Черноземье. Король 3 (СИ) - Белов Иннокентий - Страница 12

— Голодные племена хотят разграбить Черноземье полностью — такое понятно! Но, Ольг, что сейчас изменилось? — слышу я в скош вопрос от Генса. — Чего они хотят добиться переговорами?

Придется правильно ответить ему:

— Наши бывшие союзники, хотя они могут ими все еще остаться, несмотря на то, что сейчас тоже находятся на той стороне реки, с кем мы построили дорогу через горы. Им не так интересно грабить Черноземье по второму разу, как направить всю орду на ту сторону гор по их и нашей личной дороге. Тем более крестьяне Черноземья сильно пострадали почти два года назад, все подводы с лошадьми у них беспощадно увели. Теперь благосостояние самих крестьян выросло, но еще далеко не такое, как было до прошлого нашествия. Только треть крестьянских хозяйств смогла обзавестись заново лошадьми и подводами, так что награбить степнякам теперь столько же не получится. Да еще уже опытные крестьяне погрузили свое основное добро и семьи на те же повозки, заранее отогнали их пока за сам Астор. В дне пути от него стоят большим лагерем, ждут теперь известий о том, удалось нам отбиться или все же придется уезжать дальше на Север, — напоминаю я Совету.

— Ты думаешь, твои знакомые Беи добились переговоров? — понимает Генс.

— Наверно, ведь больше совсем некому. Голодные племена, мечтающие ограбить Черноземье, сейчас первыми лезут на переправы, теряют людей и лошадей вместе со своим влиянием. Их, наверно, просто больше, чем наших союзников, поэтому остальной орде приходится ждать и смотреть, насколько успешно идут штурмы. Если удалось бы ордынцам прорваться на наш берег и захватить тут побольше земли, то и все остальные степняки могли пойти следом за ними. Только по моим прикидкам три самых голодных племени уже потеряли почти всех своих воинов, еще четыре племени по половине и больше. Орда все же может захватить Черноземье, если навалится на нас своими десятками тысяч воинов. У нас просто даже столько болтов для арбалетов нет. Хотя своими тысячами стрел они очень нам помогают отбиваться, — объясняю я дальше различные варианты Совету.

Но тут Генс задает вопрос, который я жду от него уже давно, как только первый раз применил пушки на берегу Протвы:

— Ольг, а твое новое оружие не поможет победить степняков?

— Если вложить в производство побольше денег, то когда-то точно сможет. Сейчас точно нет, оно пока очень дорогое и уже наполовину вышло из строя. Теперь осталась только одна пушка в наличии, но у нее мало зарядов. Может сделать несколько выстрелов и ее тоже придется везти в ремонт! — я сразу показываю, что надеяться город может только сам на себя.

И еще потом очень дорого заплатить за новое оружие.

— Значит, ты считаешь, что вам еще придется отступать в Астор? Возможно, что придется? — делает правильный вывод из моих слов Генс.

— Теперь уже думаю, что нет. Для моих знакомых Беев нет никого особого смысла снова разорять наших крестьян. Именно экономического смысла по сравнению с вторжением в Сатум. Ведь теперь добытые трофеи, которых окажется уже сильно меньше, придется делить на гораздо большее количество племен. Астор им не взять, они такое уже хорошо знают. Зато мы сохраним свои силы и потом станем уже без всякой жалости нападать на отряды степняков на нашей дороге. Напали из засады, перебили, сколько смогли, а от сильного отряда потом легко ушли обратно за реку. Еще постоянно грабить их караваны с сатумскими трофеями, когда они пойдут мимо нас в степи. Так что по большому счету мы им нужны, как союзники еще больше, чем раньше! — успокаиваю я Совет Капитанов, в полном составе слушающий сейчас наш диалог с Генсом.

— Поэтому среди атакующих нашу оборону племен я знакомых бунчуков вообще не видел. Они явно ждут, чем закончатся бои на переправах, чтобы тоже сделать свой выбор, — делюсь с Главой Совета и остальными Капитанами своими мыслями, ибо время пришло.

Поэтому получаю от Совета полномочия заключить мир со степью, каким бы тяжелым он не был.

