Ведьмочка в Академии Магов 3 (СИ) - Гринберга Оксана - Страница 15

К этому времени на стадионе уже успела собраться приличная толпа. Люди продолжали приходить, хотя казалось, что происходящее было сугубо между двумя командами: Некромантов и Воздуха.

Многие явились поддержать нас с подругами, другие болели за Сайруса и парней. Разговорчивый секретарь растрепал обо всем гостям, так что придворные тоже пришли, и для них поставили кресла и шезлонги.

Северин привел свою команду, ну и кое-кто из других участников, привлеченный толпой, тоже подтянулся.

Пришел и наш декан и теперь стоял чуть в стороне. К нему прицепилась бледная Маделин Хаес – что-то говорила, пыталась привлечь внимание Брира, но тот был к ней равнодушен.

Зато ректор заметно нервничал – наверное, подозревал, какой может выйти скандал, если и в этот раз победит незнатная и неродовитая четверка Александры Дельвейн. Но надеялся на лучшее – то есть на Сайруса, который отлично сжился с ролью столичного чемпиона.

И даже не подошел, когда нас увидел.

На это я, опять же, пожала плечами, после чего принялась выглядывать среди гостей герцога Саверлока. Настало время поговорить и уладить старые обиды.

Подошла, уставилась ему в глаза, подумав, что даже разодетый в пух и прах, увешанный золотыми украшениями, этот человек все равно выглядел неприятным. Что-то в нем было не так – словно червоточина, находящаяся глубоко у него внутри, вырвалась наружу и наложила отпечаток на его внешность.

Отражалась в его темных маленьких глазах, слишком узком лице и в порочном рте.

Да, в том самом, из которого в Гржине то и дело раздавалось противное блеяние.

- Ваша светлость, – пусть с отвращением, но я все же поклонилась, постаравшись, чтобы это чувство не отразилось в моем голосе и не появилось на моем лице. – Как только я услышала, что вы будете среди гостей и зрителей, то не смогла удержаться… Вы так много сделали для моей прошлой академии в Западной провинции, были настоящим нашим покровителем!.. Надеюсь, вы не откажетесь от доброго слова и дадите мне свое благословение перед столь сложным испытанием?

В общем, наговорила множество липкой и лестной лжи, которая должна была выставить Кайлена Саверлока в самом лучшем свете перед остальными придворными.

Подумала, что такое могло ему понравиться – все равно никто не проверит, что было в Западной провинции, а после моих слов он прослывет меценатом, у которого просят благословения полные восторженной любви к нему девицы.

Потому что я попыталась изобразить из себя именно такую, и, видят Боги, Верховная могла бы гордиться моим актерским талантом!

Но лицо Кайлена Саверлока оставалось спокойным и тусклым, хотя все вокруг тотчас же принялись высказывать свое восхищение, заявляя, что молодой герцог – достойный сын своего отца.

- Давайте отойдем в сторону, мисс, и вы услышите от меня напутственные слова, – наконец произнес мой фальшивый «благодетель», и я, придав своему лицу самое восторженное выражение, последовала за ним.

Мы остановились чуть в стороне от остальных, и я накинула на нас полог тишины. Скрывать наш с ним разговор не стала – пусть все видят. А вот то, о чем мы будем беседовать…

- Мне жаль, милорд! – собравшись с духом, произнесла я.

Несколько раз это репетировала – и в уме, и перед зеркалом, – представляя, как стану говорить ему эти слова. Заодно старалась думать о том, что делаю это исключительно ради собственного выживания.

Иначе он бы услышал совсем другое.

- И о чем же ты сожалеешь, ведьмочка? – хриплым голосом поинтересовался герцог.

- О том, что произошло в Гржине. Тогда, на ярмарке год назад. Я повела себя необдуманно, поэтому искренне прошу у вас прощения…

Он молчал, смотрел на меня, и я внезапно поняла: пощады мне не будет. Нет смысла говорить все эти красивые фразы, умолять, даже упасть ему в ноги, хотя я и не собиралась этого делать.

