Год 1994-й. Крах Гегемона (СИ) - Михайловский Александр Борисович - Страница 57

Впрочем, об этот пенек споткнулся еще древнеримский товарищ Спартак, разделив свое войско по национальному признаку и потеряв на этом германские и галльские легионы. И не он один. Распалась разделенная внутренними национальными границами империя Габсбургов, а также слепленный Лениным и Троцким по тем же лекалам Советский Союз. Слишком многие вожди большевиков в дореволюционное время отсиживались в эмиграциях по Венам и Краковам, где напитались тлетворным австро-венгерским духом. И ведь к моменту создания «нерушимого» СССР «лоскутное одеяло Европы» уже пять лет отсутствовало на карте мира, и его успели не только похоронить и оплакать, но и забыть. Но это я так, ворчу.

Единственное, что можно делать в таких случаях, это перекраивать границы, складывая подобное к подобному, а потом еще сделать так, чтобы никто не мог помешать интеграционным процессам. Впрочем, на территории бывшей Югославии после объединения всех сербских территорий в один домен больше никаких интеграционных процессов не может быть в принципе, и даже придется отбиваться от албанской проблемы, время которой еще не пришло. Ну а пока нам удалось добиться главного — скупщины Сербской Краины и Республики Сербской приняли объединительные постановления, в результате чего на свет появилась Сербская Федеративная Республика. Президент (до следующих выборов через четыре года) Милан Мартич от Сербской Краины, главнокомандующий объединенными вооруженными силами Ратко Младич от Республики Сербской, причем заметить главкома опять же можно будет только после выборов. Все прочие органы и исполнительной и законодательной власти остались в прежнем виде.

Визгу от этого события, конечно, было по всему «мировому сообществу», не исключая и Россию, как от голого мужика, заглянувшего в женскую баню. Месье Козырев наговорил таких словей, что хоть прямо сейчас выворачивай его наизнанку. Однако я этого делать не буду, потому что, в отличие от лицемерного Хасбулатова, этот деятель был достаточно искренен, насколько это вообще возможно в его положении. При этом на Западе в визгах и криках изощрялись в основном журналисты (блогеров еще не существует в природе), а вот официальные лица ограничились дежурными протестами-отписками, вообще непонятно кому адресованными.

Французов, например, очень впечатлили их голенькие, будто пупсики, «миротворцы», внезапно очутившиеся на Елисейских полях. Это явление тоже наделало шума, а вот те, кому в Париже это положено по должности, серьезно призадумались и на тему таких вот мгновенных перемещений больших масс людей, и по поводу рассказов о моих легионерах наполеоновской выучки в галактическом прикиде. Это что же получается — если императора Галактики, то есть меня, немного разозлить, то эти французские легионы неожиданно могут оказаться в Париже и даже в Елисейском дворце, после чего у Ля Белле Франсе будет уже другой президент, то есть император?

И почти сразу же после завершения объединительного процесса я, как и обещал, помог Ратко Младичу провернуть Сараевскую операцию. По исламистам и хорватским формированиям на окружающих город высотах «Каракурты» отработали плазмой — так, чтобы брызги шампанского видели все, и уже после этого позиции так называемых «миротворцев» были накрыты депрессионным излучением. Передумал я убивать этих обормотов, тем более что явились они туда не по собственной инициативе, а по приказу начальства. Вот тому и придется за все отдуваться. Однако прогуляться голышом до дому, до хаты пришлось всем, в том числе и тем, кого я отправил на лужайку перед Белым Домом. Вот они, ваши «миротворцы», мистер Клинтон, получите обратно в целости и сохранности и распишитесь. Поубивать их я еще успею. Представляю: выглядывает Хилларюга в окошко — а там толпа голых мужиков, жалобно голосящих на англосаксонской мове. Это против слабых они герои, а при столкновении с превосходящей силой вся их храбрость куда-то девается.

