Уровни силы 3 (СИ) - "Nezloi" - Страница 36

Уже находясь на укреплённой городской стене, вспомнил, что неплохо бы посмотреть с чем завтра утром мне придётся иметь дело.

И как оказалось не зря, за скрытыми бойницами обнаружились здоровенные «дуры», похожие на перекормленные арбалеты.

«Да тут любой витязь охренеет, если такая бандура в него прилетит».

Оценил я размер снарядов, которыми стреляли «дурмашины».

В родные пенаты вернулся уже под утро, и не успел я упасть на свой спальник, как на северной стороне лагеря заревел горн, сигнализирующий о тревоге.

— Пойти, что ли, посмотреть.

За минуту я пролетел весь лагерь насквозь и как раз успел сесть на хвост отряду витязей, выдвигающихся куда‑то в поле.

— Служивый, что случилось? — поинтересовался я у смутно знакомого физмага.

— Разведка засекла приближение отряда витязей.

Я уже настраивался на сверхскоростной бой, как вдруг в предрассветной мгле разглядел на холме флаг с гербом Курбских.

— Оба‑на, никак мои!

Витязи тоже заметили флаг, правда, в отличие от меня, расслабляться не спешили. Боясь, что может начаться бойня, телепортами опередил отряд и буквально выпрыгнул из воздуха перед великаном в чёрной броне, клеймёной логотипом Курбских, на которой я почувствовал свои артефактные закорючки.

— Здорово, служивый.

Гигант, несмотря на моё эффектное появление, даже не вздрогнул. Вместо этого он с достоинством поклонился и обозвал меня «вашей светлостью». Не успел я спросить, какого лешего их сюда принесло, как из стоящего поодаль фургона с тягой в две лошадиные головы, окружённого молчаливыми фигурами витязей, показался Артамонов. Бессменный секретарь князя выглядел усталым, даже его обычно идеальный костюм был мятым и обзавёлся какими‑то подозрительными пятнами.

— Доброе утро, Алексей Игоревич, — изобразил лёгкий поклон княжеский секретарь.

— Доброе, Олег Григорьевич. Что вас привело в нашу юдоль скорби?

Как оказалось, много чего. Например, два телохранителя‑витязя для меня, причём оба были реально мощными товарищами: оба были на уровне экспертов первого ранга, то есть всего лишь на ступень ниже богатыря.

Правда эта ступень была размером с Гранд–Каньон, но все же телохранители мне достались могучие.

— Ну и на кой ляд мне тельники⁈ — удивлённо такой заботой деда сварливым тоном спросил у Артамонова.

— Сейчас кое‑что изменилось, и у многих может возникнуть соблазн лишить род будущего, — обтекаемо ответил хитрый секретарь.

— То есть дед опять кому‑то наступил на… х… хвост, и у нас на носу ещё одна межклановая войнушка⁈

— Не совсем так.

Тяжело вздохнув, Олег Григорьевич пустился в объяснения, от которых, надо сказать, я порядком обалдел.

Оказалось, что всё дело в той «вечеринке», что германский император устроил в честь моего деда. Этим жестом немецкий самодержец как бы сообщил всему миру, что он принимает нового подданного и оценивает его очень высоко. Что автоматически сделало Курбских предателями в глазах российского дворянства и вообще простых людей. Причём никого не смущало, что об «отъезде» рода было известно чуть ли не за полгода.

— Дело в том, ваша светлость, что все считали, что это своего рода блеф, попытка князя заставить императора снять опалу. Никто всерьёз не верил, что Курбские могут всё бросить и действительно уехать.

— Ясно‑понятно.

Пробормотал я, размышляя, как мне теперь сосуществовать с социумом с клеймом предателя.

— Что по этому поводу думает сам император?

— С учётом его резко повысившегося интереса к роду и вам в частности, он не оставляет надежд вернуть Курбских обратно.

В задумчивости совсем не аристократично почесал грудь.

— С одной стороны, нас травят всем миром в России, причём, думаю, что и германское дворянство было не в восторге от пришлых выскочек, которым Фридрих оказал столь тёплый приём, с другой — великодушный император, готовый простить и принять обратно, и, конечно же, прикрыть от травли. Мне кажется, или это похоже на спланированную ситуацию?

