Просто прячься - Пирс Блейк - Страница 3

Ками вдруг поняла: он утешает ее. Он правда пытается сделать так, чтобы ей стало легче.

Это было слишком. Она снова разрыдалась, и Киран обнял ее.

Слезы, которые Ками так долго держала в себе, хлынули наружу вместе с виной и тоской. Киран просто держал ее, ничего не говоря, пока она не выплакалась.

Наконец она отстранилась и вытерла глаза.

– Пожалуйста, не плачь снова, – сказал он. – Если начнешь, я тоже расплачусь, а я пришел сюда не за этим.

Ками впилась зубами в щеку изнутри. Боль от укуса была адской, но хотя бы отвлекала от горя.

– З-зачем… зачем ты тогда пришел? – спросила она хрипло, с судорожными всхлипами.

– Я пришел… наверное, чтобы убедиться, что с тобой всё в порядке. – Киран смотрел на нее с легкой хмуринкой. Ками почувствовала, как глаза снова наполняются слезами. Он тревожился? Он пришел убедиться, что с ней всё хорошо? Она не ждала этого и не заслуживала. Это была доброта почти незнакомого человека, которому больнее, чем ей, – и это было невыносимо.

– Полагаю, полиция уже с тобой поговорила? – спросил он.

– Да. Да, поговорила. Они расследуют преступление вместе с ФБР. Но мне так и не сказали, поймали ли убийцу, так что, видимо, нет.

– Нам всё твердят, что работают и скоро будут результаты, но я ничего не слышал. Я очень за тебя переживал.

– Почему? – Почему ему вообще должно быть до нее дело? – подумала Ками. Он должен ее ненавидеть! Она и сама сейчас ненавидела себя за то, что натворила.

– Итан кое-что о тебе рассказывал. Так я и понял, как тебя найти, – сказал он.

– Он… рассказывал? – Слезы снова потекли, и Ками поспешно вытерла их.

– Да. Он говорил, что ты ему очень нравишься, что ты классная девчонка и человек, который, скорее всего, однажды изменит мир.

Ками не могла поверить тому, что слышит. Итан так высоко ее ценил, что делился с братом своими чувствами к ней? Она хотела спросить еще, но горло сжималось, не давая говорить.

– Он еще сказал, что ты добрая – что тебе не всё равно и ты хочешь помогать людям. Сказал, что ты умная, и потому он и хотел с тобой встречаться. Ты не такая, как остальные девушки, – говорил он. – Голос Кирана звучал мягко, но под этой мягкостью отчетливо слышалась печаль. Ками слушала, и сердце у нее снова разламывалось.

– Прости, – выдавила она.

Но Киран не замолкал. «Я младший брат, – сказал он. – Я всегда чувствовал, что иду по его следам. Что он прокладывает дорогу. Он был таким умным, таким собранным. В колледже он был лучшим на курсе и блестяще окончил академию ФБР. А я? Я был тем, от кого у родителей болела голова, кто провалил первый курс на инженерном, потому что вбил себе в голову, будто буду играть в рок-группе. Я был трудным ребёнком, а он – героем».

Голос Кирана дрогнул, и Кэми снова почувствовала, как у неё разрывается сердце.

«Так вот, я хотел сказать – я хотел убедиться, что с тобой всё в порядке. И не только это». Он уставился на неё, и теперь в его глазах появилась странная напряжённость, от которой Кэми нахмурилась.

«Что ты имеешь в виду?»

«Тебе нужно быть осторожнее», – сказал он, и Кэми вдруг ощутила, будто ей за шиворот насыпали льда.

«Что… что ты говоришь?»

«Не знаю, сколько тебе рассказал Итан», – произнёс он.

«Рассказал? О чём ты? Что он должен был мне рассказать? Он говорил, что твоего дядю много лет назад подстрелили, когда он собирался выступать свидетелем по делу штата – после того как сотрудничал с человеком, которого арестовали за отмывание денег. Он сказал, что именно тогда у него и зародилось желание пойти в ФБР. Но это было давно, и он говорил, что плохие парни до сих пор сидят в тюрьме».

Он рассказал ей о своём прошлом как-то вечером, когда они возвращались после рок-концерта в местном баре. Киран это имел в виду?

Киран вздохнул. Он смотрел на Кэми. Она моргнула, смахивая слёзы, и посмотрела на него в ответ.