Когда окружение Сараева было завершено, а хитрый туннель Изетбеговича, обеспечивающий прорыв блокады, завален, внутрь периметра после плотной обработки депрессионным излучением были высажены первый, третий, пятый и шестой легионы из армии Велизария, представлявшие германо-тевтонскую часть моей армии. А вот у этих не забалуешь. На тот момент, получив данные детальнейшего орбитального и воздушного сканирования, мы знали об этом Сараеве все: и места расположения концлагерей для сербов, и где находятся частные зинданы криминальных авторитетов, адреса политических деятелей, штабов, складов и все прочее, что необходимо для того, чтобы одним широким жестом смести в мусорную корзину все. Людей, застигнутых при оружии, кроме самых высокопоставленных мерзавцев, легионеры убивали на месте. В развязывании войны виновны именно исламисты, и они же первыми начали террор против мирного сербского населения — значит, те, кто встал на их сторону с оружием в руках, априори приговорены к смерти, без права помилования и апелляции. Таково имперское правосудие — быстрое, суровое и беспристрастное. И только после того, как мы завершили в Сараеве все свои дела, и в воздухе над городом и окрестностями повисла непривычная местным тишина, туда была переброшена первая бригада народной обороны из армии Фикрета Абдича.

Так же в наши руки попала вся боснийская верхушка, включая господина Изетбеговича, которому теперь предстоит очень детально общаться с Бригиттой Бергман. Адреса, пароли явки, кто снабжал деньгами, кто подстрекал по политической части, откуда и по чьему распоряжению в Боснию прибывали арабские, афганские, турецкие и иные боевики, кто на самом деле обстреливал Сараевские рынки — все это необходимо знать, чтобы выскоблить нарыв до белых костей. Не исключено, что этот мир еще увидит бомбардировочные рейды возмездия и удары с орбиты по источникам богатства тех, кто вознамерился откинуть боснийский народ в дремучее средневековье, установив на этой земле теократический режим. Бить за такое я буду насмерть, не посмотрю, кто это — шейх, король или президент.

И как только об этом стало известно, в мире разгорелась еще одна истерика. Журналистов и репортеров CNN мои люди не трогали и даже позволили вести репортажи, когда те вышли из депрессии, так что о положении в городе после его освобождения от власти исламистов прогрессивное человечество узнало в цветах и звуках (запахи телевидение, к сожалению, не передает). Сделал несколько статей для «Московского Комсомольца» и Дмитрий Холодов, подкрепив их предоставленными мной соответствующими видеоматериалами. Шум, гам, татарам в московской демократической богадельне теперь обеспечен.

А вот у сербов мои акции взлетели на недосягаемую высоту. После того, как у курицы отрублена голова, ощипать ее уже не составит большого труда. И тогда же, в поисках контактов с императором Галактики, в Баня-Луку и Книн прибыли неофициальные эмиссары американского госдепа. Мистер Кристофер Уоррен искал возможности «договориться» или хотя бы прозондировать позиции. Но сербы, молодцы, ответили американским наглецам, что сначала деньги, то есть официальное признание Соединенными Штатами обеих республик и их федерации, и только потом стулья, то есть контакты на высшем уровне с императором Сергием из рода Сергиев, который есть лучший друг сербского народа и его защитник. А не хотите признавать — поезжайте домой и ждите. Когда придет время, вам позвонят, а может, сразу настучат по шее. Американцы, конечно, обозлились, но ничего поделать уже не могли, потому что это было не в их власти. Надо как-нибудь заглянуть к мистеру Клинтону в Овальный кабинет, хотя бы просто для того, чтобы глянуть на него Истинным Взглядом.

Но это чуть погодя. А пока, для представительности, я распорядился снять маскировку с Рион, а также перебросил в этот мир Лилу, Маре и Амилу. Помнится, в мире восемьдесят пятого года меня посчитали проходимцем только потому, что я прибыл на единственном линкоре — так вот, мистеры, теперь вы имеете честь лицезреть целую эскадру. Смотрите в оба, только из окон не выпрыгивайте. Подождите до того момента, когда прибудет «Неумолимый», которому в местных небесах пока не место.