Ведьмочка в Академии Магов 4 (СИ) - Гринберга Оксана - Страница 3

- Ты получишь пусть не мою дружбу, но мою благодарность, – отозвалась Маделин. – А заодно и мою поддержку.

- И зачем бы мне это понадобилось?

- Затем, что ты обладаешь удивительной способностью заводить врагов, Дельвейн! Один из них, довольно высокопоставленный и могущественный…

- Герцог Кайлен Саверлок, не так ли?

- Да, именно он, – кивнула Маделин. – Уж и не знаю, чем именно ты насолила такому человеку… – произнесла Маделин, а затем взяла паузу и посмотрела на меня, явно дожидаясь, что я обо всем ей расскажу.

Да, поведаю о том, как на ярмарке в Гржине молодой герцог блеял как козел, жевал фиалки и воровал капусту с лотков, передвигаясь на четвереньках. По моей воле, потому что он заслужил.

Но я решила промолчать, лишь лучезарно улыбнулась в ответ.

- Я предлагаю свою помощь в улаживании вашего конфликта, – кажется, поняв, что подробностей с моей стороны не будет, произнесла Маделин.

- Сомневаюсь, что кто-либо сможет мне с этим помочь.

- По крайней мере, я не буду вмешиваться, потому что герцог ищет союзников против тебя в академии, Дельвейн! Вместо этого я выступлю на твоей стороне. Но это еще не все! Через пару дней начнутся Все-Магические состязания…

- С чего бы это? – удивилась я. – Король при смерти, и все отменено. У нас вообще-то повсеместный траур после покушения.

- Только что пришел приказ сверху, и сейчас спешно начинается подготовка к состязаниям. Так вот, я буду на твоей стороне и на стороне твоей команды, если ты…

- Если я отдам тебе Дария?

- Да, если ты отдашь мне Дария и утешишься другим Темным. Северин Кассар – так ведь его зовут?

И я подтвердила, что именно так.

- А что, если Дарий не захочет отдаваться в твои руки? Что, если он возвращается в Элеон за мной? – поинтересовалась я. – Тебе не приходило такое в голову?

Судя по тому, что Маделин снова изменилась в лице, она обдумывала и такую возможность.

- Если ты ему откажешь… Скажешь, что ты его больше не любишь, потому что выбрала другого, то я найду способ загладить свою вину, а потом его утешить. Дарий будет куда больше счастлив со мной, чем с тобой, ведь его никто и никогда не любил так сильно, как я!

Вот что сказала мне Маделин, а потом уставилась на меня пронзительным взглядом, дожидаясь ответа.

Ну что же, за словом в карман я никогда не лезла.

- Знаешь, в чем твоя проблема? – поинтересовалась я у Маделин.

Та лишь усмехнулась в ответ, но я заметила, что деканесса напряглась.

- Наверное, мне стоит сказать, что не знаю, после чего ждать, что ты сейчас раскроешь мне всю правду жизни, – ядовитым голосом заявила она, на что я кивнула.

Раскрою, и еще как!

- Видишь ли, на этот раз решать будешь не ты и даже не я. Если Дарий возвращается в Элеон не ради тебя, то этого уже не изменить – ни брачными метками, ни симбионтами, ни нашей с тобой сделкой. Потому что выбор будет делать он сам.

А я еще погляжу, приму его или нет.

Если, конечно, Дарий выберет меня.

Вот что я ей сказала (ну, кроме своих мыслей, которые я собиралась держать при себе), а затем развернулась и ушла, решив, что нам больше не о чем разговаривать.

И пусть появление Дария меня пугало и интриговало одновременно – да так сильно, что до внутренней дрожи, – но сообщать Маделин о своих чувствах я не собиралась. Как и о том, что одинаковые брачные метки связали даже не двоих – меня с Дарием, – а троих, и оба мужчины мне дороги.

Каждый по-своему, но и один, и второй оставили след в моей душе.

Этого было уже не изменить, поэтому будущее сейчас казалось мне туманным, а также предвещающим множество штормов, вместе с громами и ударами молний.

И бить эти молнии будут как раз по мне, я прекрасно это понимала.

Но чтобы первый удар – боевая молния от Маделин – не прилетел мне в спину, я усилила свою защиту, а затем снова дернула за ленту в косе, предупредив Рурха, чтобы он и его воинство были наготове.

