Патриот. Смута. Том 16 (СИ) - Колдаев Евгений Андреевич - Страница 51

— Так, давай еще раз по новой. Как все. Дьявол! Как все это вышло? Что ты видел?

— Я, ясновельможный пан Сапега, ничего своими глазами не видел… — Начал было его вестовой.

— Как так! Как, дьявол тебя разорви, я же вас поставил за ним смотреть, следить. Племянник мой, что?

— Ясновельможный Ян Петр Сапега и мы вместе с полковником господаря московского Чершенским и его людьми в авангарде войска шли к бродам. А потом, потом оказалось, что войска за нами нет.

— Как нет? Оно что! Испарилось? Как! — Негодовал, гудел, старый Сапега. Злость накатывала на него волнами. — Это же войско! Сотни, тысячи человек, обоз.

— Мы ушли в авангарде. Две сотни. Там вокруг эти проклятые леса и болота.

— Вы что! Не догадались кого-то оставить? А? В основном войске? Почему ушли все⁈

Вестовой все больше сомневался в своих словах. То, что ясновельможный пан нервничает, настораживало и даже несколько пугало. Попасть в немилость к роду Сапег дело недоброе.

— Так был приказ…

— Приказ! — Взревел Лев Иванович. — Приказ был следить во все глаза! А не только лицом торговать!

Посыльный дернулся, потупил глаза, уставился в пол.

Сапега вдохнул, выдохнул. Повторил процедуру раз пять, собрался.

— Ладно. Что ты видел?

— Мы вошли в город ближе к полудню. Он уже был взят. Шляхта сидела в конюшне, пленная. Я их видел. Побитые, помятые, лица удивленные и такие, непонимающие что ли.

— Город?

— Пожаров нет, грабежа нет, колонны московитов уже прошли. И ушли на север. К вечеру туда подтянулись эти. — Он искал, подбирал слово. — Чудные пикинеры новые, которыми ксендз руководит.

— Католик?

— Нет. Батюшка, их. С юга он. Полковник… — Задумался. — Серафимом, как ангела его зовут.

— У него еще и ангелы в войске. — Процедил Сапега. — Дальше.

— Дальше Ян Петр приказ отдал, письмо написал и мы с Евой, ясновельможной пани Гонсевской-Пац, двинулись сюда. Как можно скорее.

— Младший Гонсевский жив?

— Жив. В плену.

Сапега потер лоб.

— Что там насчет города? Повтори еще раз. Что племянничек мой по этому поводу… А дьявол, что он думает, как такое возможно?

Парень замялся.

— Я, я ясновельможный пан гетман, наместник, таких дел не ведаю. Я хоть и шляхтич, но бедный. Велено на словах было передать к тому, что в письме писано, что московский господарь за Велиж предлагает тебе наемников. И за Усвяты. Цену обсудить предлагает. Эти городки строили его предки. Еще при матери Ивана Великого, Грозного, Четвертого. Велиж на их стороне Западной Двины…

— Их! — Взревел Сапега. — Их!

— Ясновельможный…

— Довольно. Дьявол. Довольно.

Сапега поднялся с кресла.

— Свободен.

Парень поклонился, не поворачиваясь вышел из шатра, а Лев Иванович заходил кругами. Дьявол. Ведьмак или святой! Да как же так! Как он просто так взял и отобрал у Гонсевского его город. Как! Но, с иной стороны у него в плену сын. Но жена? Почему московит отпустил Еву? Зачем? Какого дьявола происходит? Благородство? Нет. Нет! Этот человек что-то понял. Человек ли?

Но чем больше Сапега думал о ситуации, тем больше понимал — она на пользу, а не во вред. Все складывалась так, как было выгодно ему. Гонсевский теперь на сейме вряд ли посмеет говорить что-то против. Он же не безумен, рисковать своим наследником вот так вот откровенно.

А городок? Велиж?

