Год 1994-й. Крах Гегемона (СИ) - Михайловский Александр Борисович - Страница 62

С того дня прошло трое суток. Видя, что в бывшей Югославии творит император Галактики, необратимо ломая все то, что мы упорно воздвигали с одним намерением — уничтожить русский мир — я уже даже мысленно не сопротивлялся. Что нам оставалось делать? Лишь ждать своей участи. Возможно, что мы вообще будем стерты с лица земли… В эти дни меня посещали навязчивые мысли о том, что невозможно сменить свою родную фамилию. Как бы ты ни назвался, она остается на тебе невидимым отпечатком. Я так и остался Блайтом, и провал этот становится все более очевиден.

Однако я должен был продолжать исполнять свои обязанности. Понятно, что очень скоро император Галактики, решив, что я созрел, явится сюда для серьезного разговора. Это следовало ждать когда угодно.

Напряжение было велико. Я знал лишь один эффективный способ хоть ненадолго избавиться от него. Женщина… Та, новенькая, кареглазая брюнетка с чувственным ртом и аппетитной попкой. Она уже давно бросает томные взгляды в мою сторону и многозначительно улыбается. Я все оттягивал главный момент, но теперь он, кажется, настал… Эта девушка хочет меня, и запах ее возбужденного тела долго ощущается в Овальном кабинете, стоит ей туда ненадолго зайти. На этот раз все будет по-настоящему: я возьму ее прямо на столе — вот на этом, на котором сейчас лежат документы… Мне нужна хорошая разрядка. Я хочу, чтобы она громко стонала и кричала: «О мой президент! Трахай меня! Да! Да! Сильнее! Еще сильнее!».

Фантазия разыгралась, и я наконец вошел в то блаженное состояние, когда все заботы и тревоги отступили на задний план, а зов тела побуждал немедленно осуществить задуманное.

— Кошечка моя, — ласково сказал я, сняв трубку внутреннего телефона и набрав короткий номер, — зайди-ка на минутку, ты мне нужна.

20 ноября 1994 года, 17:55 СЕ., околоземное космическое пространство , императорская яхта Рион, рабочий кабинет ЕИВ

Капитан Серегин Сергей Сергеевич, великий князь Артанский, император Четвертой Галактической Империи

Сказать честно, при ближайшем рассмотрении Истинным взглядом Сергей Шойгу оказался настоящим человеком — из той же когорты, что и Велизарий, Петр Багратион, братья Тучковы, Дмитрий Карбышев, Конкордий Красс и иные многие, являющиеся моими вернейшими соратниками. Вся разница только в том, что его место в родном мире, а не в рядах моего войска. Этому человеку, как и мне самому, обидно за Державу, вот только сделать по нынешним временам он может очень мало. Да и потом, вокруг президента Путина теснились такие склизкие личности, как Касьянов, Кудрин, Чубайс, Силуанов, Улюкаев, Шувалов и другие, меньше рангом (отдельная статья — окружение господина Медведева).

Сказать честно, еще в прошлой жизни хотелось купить большой флакон жидкости от блох, вшей, клещей, клопов и прочих кровососущих насекомых и подарить Владимиру Владимировичу для проведения системной дезинсекции. При этом Сергей Шойгу и Сергей Иванов интригами оказались оттеснены на периферию президентского окружения (интриговать либералы умеют). И если министр по чрезвычайным ситуациям был человеком нужным (дело делать кому-то надо), то Иванова с его разведывательным прошлым просто затоптали.

Однако в этом мире еще ничего не предрешено; во вторые президенты после Ельцина я наметил Евгения Максимовича Примакова, и уже тот передаст преемнику страну, очищенную от разных продвигателей безумных либеральных идей, чтобы не бродила российская государственность по буеракам, а прямой дорогой устремилась к лучшему будущему. И президентскую команду должны составить патриоты-государственники, без марксистских или либеральных заморочек, а не мошенники на доверии, готовые распродать страну оптом и в розницу, дабы получить со сделки свои законные два процента отката. Не знаю, как в других мирах, а в этом подобное сделать еще можно, главное, не суетиться и взвешивать меры воздействия на аптекарских весах, ибо правильно сказал Владимир Жириновский, что поломать местную российскую государственность очень легко, починить будет гораздо сложнее. И одним из винтиков такой идеальной государственной машины и должен стать товарищ Шойгу. Именно товарищ, а никакой не господин.

