Современная зарубежная фантастика-6. Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Пшехшта Адам - Страница 37

– Она мертва! – кричал Матушкин. – Никто не смог бы…

Анастасия вынырнула из огненного пекла и произнесла что-то громким, вибрирующим голосом. Алхимик не распознал ни единого слова, ни языка, на каком она говорила, но фраза звучала, как скрежет железа по стеклу. В ответ прозвучал болезненный визг. Не нужно быть магом, чтобы понять, что это было не благословение.

Пронзительный звук офицерского свистка отправил солдат на штурм: похоже, Самарин решил воспользоваться ситуацией. Рудницкий подбежал к Анастасии, ее лицо было в волдырях, а волосы и одежда обгорели, но, похоже, она не сильно пострадала.

– Ты как? – быстро спросил он.

– Как видишь.

– У меня есть мазь от ожогов. Я мог бы…

– Потом! – нетерпеливо прервала она. – Идем!

Рудницкий беспомощно вздохнул и последовал за девушкой, несмотря на то что из здания доносились крики и одинокие выстрелы. Наверное, это был не лучший момент утверждать, что солдаты сами справятся…

На очередные трупы они наткнулись на лестнице: двух солдат превратили в обугленные куски мяса, а гражданский был заколот штыками. Дальше было еще хуже, вход на четвертый этаж был блокирован кучей тел, в основном солдаты, которых можно было узнать по остаткам обмундирования.

– Тут должен был быть кто-то важный, с самой верхушки иерархии, иначе они не сопротивлялись бы так яростно, – заявила девушка.

Рудницкий не ответил, он старался справиться с тошнотой. Вонь горелого мяса заставляла желудок подкатывать к горлу. Как он заметил, у Анастасии не было таких проблем, ей не мешали ни вид, ни запах.

– Ну, идем! – поторапливала она. – Не будем вступать в битву, но нужно проверить все помещения. На всякий случай.

Рудницкий перешагнул через труп и сильней сжал оружие. Девушка ожидала, что он пойдет первым.

– Начинаем с левой, – сказала она.

Алхимик осторожно переступил порог. Дверь, изрешеченная, как сито, наводила на мысль, что внутри никого нет. По крайней мере, живого.

Тучный усатый мужчина сидел в кресле, на его лице застыла гримаса испуга. Рана на шее свидетельствовала о причине смерти: кто-то перерезал ему горло. Рудницкий ощутил во рту горечь желчи.

– Что ты так смотришь? – подтолкнула его Анастасия. – Он уже не встанет. Идем дальше!

Две следующие комнаты были пустыми, но беспорядок говорил о том, что недавно тут кто-то был. Когда они вышли в коридор, услышали, как Самарин приказывает обыскать каменицу. Алхимик вздохнул с облегчением – звуки битвы стихли.

– Похоже, все, – заметил он.

Через минуту появился Матушкин и повел их наверх.

– Мы очистили здание, остался только последний этаж, – проинформировал он. – Кажется, там никого нет, но лучше соблюдать осторожность. Особенно в читальне.

– Это библиотека, – поправила его Анастасия.

– Один черт! – со злостью бросил солдат.

– Что-то случилось? – спросил Рудницкий. – Мы же выиграли.

– Половина наших полегла! Вот, что случилось! Это Варшава, не граница, а потери такие, как на Кавказе!

По мере подъема вид здания менялся все больше. Лепнину и штукатурку заменил кирпич, словно они и правда вернулись в Средневековье, а обычные окна были украшены витражами. По просьбе алхимика Матушкин посветил на одно из них, но нарисованные на стекле не то люди, не то звери постоянно меняли форму, что вызывало боль в глазах при долгом смотрении.

– Что за чертовщина? – пробубнил солдат.

– Архитектурой анклава можем заняться поздней, – с раздражением кинула Анастасия. – Сейчас у нас дело поважней.

– Ага, – согласился Матушкин. – Надо обследовать эту библиотеку.

Каменные, без украшений, стены делали помещение похожим на келью. Огромную келью: «библиотека» превышала размерами не один бальный зал. Все камни были подогнаны и отполированы, блестели, словно их только что намочил дождь. Впечатление усиливал запах влажной земли.

– Что нам делать? – неуверенно спросил Рудницкий. – Где эти символы?

Анастасия закрыла глаза и долго исследовала стены, водя по ним кончиками пальцев.