Да господь с ним. Усвяты — вотчина Сапег, за нее он будет спорить, бороться, торговаться. Велиж… Это проучит сукина сына, зазнавшегося и поднявшего нос, Гонсевского. Совсем недавно был он у Льва в услужении, а тут ишь, возомнил себя равным. Нет. Захват города поставит его на место, а пленение сына вообще втопчет в грязь. Своего сберечь не смог, какой ты шляхтич, как смеешь другим советовать и говорить. Короля отбивать? Ты сына своего верни поначалу.

Лицо Сапеги исказила кривая ухмылка.

Ведьмак сделал все четко. Как? Да дьявол с ним как. Пока он союзник, все будет на востоке хорошо и четко.

Пока… Холодный пот проступил у Сапеги от этой мысли. Перед глазами встала картина сгоревшего шатра короля Сигизмунда, истязаемые обезумевшей шляхтой рыцари иезуиты. Пожженный и разгромленный лагерь и страх в глазах собравшихся людей. Они все храбрились, не верили, говорили о предательстве и нашли крайних. Но. Сапега готов был дать голову на отсечение, каждый из них глубоко в душе понимал, не смотря на предательство, даже будь оно, мало кто из них решился бы на такую вылазку. Даже думать отдать такой приказ, уже сложно, а возглавить.

Нет.

Лев Иванович перестал ходить из стороны в сторону. Уставился на очередного гонца, которого пропустила охрана. Вздохнул. Дел было по настоящему много. Очень важных, неотложных решений.

Начал слушать очередной доклад, но из головы так и не уходила мысль.

А может быть даже Усвяты обменять на помощь наемников у московского царя весьма не плохо. В той ситуации, в которой он оказался, любая помощь в критический момент может быть полезна. Помощь этого ведьмака. Уж лучше быть с ним союзниками, как можно дольше, чем бросать вызов. Пусть, пусть молодые лезут на рожон. А он уже стар для подвигов, привык решать ситуацию силой разума и логикой. И они подсказывали, что Игорь Васильевич очень нужен Сапеге как союзник, а он сам, как наместник Великого Княжества Литовского, очень интересен Московии, возглавляемой этим человеком.

Войско прошло развилку.

По моему распоряжению Ян Петр отправил в Усвяты гонца с тем, чтобы сообщить что служилые люди русских идут мимо. Вотчину Сапеги мы не тронем. Шляхтич, услышав от меня эти слова, занервничал. Прошлый раз, когда я сказал ему, что мы идем мимо городка Великого Княжества Литовского, то тот пал почти без боя. А сам Сапега узнал об этом далеко не сразу.

— Ян Петр. — Я усмехнулся, смотря ему в глаза. — Мы идем мимо. Усвяты нам не нужны.

Это «не нужны» прозвучало так, словно если бы было нужно, забрали бы и их. Но пока. Именно ПОКА не требуется. В целом так оно и было. За Усвяты я был готов торговаться с Сапегой старшим, но потом. Эта точка интересна, но не так критически важна, как Велиж.

Уже поздним вечером, когда войско готовилось ко сну, я услышал какую-то возню, окрики. В сотне Якова резко стало неспокойно.

— Богдан! — Приказал. — Разберись, что там.

— Да, государь мой.

Казак ушел и через пару минут вернулся. Судя по лицу, злой, удивленный и сильно раздраженный. С ним шли еще пятеро. Двое моих, собранных, держащих руки на оружии. Еще двое, явно вестовые от Репнина, злые, усталые и косо смотрящие на последнего спутника.

А это был сущий павлин.

— Кто ты?

— Я посол от Рес-публиции. От Императора Деметриуса. Пришел говорить с вашим… — Лицо его исказила мерзкая гримаса. — С цариком вашим.

Уважаемые читатели, спасибо! Жду в семнадцатом томе — https://author.today/reader/610731/5830401

Пожалуйста не забывайте ставить лайк.

И конечно — добавляйте книгу в библиотеку.

Впереди — много интересного. Нас ждет политика и поход на север и противостояние Лисовскому, который тот еще Упырь!