Любовь и ненависть - Великий Владимир Владимирович "Welikij" - Страница 28

На этот раз судьба оказалась милостива.

Он отделался лишь ушибами и царапинами.

Домой Лагутин возвращался пешком, молча катя велосипед рядом. Каждый шаг отдавался тяжелой мыслью.

«А что было бы, окажись я на той, левой стороне дороги?..»

Ответ был слишком очевиден.

И от этого становилось по-настоящему страшно.

Через полгода супруги официально оформили развод.

Из дома Николай Лагутин ушёл, как говорится, в чём был. Он оставил бывшей жене квартиру, машину, дачу, гараж — всё, что за долгие годы совместной жизни удалось приобрести. Всё, что по меркам недавнего советского прошлого считалось достатком обычной семьи. Не стал он спорить и о деньгах: выплатил алименты на детей вперёд, до их совершеннолетия, решив все юридические вопросы без скандалов и тяжб.

Однако само прощание с домом оказалось для него горьким и почти нелепым.

Перед отъездом в Омск, где было гораздо больше шансов найти работу, Николай решил попрощаться с директором школы — своим давним знакомым, бывшим военным. Возвращаться к жизни в Аксёново он не собирался. Не хотел больше бесконечных выяснений отношений с бывшей женой, не хотел новых ссор и тяжёлых встреч с детьми.

Они немного посидели в кафе, пообедали, выпили по рюмке на прощание. Вернувшись домой, Лагутин поднялся на третий этаж и машинально сунул руку в карман брюк. Ключей не было.

Он растерянно проверил другой карман, затем ещё раз ощупал одежду. Неужели потерял? Или кто-то незаметно вытащил их?

Ответ последовал почти сразу.

За дверью раздался насмешливый голос Ирины.

— Ну что, бывший муженёк, теперь ты уже никогда не переступишь порог этой квартиры...

Она сделала короткую паузу, словно смакуя собственную победу.

— Это твой любимый сынок украл у папочки ключи. Так что уходи отсюда... и больше не возвращайся.

Николай до боли стиснул зубы. Несколько секунд неподвижно стоял перед закрытой дверью, потом молча повернулся и стал медленно спускаться по лестнице.

Он не стал кричать, не стал стучать в дверь, не ответил ни единым грубым словом. Это было не в его характере.

Через несколько минут распахнулась форточка.

На заснеженный двор один за другим полетели его вещи: заячья шапка, поношенное полупальто, небольшой саквояж.

Вот и всё имущество, с которым Николай Лагутин покидал свою семью.

Позади оставались двадцать пять лет жизни, прожитых рядом с женщиной, которую он когда-то любил всей душой. Позади оставался дом, который он считал своим. Позади оставались дети...

Из окна квартиры Ирина Сорокоумова наблюдала за бывшим мужем и не скрывала злорадной улыбки. Дети, воспитанные в постоянных упрёках и обидах матери, тоже смотрели на происходящее без сочувствия. День за днём она внушала им, что отец — чужой человек, достойный лишь презрения.

Для Николая развод стал тяжелейшим ударом.

Он страдал не столько из-за утраты имущества, сколько из-за распавшейся семьи. Особенно болела душа за детей. Судьба сложилась так, что он не смог дать им всего, что хотел и на что надеялся. Эта мысль мучила его сильнее любых материальных потерь.

Медленно, словно не замечая дороги, Лагутин брёл по улицам небольшого провинциального городка Аксёново.

С неба тихо сыпалась мелкая зимняя пороша. Снежинки ложились на его старую заячью шапку, таяли на воротнике полупальто и только усиливали чувство безысходности.

В кармане лежал почти пустой кошелёк.

Впереди была неизвестность.

Глава седьмая

Двое на разных берегах

Ирина Сорокоумова развелась в одно из самых тяжелых времен своей жизни. Вместе с ее семьей рушилась и огромная страна — Советский Союз. Привычный уклад исчезал на глазах. Государство стремительно теряло управление, предприятия закрывались, имущество растаскивалось, вчерашние ценности обесценивались, а будущее казалось туманным и пугающим.

Для одинокой женщины, оставшейся с двумя взрослеющими детьми, новая эпоха не сулила легкой жизни. Возможностей быстро разбогатеть, которыми в те годы пользовались самые предприимчивые и далеко не всегда самые честные люди, у нее не было. Она нигде не работала, а дети еще учились и сами нуждались в поддержке.

После ухода отца они все больше перенимали взгляды и привычки матери. В отличие от Лагутина, который постоянно убеждал детей получить образование и найти свое место в жизни, Ирина редко задумывалась об их будущем. Она жила сегодняшним днем, словно надеясь, что судьба сама однажды все расставит по своим местам.

Результаты такого отношения не заставили себя ждать. Татьяна училась в Омске на продавца, не связывая свою жизнь с большими мечтами. Владимир с трудом оканчивал школу и видел свое будущее в поступлении в местное профессионально-техническое училище.

Но однажды сама жизнь заставила Ирину очнуться. Дом постепенно заполняла бедность. Денег становилось все меньше, а надежд — еще меньше. То, что еще недавно казалось временными трудностями, превращалось в новую реальность.

И все же в семье произошло небольшое событие, которое принесло хоть какую-то радость. Источником этой радости стал бывший муж. После развода Лагутин освободил квартиру, и тесное жилье неожиданно стало просторнее. Казалось бы, мелочь, но в условиях постоянной бытовой скученности даже лишние несколько квадратных метров воспринимались как подарок судьбы.