Поэтому я провел этого человека по Рион, познакомил с моей Верной-кораблем, товарищем Котельниковым и серой эйджел Мифрил Доной, показал сибх, горхинь и остроухих штурмпехотинок, внимательно наблюдая за подсознательными реакциями пациента. Потом, уже на «Неумолимом», я познакомил Сергея Шойгу с Климом Сервием, который у меня служит главным инструктором по инженерной части. Также он имел честь лицезреть темных, и светлых эйджел, и представительниц боевого хуман-горхского гибрида, и я опять не заметил никаких отрицательных реакций. Наоборот, глядя на то, как улыбаясь, отдают мне честь представительницы многонациональной и многорасовой команды (про улыбку горхини я уже говорил) мой гость несколько расслабился, убедившись, что тут никого не волнует его собственное или чье-нибудь еще национальное происхождение. Сильно подозреваю, что на родине альтернативно одаренные национальные интеллигенты шипели ему вслед: «Он не тувинец», а в Москве аналогично мыслящие граждане шептались у него за спиной: «Чурка»[21].

А еще на «Неумолимом» я показал своему гостю большой и малый десантный челноки, объяснив, что каждый из них оборудован генератором буксировочных лучей, позволяющим им без всяких строп, тросов или цепей поднимать и переносить с места на место массивные предметы. «Святогор», например, в состоянии поймать падающий с небес горбатый «Боинг» с пассажирами и опустить на грешную землю, будто пушинку. Захват при этом производится за всю массу перемещаемого объекта, так что сломаться и развалиться на части от приложенных нагрузок тот никак не может. Малому челноку по силам оперировать грузами массой в двадцать-тридцать тонн, и наилучшим образом подходит на роль летающего подъемного крана или спасательного средства, способного выдернуть из бушующего моря шлюпку с потерпевшими кораблекрушение. В Боснии местное человечество увидело лицо Империи, обращенное к врагам — суровое, брутальное и зачастую беспощадное, а в случае, если где-то на территории Российской Федерации (в первую очередь) произойдут какие-нибудь стихийные бедствия, то мир увидит совсем другой ее облик, предназначенный для друзей и просто хороших людей.

Также я рассказал товарищу Шойгу, что в Основном Потоке в час ночи двадцать восьмого мая девяносто пятого года на Сахалине произошло почти восьмибалльное землетрясение, фактически стершее с лица земли поселок Нефтегорск, застроенный пресловутыми панельными хрущобами, что не были предназначены для сейсмоопасных районов. Из трех тысяч жителей почти две тысячи погибли, еще пятьсот пришлось извлекать из-под завалов. Осложняли ситуацию хроническое недофинансирование (за первые пять лет «демократии» на Сахалине были закрыты тридцать сейсмостанций), разрыв проводной телефонной связи и вялая реакция местных властей, не поверивших первым сообщениям о катастрофическом характере стихийного бедствия. Когда очаг землетрясения расположен неглубоко, то в самой близи от места сплошных разрушений могут только качаться люстры.

Три тысячи спасателей МЧС на восьми самолетах Ил-76 прибыли из Москвы только через тридцать шесть часов после катастрофы. Но это и понятно. Первую задержку создали разрушение линий связи и тормозная реакция местных властей. Вторую обеспечила разница в восемь часовых поясов: когда на месте осознали масштабы катастрофы, то в Москве уже была глубокая ночь. Третья возникла из-за того, что перед вылетом нужно было собрать людей и все необходимое и загрузить на самолеты. Четвертую задержку вызвал восьмичасовой перелет из Москвы до Сахалина практически на пределе дальности груженого транспортника Ил-76. Пятая случилась из-за того, что от аэропорта прибытия до места катастрофы нужно было проехать двести километров по извилистым сахалинским дорогам.