Миротворец (СИ) - Листратов Валерий - Страница 43

Ворота Академии проходим вместе и почти сразу же, еще не доходя до главного здания, Ольга уходит через парк в в учебный корпус.

Немного замедляюсь. За две недели полностью забываю Академию и сейчас словно знакомлюсь с ней заново.

Десятки учеников торопятся из дальней общаги в учебные и в главный корпуса. Почти все не выспавшиеся, но при этом уже озабоченные новым учебным днем.

Правда, среди учеников появляются и более наслаждающиеся жизнью люди, но их все-таки в общей массе меньше. Народ через парк практически пробегает на автомате. Даже не останавливая взгляд на окружающих.

В общем, такая учебная суета, и окунуться в это снова, оказывается, довольно интересным ощущением.

Ведь я буквально несколько дней назад еще летел на дирижабле. Пару дней, как участвовал в бою и завтракал на приеме у императора. А что было до этого, вообще не укладываются в рамки учебного мира. Чувствую себя немного белой вороной.

После подобного, попадание в учебный трек создает немного странные ощущения нереальности происходящего. На пару минут даже разрешаю себе побыть в этом.

Над главным корпусом снова появляется исчезающий этаж. И как раз его постепенное проявление меня словно пробуждает. Качаю головой. Долго наблюдать за этим все равно не получится. Откладывать посещение директора все же не получится бесконечно.

Захожу в главный корпус и поднимаюсь на этаж к знакомцу моего учителя.

Административный этаж встречает меня запахом хорошего кофе и почему-то жженой бумаги.

С кофе как раз понятно, смотрю на еще одно изменение на этаже.

Перед кабинетом ректора исчезает стол проректора Марины Леонидовны, появляется новый стол. За которым миловидная барышня, уткнувшаяся в информационный амулет, работает с документами.

Похожий у меня стоит в комнате главы Рода.

Чашка кофе ожидаемо стоит рядом с девушкой.

— Геннадий Егорович не принимает. Записывайтесь заранее. — Не поднимая головы, говорит секретарь ректора.

— Меня примет. — Улыбаюсь девушке.

Девчонка отвлекается от работы. Легкое скука и равнодушие тут же сменяется удивлением и узнаванием. Странно, вроде с этой девушкой не пересекался — я бы запомнил.

— Почему вы так думаете, господин студент?

Вот как знал, надо было все же в форме идти.

— Потому что я по поводу восстановления, и меня направили личным приказом императора. Вам его продемонстрировать? — спрашиваю. Девушка слегка пугается, что еще более удивительно. Вроде ничем ее задеть не мог. Хотя патрон Академии именно что император, а девушка работает тут точно недавно, так что и каменную шкурку отрастить еще не успела.

— Секунду, я уточню. — Тут же подрывается с места и скрывается за дверью ректора. Даже не стала пользоваться переговорником.

Жду минуту, не больше.

— Геннадий Егорович вас примет, господин Рысев, — дежурно улыбается мне девушка.

Слегка кланяюсь. Все же мне не кажется — именно, что узнает.

— Добрый день. — захожу в кабинет ректора.

А вот его кабинет, с момента моего посещения вообще не меняется. Хоть что-то постоянное.

— Здравствуйте, здравствуйте, юноша! Проходите, пожалуйста. — Ректор показывает на стул рядом со своим столом. — Рад вас видеть. Скажу прямо, когда нам пришло распоряжение о вашем переводе, я даже несколько сожалел, поскольку был шанс потерять и хорошего преподавателя, и подающего надежды ученика.

Киваю, принимая немного странную похвалу.

— Как видите, я вернулся, Геннадий Егорович. — прохожу к столу ректора и сажусь на предложенное место.

— … и это меня исключительно радует. — продолжает ректор. — Смотрите, господин Рысев, новая группа начинает свое обучение через неделю. Я вас могу записать в эту группу.

— Боюсь, что нет, — флегматично возражаю ректору. — Его Величество распорядился немедленно продолжать обучение, так что я пришел в первый же учебный день после распоряжения.

— Распоряжение императора надо выполнять. — чуть недовольно кивает ректор. — Извините Максим, а как он распорядился? Я могу получить на руки данное распоряжение Его Императорского Величества?

