Моя Академия 13 (СИ) - Син Евгений - Страница 26

— Не может быть. Рептилоиды не любят людей, — замечает Юрий Олегович. — Они бы разорвали любого человека, который подошел бы ближе, чем на десять метров. Ты же сам видел.

— В этом-то и прелесть, — подтверждаю. — Если есть следы ботинка, он перекрыт рептилоидом — то есть он прошел чуть позже, но трупа мы не находили — значит, кто-то бежал впереди. — Задумчиво смотрю на имперского мага. — Мы же помним про лже-Кольцова?

Юрий Олегович всё понимает. Делает жест рукой, отрывается от земли и чуть подлетает вверх. Его брат как-то раз тоже использовал этот маневр. Интересно, как много энергии он тратит в этот момент? Ладно, об этом можно поговорить потом. Сейчас важно разобраться, кто прошел в портал вместе с монстрами.

— Ни черта не видно, — с сожалением качает головой имперский маг. — Так, — говорит он физруку, — встретишь военных — никого сюда не пускать.

— А мы? — уточняет Юля.

— Девчонки, ваша помощь тоже понадобится, — отвечает имперец. — Расходимся веером и продолжаем искать следы. Скорее всего, они будут там, где рептилоиды повернули нам навстречу. Если найдёте что-нибудь раньше — тут же зовите. Всё, работаем, работаем, времени нет. — Поторапливает с напряжением в голосе. — Идём по следам. Я беру правый, Орлов — продолжай идти по центру. Девчонки — за вами левый.

Все согласно кивают и расходятся. Физрук уходит встречать спешащих к нам вояк.

Быстро бегу по следу.

— … Посмотри сюда, Ларик, кто здесь прошёл?

— Волк, дядя Карл, — отвечаю.

— Правильно. А куда он шел?

— К лесу, дядь Карл, — показываю в сторону сосняка.

— Правильно, — кивает дядька.

Мы идём по выселкам с раннего утра. Видимо, ночью прошёл лёгкий дождь, и почва на песчаном языке до сих пор мягкая. Между полем и лесом очень хорошо отпечатываются следы.

Дядька берёт меня с собой совсем маленького. Наверное, ради дополнительного урока. Мы идём по дюне, на которой довольно чётко прослеживаются длинные следы.

— А сколько их здесь было? — спрашивает дядька.

Оглядываюсь — и больше не нахожу ни одного следа.

— Один, — удивляюсь такому простому вопросу.

— А если присмотреться? — спрашивает дядя Карл. — Видишь след? А в нём ещё один — чуть поменьше. Это означает, что первым прошёл более крупный волк, а за ним след в след шёл ещё один, чуть поменьше. Скорее всего самка, — машет рукой в сторону леса.

— Они всегда так ходят, след в след? — интересуюсь.

— Нет, далеко не всегда, — качает головой дядька. — Но бывает. А теперь посмотри сюда. Что здесь происходит?

Вижу, как цепочка следов раздваивается и расходится в разные стороны.

— Они решили пойти рядом? — стараюсь угадать.

— Нет, Ларик. Здесь они пошли на охоту, — поясняет дядька. — Давай посмотрим, кого они увидели.

Проходим чуть вперёд.

— Видишь? — спрашивает меня.

Внимательно присматриваюсь: чем дальше идут следы, тем они глубже. Между ними большие промежутки.

— Большой волк погнался? — предполагаю.

— Так, — с улыбкой кивает дядя Карл и снова становится серьезным. — А за кем?

Вижу глубокий длинный смазанный след. Его пересекает более крупный волчий. Снова след в следе, но уже совсем другой.

— Заяц? — называю один из вариантов, хотя немного сомневаюсь.

— Правильно, — улыбается дядька. — Это именно заяц. Здесь они его увидели, а отсюда он рванул. И они за ним побежали.

— Дядь Карл, а кто же из них выиграл? — задаю вопрос, который волнует меня больше всего.

— Кто ж знает? — пожимает плечами дядька. — Надо дальше смотреть. — Показывает на цепочку следов, которые уходят в кусты на краю леса…

Воспоминание из детства буквально всплывает перед глазами. Сейчас происходит слишком похожая ситуация. Иду по следу рептилоидов.

Передо мной цепочка огромных следов, а внутри каждого еще один — только не заячий. Слабые следы ботинка подменяют хорошо знакомую картинку и перекрывают широкие следы рептилоида, просто не полностью.