– Тут, – довольно заявила она.

– Где? – нетерпеливо спросил полковник.

В библиотеку зашли только они трое, Самарин не хотел лишний раз рисковать, подразделение и так было сильно потрепанным.

– Тут, на стенах.

– Ничего не видно.

– Садитесь оба, – сказала девушка.

– И что дальше?

– Символы везде: на стенах, потолке, на полу. Нужно только их разглядеть. Сразу предупреждаю, ощущение будет не из приятных. Эти знаки – чистая сила, и пока ваши организмы адаптируются к этому типу… энергии, пройдет какое-то время.

– И что нас ждет? – с беспокойством вмешался алхимик.

– Прежде всего боль в глазах и в голове, возможны кошмары, панические атаки или эйфория. Сложно сказать, поскольку каждый реагирует по-своему. Точно одно: процесс сопровождается болью. Вы не принадлежите к существам, созданным для использования магии, вы стремитесь к тому, что вам не принадлежит, и должны заплатить за это. И еще одно: вы можете прекратить в любую минуту, просто закрыв глаза, но помните, что второго шанса не будет, библиотека вас оттолкнет.

– И как я не догадался! Ты и есть источник знаний про библиотеки, магию и черт знает что еще, – язвительно произнес Самарин. – Кто ты, черт тебя побери?! Это какая-то ловушка!

Рудницкий поджал губы, ситуация начинала выходить из-под контроля. Что бы о нем ни говорили, Александр Борисович точно не был глупцом, рано или поздно он бы и так догадался, кем является эта девушка.

– Я та, кто хочет тебе помочь. Все еще не доверяешь мне? Я спасла твою жизнь в больнице, и сейчас вы бы без меня не справились, – спокойно ответила Анастасия. – Ловушка? Не смеши меня! Если бы я хотела убить тебя, ты бы давно был мертв!

– Вот в это я верю, – признал Самарин. – Но это ничего не меняет. Как я могу доверять кому-то, кто не говорит правды?

– Скажи еще, что ты ничего от нас не скрываешь?

К удивлению алхимика, Самарин опустил глаза и скривился.

– Ладно, – буркнул он, – как нам увидеть эти знаки?

– Выбери себе какой-нибудь камень и смотри на него. Это все. – Она пожала плечами.

– Ну, хорошо, в таком случае начнем, – вздохнул Рудницкий.

В камне не было ничего странного, даже левым глазом он видел совершенно обычный камень. Никакого неожиданного изменения цвета или формы, никакой магии. Час или два – Рудницкий потерял счет времени – он тупо пялился на серую поверхность, правда, не ощущая нетерпения или неудобства. Словно терпение исходило от камня. Он становился камнем. Он был камнем.

Темнота пришла неожиданно и – конечно же! – вместе с болью. Алхимика затопил мрак, изредка озаряющийся искрами, похожими на падающие звезды. Со временем частички света появлялись все чаще, кружились под воздействием невидимого и неощущаемого ветра, разгоняли тьму. Наконец он увидел знак. Тот проявлялся медленно, на тон бледней ночи, излучая невыразимую, выходящую за пределы всех знаний мощь.

Пронзительная боль раздирала тело алхимика, сжигала нервы, возвращаясь, словно прибой. Каждый вдох, каждый удар сердца несли его дальше и дальше по реке страданий. Однако ни за какую цену он не отведет взгляда от все лучше видимого символа. Его голова кружилась, кровь пульсировала в висках.

Звук поразил его, словно удар грома, так же внезапно, как раньше темнота. Не желая того, он открыл рот и произнес слог, который был отражением видимого знака. Т’ЦХАААНГ.

Он ощутил на языке вкус крови, так, словно звук превратился в острые осколки и поранил его рот. Т’ЦХАААНГ.

Голову пронзила вспышка боли, и наконец он смог отвести взгляд от камня. Комната сияла необычным голубым светом, затмевающим слабое мерцание керосиновой лампы. Анастасия что-то беззвучно кричала и бежала к нему, однако в каком-то замедленном темпе, словно воздух внезапно приобрел консистенцию сиропа.

Рудницкий глубоко вздохнул, зная, что должен еще раз произнести СЛОВО, пока она его не остановила. Звук нес в себе сложно объяснимые чувства: воспоминания славы, извечной силы, не знающей границ мощи. Он был как прикосновение Божьей руки. Т’ЦХАААНГ.