— Не знаю. — Пожимаю плечами. — У меня есть только его резолюция на приказе о моем переводе из поместного войска в Академию. Больше никаких других приказов и никакой другой информации у меня нет.

— Хорошо, мне это подойдет. — протягивает руку ректор. — Позвольте?

Тут же отдаю ему письмо.

Ректор читает, и мгновенно меняет свое мнение. Ну действительно, зачем ему лишние сложности.

— Максим, ваша предыдущая группа сформирована и закрыта, это обычная практика по мере прохождения программы обучения. Мне несложно отдать приказ о вашем переводе в ту же самую группу, несмотря на то, что закрыта вся бухгалтерия и все распоряжения по ней. В принципе, мы можем внести правки, пусть это и создает легкие сложности администрации, но мы это сделаем. Вот только вопрос. Сможете ли вы нагнать свою группу сами? — Уточняет у меня директор. — К сожалению, пока что, в самом начале вашего обучения мы не можем предоставить вам дополнительные часы у преподавателей.

— Вы знаете, я почти уверен, что смогу. — Равнодушно улыбаюсь директору.

Естественно, со своим экспериментом в поглощении теории, с прочитанной и усвоенной реальной книгой Останина, обрывками знаний некросов — за моими словами стоит определенная уверенность. Практики не хватает — это да. Но тут тоже понятно кого спрашивать — Кошкин еще не закрыл контракт учитель-ученик, так что и тут подтянуть меня невелика проблема. Всего-то две недели, чего бы они ни изучали. Тут, скорее вопрос, есть ли у них возможность принять экзамены как в лицее, за несколько лет сразу. Есть у меня подозрение, что и с этой проблемой я справлюсь. Хм. Сразу, как появится несколько больше времени. А вот сейчас мне все же нужно немного другое. Библиотека для нивелирования дыр в теории, по словам Хозяина Лабиринта, и много экспериментов в мастерской Академии. Остальное, все же — не горит.

— Ну, смотрите сами, спорить с Его Императорским Величеством я точно не собираюсь. — улыбается мне в ответ ректор.

— Огромное спасибо, — говорю ректору.

— Да что вы, с такой резолюцией по-иному выйти и не могло. — Улыбается Геннадий Егорович.

Весь разговор проходит ровно, словно бы на одной ноте, и только мне видны интересные изменения внутреннего отношения ко мне директора. В начале разговора равнодушие, потом скептицизм, который не уходит до сих пор, да еще и желание сделать небольшую неприятность своему заклятому другу Кошкину.

В общем, намешано все. Другое дело, что вовне директор не транслирует ничего. Все очень доброжелательно и приятно. Сразу видно очень хороший опыт в переговорах с разными студентами.

— Посетите, пожалуйста, Марину Леонидовну с вашим же письмом. — Пишет пару слов с другой стороны листа, там, где нет личной резолюции императора. — Она оформит окончательно ваш перевод. После чего у вас будет снова доступ к вашему внутреннему счету и с завтрашнего дня можете приступать к обучению.

— С завтрашнего? — удивляюсь.

— Ну сегодня вы на уроки явно не попадете. — кивает ректор.

— А, скажем, библиотека будет для меня доступна? — уточняю.

— Это сколько угодно, хоть библиотека, хоть мастерские для практических работ, хоть столовая. — Разводит руками ректор. — Все доступно, с момента активации вашего счета в Академии. Средства на браслете будут оперативно подвязаны к сквозной оплате. Без каких-либо потерь.

— Благодарю, — встаю со стула.

— Заходите, если что, господин Рысев.

— Обязательно, господин ректор. — Прощаюсь с Геннадием Егоровичем.

Пару минут и стучусь в новый кабинет проректора. Найти его не составляет труда — сложно промахнуться во вторую же дверь на этаже.

Даму ждать не приходится — утро. Все еще на местах. Так что в ее в кабинете, почти скучаю с полчаса, пока Марина Леонидовна отрабатывает все запросы и создает все нужные бумаги. Разве что эта барышня показывать заинтересованность во мне вообще не считает нужным. Спокойно принимает необходимость и срочность работы и даже не делегирует ее дальше, хотя, по идее, это тоже она делать не должна. Но, видимо, императорская подпись чуть двигает рамки возможного.