Быстро добираемся до конца цепочки следов. По следам легко читается всё происходящее: в паре метров от того места, где разворачивался рептилоид, есть отпечатки небольших ботинок и… как ни странно, детских ладошек. Словно рептилоид отбросил от себя ребёнка на пару метров, чтобы мы не связали следы друг с другом. И вот тут следы разворачиваются навстречу нам.

— Сюда! — кричу имперскому магу.

Юрий Олегович появляется мгновенно, почти сразу за ним подбегают менталистки. Последним не спеша подходит физрук.

— Ну и что тут у тебя? — немного надменно спрашивает препод, будто не ждет ничего вразумительного.

— Кажется, я нашёл нашу пропажу, — говорю группе. — Вот след контролера. — Показываю на детские ладошки.

— Уверен? — спрашивает имперец.

— Более чем, — киваю. — До сюда рептилоиды его донесли, — показываю на цепочку следов. — В том месте, где мы нашли след, передали друг другу. А потом добросили. Видите тяжёлые вмятины в земле? Здесь он упал, а дальше побежал вперёд.

Прикидываю расстояние до застройки.

— Сейчас он уже в пригороде, — продолжаю. — Отсюда метров триста. Пока мы вели бой, он должен был успеть добежать до домов.

— Подожди, — останавливает меня физрук. — Хочешь сказать, мы сейчас охотимся на монстра в теле ребёнка?

Глава 14

Узнаем правду

— И это очень плохо, — говорит Юрий Олегович.

— Да, хорошего мало, — соглашаюсь. — Если мы уничтожим ребёнка — скажут, что маги убивают детей.

— Уверены, что это следы ребёнка, а не какого-нибудь измененного монстра? — переспрашивает физрук.

— Слушай, сам посмотри, — подзывает его ближе Юрий Олегович. — Как думаешь, кому могут принадлежать такие ладони? — Показывает на оставленные следы. — Только ребёнку или в крайнем случае девушке.

— Судя по ботинкам, всё-таки ребёнок, — киваю на довольно грубые, хоть и маленькие следы рядом с отпечатками ладоней.

— Согласен, — кивает имперский маг. — Ну, и что предлагаешь, Орлов? — обращается ко мне.

— Пока продолжаем идти по следам, — отвечаю. — Авось найдём что-нибудь связанное с ребёнком. Но, по-хорошему, нам не помешают люди с собаками. Среди городских мы его сами просто не найдём. Шансов примерно ноль, — пожимаю плечами. — Но есть и хорошие новости.

— Какие? — с подозрением спрашивает Юрий Олегович.

— Скорее всего контролёр не сможет перескочить на другого человека, — предполагаю.

— Почему ты так считаешь? — Приподнимает бровь имперец, поглядывая на Юлю. Менталистка едва заметно пожимает плечами.

— Просто логика, — отвечаю. — Если вспомнить лже-Кольцова — он занял полумертвое тело и уже разваливался на ходу. И он не мог занять тело другого носителя — до последнего находился в следователе. Скорее всего, здесь произойдет то же самое. У этих существ точно есть какие-то ограничения. Не удивлюсь, если они сразу срастаются с носителем и при этом теряют очень много сил, если вдруг приходится перескочить. В общем и целом, у нас есть определенный запас времени, пока существо не адаптируется.

— Определенный запас времени… — хмыкает физрук. — Звучит не очень обнадеживающе. А что потом? Когда этот запас времени иссякнет?

— А потом мы вряд ли узнаем в теле ребенка иномирную тварь, — отвечаю. — Зато на его месте будет очень сильный менталист — причём, скорее всего, неподконтрольный. Даже вам, — обращаюсь к имперцу.

— Об этом я и сам знаю, — резко отвечает он. — А про то, что не может перескочить на другого носителя очень сомневаюсь.

— Смотрите, логика у меня какая: лже-Кольцов точно оставался наедине с врачом. А тот всё-таки серьёзный маг, — объясняю. — Но других одарённых этот монстр тоже видел — и имел возможность перескочить на любого, но почему-то этого не сделал. А ведь тело следователя уже плохо функционировало.

Физрук смотрит на нас с лёгким непониманием — с этой стороной моей жизни он не знаком. Но пока мы с имперцем не говорим ни о чем секретном.