Паук (ЛП) - Блю Эдриан - Страница 3

— А кем же тогда? — спросила Эмма. — Союзниками? Друзьями? — она сама слышала недоверие в собственном голосе.

Во мраке что-то задело ее волосы, и она крепко сжала губы. Она затаила дыхание, ожидая, не последует ли наказания за ее тон. И хотя она была к этому готова, лапа, придавившая ее спиной к земле, все равно вырвала из ее губ потрясенный вздох. Холодный, гладкий изгиб жвала скользнул по ее щеке.

— В это так трудно поверить? Разве ты не нашла удовольствия в нашем соитии?

Эмма залилась румянцем.

— Я… я…

— Разве твое тело не увлажняется от одной мысли о том, что я снова войду в тебя? — промурлыкал монстр.

Ее лоно сжалось. Создание не брало ее после того первого раза, но тело отчетливо помнило экстаз наполненности. Эмма тихо заскулила.

Создание усмехнулось.

— Да, малышка. У наших народов когда-то был союз. И он был весьма… приятным.

Она тяжело задышала от жара в голосе монстра.

— Я чую твой жар, малышка. Ты жаждешь меня.

Эмма зажмурилась, желая все отрицать, даже когда ее бедра призывно раздвинулись. Жвало скользнуло по ее вздымающейся груди, чтобы затем огладить внутреннюю сторону бедер.

— Хотя должен признать, я разделяю твою жажду, — пророкотало создание.

Бедра Эммы дернулись, когда смертоносные жвала коснулись ее влажных складочек. Внезапно она почувствовала странное трепетание глубоко внутри своего тела. Руки Эммы метнулись к животу.

— Пора. — Монстр широко развел ее бедра, полностью открывая ее своему взору.

Трепетание усилилось. Оно переросло в приятное давление в глубине ее лона. Эмма откинула голову и вскрикнула, когда что-то начало прокладывать себе путь наружу. Жвала существа раз за разом поглаживали ее бугорок удовольствия, пока ее тело не натянулось как струна. Она кончила с пронзительным криком, дрожа от силы наслаждения.

Что-то юркнуло по ее бедру и скрылось во тьме. Прежде чем она успела как следует об этом подумать, давление начало нарастать снова. Эмма вслепую протянула руку, ухватившись за одну из лап существа. Она скулила и извивалась, пока очередной комочек двигался из ее глубин, чтобы выскользнуть наружу.

— Ч-что это?.. — ее вопрос сорвался на стон, когда место второго комочка тут же занял следующий, а за ним еще один.

Комочки выходили из нее один за другим, массируя ее внутренние стенки. Все это время монстр дразнил и мучил тот самый маленький бутончик, который дарил ей столько наслаждения. Эмма уже не понимала, хочет ли она, чтобы это прекратилось, или чтобы длилось вечно. Она выгнула спину, всхлипывая от всепоглощающего экстаза. Ее отчаянные крики эхом разносились по залу с высокими сводами, звуча бесстыдно даже для ее собственных ушей.

— Да, малышка, — промурлыкал монстр. — Получай свое удовольствие.

Наконец, Эмма сильно содрогнулась, когда из нее выскользнул последний комочек. Она откинулась спиной на прохладный камень и жадно глотала воздух. Создание нежно поглаживало жвалами внутреннюю сторону ее бедер.

— Это были?.. — она осеклась, не в силах задать вопрос.

— Мои дети? — спросило создание, и в его голосе прозвучало легкое веселье. — Да, и ты прекрасно произвела их на свет.

Эмма ахнула, когда жвало задело ее набухший бугорок удовольствия.

— И все же, — продолжил монстр, — полагаю, уговор есть уговор. — Он в последний раз мазнул по ее бугорку, прежде чем отстраниться.

Ей потребовалось мгновение, чтобы осмыслить слова существа. Ее глаза расширились, хотя сердце при этом упало. Оно выведет ее к выходу. Всего несколько дней назад это было единственным, чего она желала. Теперь же ее одолевали странные, противоречивые чувства.

И хотя она действительно скучала по своей семье, у нее появилась привязанность к этому созданию. К его глубокому, резонирующему голосу, нежным прикосновениям и тому, с какой страстью он брал ее. Она не была уверена, что сможет оставить его.

— Я… я… — Она пыталась облечь свою дилемму в слова.

Даже сейчас, после столь странного опыта рождения потомства монстра, она жаждала это создание. Ее лоно пульсировало от одной лишь мысли о том, что он снова возьмет ее.

— Я не хочу уходить, — прошептала Эмма. Стоило этим словам слететь с ее губ, как она оказалась лежащей на животе.

— И я не желаю, чтобы ты уходила, — промурлыкал монстр.

Эмма вскрикнула в экстазе, когда он скользнул внутрь ее изголодавшегося тела. Он растянул ее и заполнил до краев, срывая с губ бесстыдные стоны. Он брал ее страстно, врываясь в ее глубины, пока она не закричала от наслаждения. К тому времени, как он выскользнул из нее, она безвольно обмякла и тяжело дышала.

— Возможно, пришло время нашим двум народам возродить свой союз, — произнесло создание откуда-то сверху.

Эмма слабо улыбнулась.

— Потому что ты хочешь, чтобы я часто тебя навещала?

Тыльная сторона жвала скользнула по ее обнаженному бедру.

— Очень часто.

Эмма перекатилась на спину и села. Тело приятно ныло, когда она медленно поднялась на ноги. Она ничего не видела, но когда споткнулась на первом же шаге, лапа вовремя подхватила ее. Эмма благодарно улыбнулась.

Слов не требовалось, поэтому путь наружу прошел в молчании. Они сошлись на том, что ее отсутствие будет недолгим. Вместо разговоров Эмма держалась за переднюю лапу и прислушивалась к тихому скрежету коготков у своих ног. Ей казалось, что мысль о рождении потомства чудовища должна была бы вызывать у нее отвращение, но она не испытывала ничего, кроме любопытства.

При первых признаках света впереди Эмма взглянула себе под ноги. Создания были крошечными, вдвое меньше ее ладони, и немного неуклюжими. На ее глазах одно из них споткнулось о другое, и оба превратились в клубок из перепутанных лапок. Эмма хихикнула. Она подняла голову и увидела, что монстр наблюдает за ней.

— Они такие маленькие, — сказала она.

Она в точности помнила то чувство, когда они покидали ее тело. Ее лоно сжалось.

— Они быстро вырастут, — сказало создание.

— У тебя будут еще? — Эмма почувствовала незнакомую эмоцию при мысли о том, что кто-то другой будет вынашивать потомство этого монстра.

Она ахнула, когда длинная лапа прижала ее спиной к стене, и морда создания оказалась всего в нескольких дюймах от нее. Она уставилась на свое отражение сразу в нескольких парах глаз.

— Если бы ты была согласна, я бы брал тебя утром, днем и ночью. Я бы держал твое крошечное тело до краев наполненным моими яйцами, пока ты не забыла бы, каково это — быть пустой.

Эмма смотрела на существо широко распахнутыми глазами; ее бедра плотно сжались, чтобы скрыть тот эффект, который произвели на нее эти слова.

Монстр усмехнулся.

— Но сначала ты должна вернуться домой.

Создание продолжило путь к выходу из пещеры, оставив Эмму прислонившейся к стене и дрожащей от возбуждения. Она поспешила за ним.

Чем скорее она поговорит со своим народом, тем скорее сможет вернуться.