Князь плесковский (СИ) - Мазин Александр Владимирович - Страница 27

Катапульта только у меня. Как оказалось, Ябирь больше года был ромейским артиллеристом и недурно разбирался в вопросе. Орудие вышло примерно в четверть «натуральной величины» и вес снарядов был тоже невелик: около килограмма.

Но это так, баловство. К сожалению, на таких стенах невозможно установить боевые машины.

А вот как следует оборудовать позиции для фланкирующего обстрела — реально. В качестве дополнительной защиты лучников я использовал вариант прорезанных под углом сужающихся бойниц, какие не раз видел в серьезных крепостях еще в той, прошлой жизни. Обычная вещь, скажем, на лестнице донжона. Снизу бойницу не видно, а тем, кто наверху, не до лучников. Идеальный вариант стрельбы в спину нападающих.

Вот и у меня будет так же. Видеть прорезь будут только те, кто стоит у самой стены или у ворот. А у стены при штурме стрелков нет.

Остальные бойницы в щитах такие же. Узкие, вертикальные, с небольшим углом, вдобавок с сужением снаружи внутрь. Чтобы через такую поразить стрелка, надо быть мастером, а такие есть только у меня. Во всяком случае я на это надеюсь.

Башенки вырастали на глазах. Работали мастера споро. Лучшее дерево, гвозди без ограничения. В таких делах экономия — это жизни людей. А терять своих у меня желания нет. Да и невыгодно это. Хорошего стрелка надо не один год учить, да и не из каждого получится. Терять такого из-за пары килограммов гвоздей или некачественной работы — глупо. Это на мебели можно бы сэкономить, а на обороне — никогда.

Хотя с мебелью тоже все обстояло нормально. Последнюю партию правильно выдержанного дерева мне доставили как раз перед тем, как дороги окончательно развезло.

Расплатился я щедро — по новгородским ценам. Но не серебром, а из своей доли сушеного снетка. Что особенно приятно: часть древесины была явно корабельная. Двойная радость: моим пригодится, а чужим — минус полкораблика. Или два ремонта.

Что привезли дерево чужие, я знал наверняка. Купчишки эти так и норовили на княжий двор проникнуть.

И им дали такую возможность. Любуйтесь, господа шпионы, на здоровье. Наше здоровье. Потому что главные усовершенствования и замены тогда еще не провели. Да, стены уже стояли, но заборола не оформлены, башен нет, ворота старые. Такие хороший таран с десятка ударов вынесет. Да что таран, их и топорами разбить можно, если постараться. Не особо заботились плесковичи о защите княжьего двора. И их тоже можно понять. Они мою дружину на своих стенах видеть желают. Поэтому и ворота такие хлипкие, и княжий двор укреплен был так, что иной постоялый двор крепче стоит.

Створы новых ворот лежали сейчас на земле, вернее, на лагах. Толстые дубовые доски, сшитые скобами изнутри, снаружи усиливались железными полосами, которые ставились на гвозди с широкими выпуклыми шляпками. Такое топорами не разрубишь. Да и тараном — не факт. Уверен: осаждающим будет очень некомфортно ломать мои ворота, когда им на головы выплеснется котел с кипятком. Или со смолой, которой у нас, морских драконоводителей, всегда в избытке. А приспособления для такого душа, позволяющие поливать тепленьким или уронить что-то тяжелое, не слишком высовываясь, тоже установят. Защита моего дома должна быть и будет на порядок крепче, чем стены Плескова. Нет, о городе я тоже позаботился: стены расширили и укрепили. Но когда, а вернее, если враг вышибет городские ворота, то наверняка первым делом рванет к княжьему двору. А почему бы и не рвануть, если улица прямая и широкая, а площадь перед моей резиденцией — и того просторней.

Планировку городскую ведь делали не для осады, а для торговли. Чтобы от ворот гостям — сразу на рынок.

Ну и на здоровье. Я ничего изменять не стал. Главную улицу даже продлили на полсотни метров. Если город падет и враги хлынут внутрь, это еще не значит, что падет моя резиденция. Хрена с два она вообще падет при таких оборонительных сооружениях.