— Да, такая вероятность существует, и его светлость Александр Николаевич, конечно же, учёл это при планировании будущего рода.

Покивал Артамонов, почему‑то очень довольный моими умозаключениями.

— Хотелось бы заранее знать направление политики рода, чтобы уверенно колебаться согласно его курсу.

Артамонов едва заметно улыбнулся и заверил меня, что род по‑прежнему нацелен жить и развиваться в Германской империи, но прекращать сотрудничество с Россией не планирует.

— Слишком много ресурсов и финансовых активов у нас осталось в империи. Боюсь, ближайшие несколько поколений мы не сможем безболезненно их перевести за границу, — пояснил Олег Григорьевич.

Кроме телохранителей, мне наконец‑то доставили спутниковый телефон, заверив, что на Земле нет такой точки, откуда с этого чудо‑прибора нельзя было позвонить. Следующий подарок оказался стальным кейсом, буквально забитым камнями душ. Причём не какой‑то мелочью по пять‑десять грамм с однопроцентной насыщенностью, а кристаллами от пятидесяти до ста грамм с двадцати‑сорокапроцентной насыщенностью.

— Ого, да здесь на полярда будет!

Охренел я от щедрости подарка.

— Алексей Игоревич, два месяца назад вы заказывали камни душ в качестве расходного материала. Увы, но в сейфах рода не было нужного количества кристаллов: не наша специализация. Пришлось срочно докупать. Отсюда задержка.

При виде такого богатства настроение резко поползло вверх. Конечно, мой старый запас, что я вывез из Окаянки, ещё был очень далёк от истощения, но, учитывая мои дикие траты маны буквально в каждом бою, тот день был не за горами.

В ответ отдарился артефактами‑«невидимками» с прикрученными щитами.

Мини‑карту пока для простых людей адаптировать не смог, так что пока без неё.

Тепло со мной попрощавшись, Артамонов загрузился в свой «переселенческий» фургон и уехал.

— Ну что, орлы, давайте решать, как нам жить!

Повернулся я к своим телохранителям. И ошибся: оказалось, что у меня только один орёл, вторая была вполне себе орлицей.

— Пойдёмте, муж… Короче, идите за мной.

Отведя витязей немного в сторону, повернулся к ним и несколько секунд их пристально разглядывал.

Гигант ощутимо занервничал, а стоящая рядом девушка почему‑то смутилась и покраснела.

«Интересно, что она себе там придумала».

— Итак, бойцы, давайте сразу же кое‑что проясним.

Во‑первых, охранять меня в бою вы не сможете. Уж слишком я мобильный, плюс мои основные заклинания бьют по площадям, так что вполне возможно, что может прилететь и вам.

Лица витязей помрачнели: приказ князя — сохранить жизнь наследнику любой ценой — только что сильно осложнился. Причём никто не питал иллюзий: если единственный внук Курбского погибнет, то и они вряд ли переживут его надолго.

— Ваша задача — приглядывать за мной, пока я в лагере, особенно когда сплю. Завтра, во время штурма, держитесь от меня подальше, но присматривайте за моей спиной.

Чтобы не терять время в препирательствах с часовыми, телепортом протащил своих телохранителей в лагерь.

— Всё, я отдыхать. Никого ко мне не подпускать. Если придёт полковник Рыков, врежьте ему хорошенько.

Выдав инструкции, я упал на свой спальник и мгновенно уснул.

Наверняка со стороны это смотрелось очень странно: спящий под кустом офицер, больше похожий на какого‑то странного наёмника, а по бокам от него, в нескольких метрах, — фигуры витязей в чёрной гербованной броне.

Утром проснулся от рёва горна.

Широко зевнув, легко поднялся и, почёсывая щетинистый подбородок, пошёл в точку сбора первых штурмовых групп.

Витязи, отстав на пару шагов, потянулись за мной.

Глава 14

В мою группу вошли четверо «мажоров», кстати, все неслабые витязи, полтора десятка витязей и три мага из их охраны; простых бойцов набралось около двух сотен, причём все из родовых дружин. И всего взвод «казённых» солдат.