Пусть Совет готовится к выплате новой дани, я лично никакими своими предложениями радовать орду не собираюсь. Все равно деваться им теперь совсем некуда, как шагать за перевалы", — размышляю я.

Иначе ничем другим подобное появление парламентеров объяснить не могу. Только желанием как-то договориться с Астором насчет будущего взаимодействия. Вряд ли кто-то из Беев решил выйти из войны, договорившись подобным образом о хоть каком-то нейтралитете. Для подобного исхода не нужно о чем-то договариваться, нужно просто собраться всем племенем и отойти подальше от Протвы. Еще не штурмовать наш берег, но такое уже совсем просто.

«Нет, здесь получается именно общее решение, как минимум, какой-то значительной части Беев. Что нужно собраться и поговорить! — уверен я про себя. — И что они мне скажут?»

«Типа, простите, с вторжением бес попутал, а теперь мы решили ехать дальше! Без заезда в ваше Черноземье. Поэтому помогите нам едой и фуражом, а еще не нападайте на наши проходящие фолы! И на обратном пути не грабьте караваны с богатой добычей тоже!» — усмехаюсь я.

Потому что изначально очень рассчитываю именно на своих старых знакомцев, тех Беев, с которыми у меня как-то налажен диалог. Мы с ними плохо или хорошо, но все же уже построили немыслимый в условиях здешнего мира сложнейший и очень дорогой проект.

«Ну, строил дорогу, конечно, полностью Астор за свой счет. Такое нужно все же открыто признать. Правда, очень-очень сильно сэкономив на плате самим строителям! С полным нарушением их прав! Степняки только охрану присылали с толмачом, которую мы были тоже обязаны кормить. Зато они смогли заставить ленивых городских воров и жуликов во все тяжкие работать, не жалея своих сил. Подобное умение настроить совсем пропащих людей на трудовой подвиг у степняков не отнять. Но все золото, потраченное на дорогу, пришло из городского бюджета!» — хорошо известно мне.

Дорогу, которую не сможет сейчас построить весь довольно богатый Сатум, потому что никогда у них в товарищах согласья нет. И это еще очень мягко сказано. Теперь мои бывшие или все еще настоящие союзники хотят грабить соседнюю огромную страну, как Беи больших, богатых и сильных племен. Плюс ко всему прочему реальные хозяева и ответственные арендосдатчики красивой и максимально удобной, насколько она вообще такой может быть в условиях дикого средневековья, уже асфальтированной в какой-то своей части дороги. С прекрасными туннелями, пробитыми великой силой, старинным союзником именно данных племен. Что они не преминут всем остальным степнякам показать и весомо потребовать свою долю за обратный транзит. Благо форт — место сбора платы за проезд, уже полностью построен.

«Да, моим знакомцам определенно есть, что предложить всем остальным племенам. Сначала никогда не бывавшим в Черноземье степнякам очень хотелось повторить недавний подвиг своих соседей — отправить в степи длинные караваны из наших красивых девушек с крепкими крестьянами и мастеровыми вперемешку. Собрать большой продуктовый оброк путем тотального грабежа для дальнейшей войны уже за перевалами, чтобы порадовать свои семьи, оставшиеся в далеких степях. Но нашла коса на камень, самые смелые и голодные племена уже потеряли по трети, половине или даже всех воинов. Два-три племени точно. Теперь их влияние в общих делах заметно упало, более хитрые соседи посмеиваются над глупыми смельчаками, положившими столько лучших воинов на топких берегах Протвы. Или унесенных на страшную по степным поверьям жизнь после смерти в открытое море. И при этом вообще ничего не добившихся, что полный позор по степным понятиям», — примерно так я понимаю качающиеся весы влияния мудрости отдельных Беев и воинской силы, стоящей за их юртами.

Даже у самого были мысли добраться до своих знакомцев под невидимостью, чтобы серьезно поговорить. Только, где теперь можно найти их стоянки в многоплеменном лагере — да кто его знает. Бегать по лесам, чтобы на неизвестном мне языке кого-то из пленников допрашивать, получается тогда совсем бессмысленное занятие.