У меня все продумано. Причем с учетом того, что большей части дружины в момент штурма в Плескове не будет. Я ведь не собираюсь круглогодично сидеть в этом городишке. А значит, здесь все должно быть таким, чтобы пять десятков смогли удержать княжескую резиденцию от пяти сотен. А фронтальная часть моей базы должна быть укреплена по максимуму, потому что именно с этой стороны и будет нанесен первый удар. А также второй, третий и так далее. Место ведь удобное для атаки. Куда лучше, чем с флангов или с тыла. Нет, там тоже встали крепкие стены, но просто стены, без дополнительных сюрпризов. Штурмовать их будет не в пример сложнее, чем с фронта. Там нет площади. Там тесная застройка с узкими улочками, этакими подобиями крепостного рва. А крыша самого высокого дома почти на два метра ниже зубьев частокола. И крыши в основном соломенные. По таким с оружием не попрыгаешь и мостки с них на мой частокол не перекинешь. Единственный минус: их можно поджечь и устроить нам веселую жизнь, в которой дышать можно только через мокрые тряпки.

Хотя пожар — это маловероятно. Какой смысл нападающим уничтожать добычу?

Однако раз такая вероятность есть, то подготовиться стоило. И на этот случай у нас есть и запас песка, и запас воды, легко возобновляемый из двух колодцев. К тому же частокол снаружи будет обмазан глиной, а двускатная крыша терема покрыта не соломой, а серебристой чешуей осиновых пластин. Я лично обсуждал со строителями новый проект. И сейчас, когда второй этаж и крыша практически закончены, вижу: не прогадал. Красиво и надежно. Внутри тоже будет красиво, но интерьером займутся после того, как установят башни и ворота.

Я почти час провел внутри организованного хаоса. Как хороший руководитель, я в нем практически не участвовал. Олицетворял высшую власть, взбадривая и вдохновляя. «Князь смотрит!»

За этот час на моем дворе стало еще веселее, потому что подошли повозки с пищей и фуражом. Ведь не только мы должны зимой хорошо питаться, но и наши славные лошадки. Им, в отличие от мясо-молочной скотины, зимой тоже придется работать.

Фуражом занялся Гуннар, продуктами — Заря. Оба в моем руководстве не нуждались. Наоборот, я бы им только мешал, потому что понятия не имел, куда надо определять все это сено, зерно, сушеную плесковскую рыбку, копчености, мочености, солености и прочее.

Гвалт, грохот, лай, блеянье — и я на крылечке сбоку. Как памятник собственному величию.

Да ну нафиг!

Я поймал за шкирку пробегавшего парня из дворни и велел седлать мою кобылку. Холоп вякнул, было, что у него другое задание, но получил направляющий пендель и ускакал на конюшню.

А я сошел с крылечка и двинул туда, где царило относительное спокойствие. Там Вихорек на пару с Ангвлади дрючил молодое пополнение.

— Ты мне нужен, — сообщил я сыну. — Найди Вильда, седлайтесь и за городские ворота. Там и встретимся. Шесты прихватите.

Сын кивнул сначала мне, потом — Ангвлади: «принимай команду» — и убежал. Молодняк, похоже, вздохнул с облегчением. Воспитательную методику Вихорек перенял у Свартхевди. Суть ее сводилась к простому: если половина обучающихся выживет, результат можно считать удовлетворительным.

Оставив будущих великих воинов страдать, я вернулся к крылечку и сразу увидел конюха, ведущего на поводу Ворона. Жеребец нервничал, раздувал ноздри и прижимал уши.

Конюх тоже нервничал, потому что боевой жеребец — это живая граната без чеки.

Я не стал попрекать его за то, что привел не ту лошадь. Первым делом немного успокоил коня, угостил, как водится, ржаным сухариком, махом сел в седло и направил жеребца к выходу, а потом, через полупустой рынок — к городским воротам.

Стоило нам выехать за стены, как Ворон тут же успокоился. И принялся намекающе косить в мою сторону: поскачем, ага?

Но поскакали мы только, когда к нам присоединились Вихорек и Вильд.

Местечко для будущей тренировки я присмотрел заранее. Красивая горка, где среди облетевших лиственных и тускло-зеленых хвойных располагалась относительно сухая даже в эту пору полянка. Мы стреножили лошадок, предоставив им развлекаться, ощипывая жухлую траву, и вынули из ножен клинки.