бросили эту общину? Похоже, так и было. Все – кроме него. Но где же он теперь? Он всё ещё здесь? Ей говорили, что да, и говорили те, кому она доверяла больше всего, – его жена. Кора подумала, что это вполне в его духе: остаться последним в умирающем поселении.

Кора напряглась.

Окинув взглядом окрестности, прищурившись, она заметила движение за вторым домиком.

Сердце грохотало в груди; она присела за густой куртиной кустов и потянулась к кобуре, чувствуя под ладонью надёжную тяжесть оружия. Она примерно представляла, что за человек отец Гейба и каким будет её «гостеприимный» приём, если она его отыщет. Она пришла подготовленной – и не боялась пустить пистолет в ход, если придётся.

Подглядывая сквозь листья, она увидела, как он вышел из-за угла домика. Он казался худее, измождённее, чем на фотографиях и в старых, расплывчатых воспоминаниях. Но держался по-прежнему настороженно, зорко, и ледяной взгляд заставил её поёжиться.

Наконец-то. Отец Гейба. Человек, который забрал её сестру. На нём были затасканные бежевые штаны и фланелевая рубашка цвета сырой земли, и он шёл к краю обрыва, не оборачиваясь.

Он вооружён? При нём есть огнестрел? Она напряглась, внезапно ощутив опасность, и попыталась подкрасться ближе – шаги бесшумные, внимание предельно собранное.