Тут-то я увидела, как ко мне по дорожке несутся церберы, и немного успокоилась.

Уж в чем в чем, а в разумности Маделин было не отказать (ну, кроме ее одержимости Дарием). Она вряд ли пойдет в атаку, когда меня охраняют демонические собаки, которые от радости облизали меня всю, а в кустах засела Высшая нежить, о чем деканессе было прекрасно известно.

- Мы еще не договорили, – донеслось мне ее вслед, но я пожала плечами.

Как по мне, сказано было достаточно.

Зато, как оказалось, впереди меня ждала еще одна не слишком приятная беседа. Но об этом я узнала после того, как подошла к пышному цветущему кусту рододендрона, потому что Ангх и Рурх сгорали от нетерпения, собираясь сообщить некое важное известие.

Оказывается, они разыскали молодую мамочку с записи на кристалле – ту самую, которая смотрела на убийцу с изумлением и узнаванием на лице, – и выяснили, где она живет. Неподалеку – буквально в паре улиц от академии, – и они готовы показать мне нужный дом уже этим вечером.

- Отличные новости, – негромко произнесла я, а затем услышала покашливание за своей спиной.

- С кем это вы разговариваете, мисс Дельвейн? – раздался подозрительный мужской голос, и я резко повернулась.

Надо же, меня почтил своим вниманием сам декан факультета Воды, уж и не помню, как его зовут!

- Слишком много мертвой энергии, – поморщился он, уставившись на меня водянистыми голубыми глазами.

Да и сам он выглядел так же – студень студнем, честное слово! Рыхлые щеки, большой нос, влажные губы, волосы неопределенного пепельно-серого цвета, да и тех добрая половина решила его покинуть.

- Не могу разобрать, что это за мерзкие вибрации, идущие из тех кустов, – добавил он. – Аж душу выворачивает наизнанку!

На его лице появилось выражение неприязни, а я услышала мысли упырей. Они негодовали, а еще печалились из-за подобного к ним отношения, которое было уже не изменить.

Хотя они не сделали этой академии ничего плохого. Наоборот, сражались за нее с монстрами из Лабиринта изо всех сил.

- Эти вибрации идут от меня, господин декан, – сказала я декану. – Вы же в курсе, что я учусь на факультете Некромантии. Я просто решила, что эти цветы слишком красивы, поэтому им всем пришла пора умереть.

И улыбнулась ему изо всех сил.

Да, Маделин Хаес была права – я умела заводить врагов, для этого мне особо и стараться не приходилось. Надо всего лишь не давать в обиду ни себя, ни своих друзей. И это у Александры Дельвейн получалось вполне неплохо.

А то, что другим такое не нравится, – это уже не мои проблемы!

- Примерно так я все себе и представлял, – негромко произнес декан. – Высокомерная девица, возомнившая о себе невесть что!..

Но я все же его услышала и пожала плечами.

- Рада, что я вас не разочаровала, – сказала ему. – Понятия не имею, по какой причине вы меня искали, господин декан… – Кстати, как его зовут? С другой стороны, зачем мне это знать. – Но если вы уже высказали все, что у вас на душе, то оставьте, пожалуйста, меня в покое. – Пусть идет своей дорогой. – Я хочу сполна насладиться смертью цветов, и свидетели мне в этом не нужны.

Ну если только три цербера, скалившие клыки у меня за спиной и не спускавшие со «студня» глаза. Заодно упыри в кустах, а еще до моего слуха донеслись щелкающие звуки со стороны соседней дорожки, возвещавшие, что где-то там бродит голодная, без сомнения, стая яйцекусов.

И уже скоро она набредет на нас. Пока вольера для них нет, хищные ящерки были на свободном выгуле.

Декан в очередной раз поморщился, словно все пошло не по его плану.

- Мисс Дельвейн, – холодно произнес он, – я пришел сообщить, что ваш смехотворный проект зверинца, под который вы задумали отобрать часть территории моего факультета, никуда не годится! По какому праву вы решили, что можете распоряжаться нашей землей?

По праву сильнейшей, хотела сказать ему, но вместо этого улыбнулась ему еще раз.

- Господин ректор, конечно же, отправил вас улаживать этот вопрос со мной. А сам, как всегда, попытался избежать сложной ситуации, сказав, что ничего не собирается решать.