Он затаил серьезную обиду, и…

- Хорошо, – внезапно произнес молодой герцог. – Ты можешь искупить свою вину. Для этого ты придешь в мои покои сегодня вечером. Но не одна, – он повернул голову и посмотрел на мою четверку. – Приведешь еще и ту, у которой много кос на голове. – Герцог говорил о Гретте, без всякого сомнения. – Вы обе будете покорно исполнять мои желания, пожалуй, две ночи подряд. После этого, в зависимости от того, как искренне ты и твоя подруга будете стараться заслужить мою благосклонность, мы обсудим твое прощение еще раз.

- А если я не приду и подругу с собой не приведу? – спросила я. – К тому же мне кажется, вы уже протрезвели с того раза и видите, что это совсем другая девушка.

Чем та, которую я от него защищала.

Герцог изменился в лице. Если до этого, когда он рассказывал мне о своих фантазиях, на нем читалось порочное сладострастие, зато теперь я увидела в его глазах безжалостную жестокость.

- Если так, то жить тебе осталось немного, – его голос прозвучал глухо, но с явным предвкушением. – Я никогда не прощаю своих врагов! Но ты не тянешь даже на врага – безмозглая девка, которая унизила меня перед всеми…

Кажется, он собирался меня ударить, забыв, что мы стоим у всех на глазах и на нас смотрит и администрация академии, и придворные, и студенты. Но спохватился в самый последний момент.

- Скоро тебе конец, – произнес он с таким видом, словно зачитывал эпитафию на моем надгробном камне, а затем…

Я все-таки это заметила – быстрый косой взгляд в сторону полосы препятствий. Словно на ней меня ожидали сюрпризы, даже если бы я согласилась провести с ним несколько ночей подряд, приведя с собой весь факультет.

Этот мужчина не собирался ни забывать, ни прощать того, что произошло в Гржине.

- Бе-е-е-е! – усмехнувшись, произнесла я, и герцог Саверлок изменился в лице.

Дальше я уже не смотрела – развернулась и зашагала к своей команде.

Знала, что хватать меня сзади и душить он не станет, но я все-таки потянула за свисающую из прически ленточку, попросив Рурха и Ангха приглядеть за этим… деятелем.

Мне надо было понять, что он задумал.

Но уже скоро я это услышала – от капитана команды из Шаддара, который не собирался оставлять меня в покое.

Подошел, когда во всеуслышание объявили скорое начало отборочного испытания, а ректор фальшивым голосом подтвердил, что с минуты на минуту пройдет жеребьевка. Он вытянет из непрозрачного сосуда одно из имен – либо мое, либо Сайруса, – и мы узнаем, кто из нас стартует первым.

Я нисколько не сомневалась, что непрозрачным здесь будет не только сосуд, но и сама жеребьевка. Администрация сделает все именно так, как ей удобно, даже если…

Тут к ректору подошел Саверлок и принялся что-то нашептывать тому на ухо.

- Я наблюдал за полосой препятствий, – произнес Северин, чем порядком меня удивил.

Подруги, проявив несвойственное им чувство такта, к этому времени оставили меня с Темным наедине. Но глазели на нас со стороны, и я не сомневалась, что впереди меня ждет еще одно испытание, правда, уже расспросами.

Но сперва я бы не отказалась услышать ответ Северина. На бал он меня пригласил, и формальное согласие я ему дала. Ну да, сказала, что пойду, если моя команда победит на отборе.

Неужели он здесь из-за этого?

- И зачем же ты за ней наблюдал? – поинтересовалась я. – Может, хочешь дать мне совет, как лучше пройти испытание?

Собиралась было заявить, что прекрасно знаю все и сама, потому что несколько дней назад успешно преодолела все эти веревки, цепи и раскачивающиеся бревна.

Но Северин внезапно помрачнел, а потом качнул головой.

- Мне не нравится то, что твою четверку пытаются снять с игр, – произнес он. – Я считаю, что это нечестно.

- Как ты понимаешь, я тоже не в восторге от происходящего, – огрызнулась я в ответ.

При этом подумала, что Темный – один из тех, с кем Элеон долгое время воевал, – сейчас рассказывает нам, Светлым, о честности – ну надо же! Пусть сперва посмотрят на собственное бревно в глазу, потому что свое мы прекрасно видим и сами.

Тем временем герцог успел донести ректору свою мысль – интересно, о чем? – после чего вернулся к придворным. Уселся в приготовленное для него кресло, а глава академии окинул меня долгим взглядом.