«Итан пытался кое-что выяснить», – сказал он.

«Что, какое-то дело?» Даже произнося это, она понимала: нет. Не так он об этом говорил.

«Нет. Это было другое. Что-то ещё – то, на что он, по его словам, наткнулся случайно, и пытался разобраться в свободное время. Он уже подбирался близко, почти выяснил больше. Я не знаю, что именно, но думаю, кто-то хотел убрать его с дороги».

Теперь Кэми смотрела на него, потрясённая, пока он продолжал: «Как-то ночью – месяц или около того назад – мы с ним были на улице, шли домой, и подъехала машина, водитель начал стрелять. Мы оба успели отскочить. Я перепугался до смерти. Мы не пострадали. Тогда я подумал, что это какой-нибудь пьяный хулиган, сорвавшийся с катушек. Но потом он сказал, что, по его мнению, стреляли именно в него. Что кто-то выбрал его целью».

Кэми не могла вдохнуть, переваривая услышанное. Киран провёл рукой по волосам – нервно, резко.

«Кэми, я не знаю, во что он влез, но думаю, тебе надо быть осторожнее. Если кто-то хотел убрать его, они могут захотеть избавиться и от тех, кто был рядом с ним и о ком они думают, будто он мог им рассказать… про то, что бы это ни было. Я не хочу, чтобы это оказалась ты».

Кэми покачала головой, чувствуя, как её накрывает полной неожиданностью. Ей казалось, что всё это – из-за неё. В конце концов, именно она предложила сходить в бар.

Но бар был мутный, с дурной славой: там часто ошивались сомнительные типы. Возможно, удобное место встреч для тех, кто занимается тёмными делами. Там Итан узнал Лиама. И почти силой вытащил её оттуда.

Лиам его заметил? Или кто-то другой увидел Итана там? Кэми хотелось бы понять, что именно тогда произошло. Как бы то ни было, их выследил стрелок. Тот ли это, что месяц назад проехал мимо Итана и его брата? – теперь гадала Кэми. Тот стрелок мог целиться либо в неё, либо в Итана, там, на дороге, но они первым делом выбрали Итана. Теперь Кэми это понимала.

Значит, возможно, они целились в него первым потому, что уже пытались раньше, и он был их целью. А Кэми была лишь его девушкой, которую тоже нужно устранить. К такому выводу она теперь приходила.

У неё голова шла кругом от всего этого. Она и понятия не имела, что жизнь Итана была под угрозой ещё до того, как она с ним познакомилась. Он что-то расследовал. Неофициально – это точно. И он узнал Лиама.

Всё это было важно, но она слишком потрясена, чтобы сложить кусочки в цельную картину. Да она даже не знала, складываются ли они вообще. Она знала только одно: всё оказалось не таким, как она думала. Совсем не таким.

– Спасибо, что сказал мне, – выдавила она.

– Я считаю, это важно, – подчеркнул он. Помолчал. – Можно нам оставаться на связи?

В его голосе звучала тревога. Он поднялся с кровати, явно не желая задерживаться после того, как сказал всё, что хотел.

Ками не собиралась отказывать. Она знала, каково это – принять решение, которое потом оборачивается против тебя.

– Конечно, – сказала она.

Она нацарапала свой номер и протянула ему листок. Он оторвал нижнюю половину, написал свой номер и вернул ей. Ками положила оторванный клочок под пустой стакан из-под воды на столе.

– Спасибо, – сказал он. – Береги себя, ладно?

– Ты тоже, – ответила она.

Он встал и вышел, а Ками осталась сидеть, с бешено кружащимися мыслями, не в силах до конца осознать, что он сказал и что всё это значит. Ей нужен был целый день, чтобы это улеглось, но его у неё не было: трель телефона разрезала водоворот мыслей.

Звонил Коннор – её начальник и куратор в ФБР, – и Ками, чувствуя, как сердце ухает вниз, поняла: это значит, что назревают неприятности.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

– Коннор? – сказала Ками, сразу беря трубку и изо всех сил стараясь говорить обычно. Ей не хотелось, чтобы он понял, что она плакала. Сейчас ей нужно было выглядеть спокойной и собранной. Именно этого Коннор от неё ожидал, и если он заподозрит, что случилось ещё что-то, он начнёт спрашивать.

А Ками была совершенно не готова к вопросам после этой бомбы из прошлого Итана.