Люба, я вернулся (СИ) - Вишнякова Соня - Страница 27

Что происходит в моей душе сейчас, не передать. Слёзы сами собой потекли. Я прижал к себе Любу. Обхватил двумя руками. Наверное, придавил слегка. Она не сопротивляется. Уткнулась в мою грудь, лицо закрыла ладонями. Плачет.

Боже. Невероятно. У нас будет сын.

29

Люба

Когда Фёдор ушел, я вернулась в палату, села на кровать, несколько минут смотрю в окно. Зависла. Всё идёт к одному исходу. Единственному. Только я его как будто не тороплю.

От меня всё зависит, от одного моего слова. Я это знаю и ничего не делаю, чтобы с новой силой жизнь моя забурлила и забился новый родник. Совершенно новый, пусть и из старой реки. Я знаю, он будет другой. Но пока я ничего не делаю, чтобы дать ему путь. Не убираю камни…

Достала телефон. Написала дочерям — «У нас будет мальчик )»

Лина сразу позвонила.

— Мамочка, ура-а-а! — прокричала в трубку.

— Ура-а-а! — я тоже её поддержала.

— Хочу к тебе туда. Давай я приеду, тебе же помощь нужна, наверное. Я так рада, что будет мальчик. Даже не верится, у нас с Алькой будет братик. Ой, я так счастлива, мамулечка моя любимая, как я рада, — тараторит в трубку, — Как ты, как твоё здоровье?

— Да всё хорошо… у меня уже есть помощник…

— Кто — папа?

— Да, он мне помогает.

— А вы ещё не это… ну… не это?

— Нет, не это, — улыбаюсь её намёкам.

— Ясно. Жаль.

Прямо нутром ощущаю, как все вокруг терпеливо ждут, когда же мы сойдёмся с Фёдором. Им кажется всё так просто и понятно. А я не могу переступить этот барьер. Этот страх собранный в кучу где-то внутри меня. Страх и недоверие.

— В любом случае, мам, если что я могу взять академ отпуск, чтобы приехать помогать тебе.

— Ещё чего, никакого академа! Я что, по-твоему, немощная, двоих детей вырастила.

— Ну смотри, если что, я готова.

— Не выдумывай. Чтобы я такого не слышала больше. Чего выдумала.

Теперь буду волноваться, чтобы она там чего самовольно не наворотила. И чтобы закрыть её тревогу я сказала:

— Не волнуйся, твой папа живёт рядом со мной, в соседней подъезде.

Сказала только чтобы её успокоить, а она сразу как-то подозрительно притихла.

— Да? — спрашивает почти через полминуты.

— Да, — отвечаю.

Может зря я это сказала. Ну да ладно.

Потом Алька прислала сообщение.

«Мамочка, я так рада. После пар позвоню»

Я улыбнулась и написала Наташке — «У нас будет мальчик )»

Ответ получила почти сразу — «Класс! Сегодня придём к тебе с Сергеевичем»

— Ой.

Сразу заволновалась. Я ей писала, что сейчас нахожусь в больнице. Она явно уже растрезвонила Александру Сергеевичу и скорее всего он уже изъявил желание меня навестить.

Чёрт! Совсем не подумала. Я даже никакой косметики не взяла.

Хотя, зачем мне та косметика, я уже давно не выгляжу как сексуальная любовница. Это к его приходу я всегда готовилась как к чему-то важному. Старалась играть роль сексуальной, раскрепощённой тигрицы… в общем, сейчас понимаю, с ним я играла не свою роль, не ту какая я по жизни, а какую-то другую Любу, которой на самом деле не была. И там, в отеле с Фёдором, я была кем-то другим.

Вот поэтому, сейчас, когда они все видят меня такой, какая я есть на самом деле, я понимаю, что не имею права пользоваться их вниманием.

Дунаев увлёкся мной другой и Фёдор явно клюнул на другую обёртку.

Вот что меня беспокоит.

С Дунаевым всё понятно, он — в прошлом.

Но Фёдор — в его глазах я вижу постоянно одно и тоже — Прими меня, Люба. Впусти меня снова в свою жизнь. Я хочу вернуться, Люба.

Он не говорит, но я точно знаю, он так думает.

И возможно, совсем скоро проговорит это вслух.

Я хочу всё начать сначала… но я не знаю как.

Фёдор

Уехал с работы, специально к приёмным часам. Сейчас заеду, завезу всё, что Люба припросила привезти. А потом ещё вечером после работы приеду.

Иду по коридору больницы, выхожу из-за угла и… остановился. Люба стоит с улыбкой на губах разговаривает с мужчиной, узнаю его сразу… в памяти всплыли слова — «любимый человек».

Я сделал шаг назад, скрылся за углом. Сжал ручку пакета с фруктами.

И что теперь… так и буду стоять, дожидаясь, когда они наговорятся.

— Так… ладно, — почти минуту спустя шагнул в поле видимости и только тогда заметил Наташу.

Значит, они вдвоём пришли навестить Любу. Это уже воспринялось как-то полегче.

— Добрый день, — подхожу, все трое обернулись.

— Добрый, — мужчина протянул мне руку для приветствия.

Настроен дружелюбно, в глазах не вижу ни напряжения, ни злости, ни агрессии.

Мы пожали друг другу руки.

— Ладно, Любаша, мы пойдём, — Наташка улыбнулась мне и кивнула, словно одобряя моё присутствие. — Ещё увидимся, завтра придём.

— Выздоравливай, — сказал Александр, кажется, так его зовут.

— Постараюсь выздороветь через несколько месяцев, — засмеялась Люба, положила ладонь ему на грудь, похлопала, как-то слишком ласково.

— Ну что, мы пошли, — Наташка и этот Александр, прощаются с Любой.

Вроде бы стараюсь не смотреть прямо, как они прощаются, но всё равно улавливаю каждый нюанс. Как бывший любовник приобнял Любу и поцеловал в щёку. Как сжал её пальцы, как смотрит на неё с каким-то-то чрезмерным участием и нежностью…

— Ну как? — слышу голос Любы, отрываюсь, наконец, от спин её подруги и её «любимого человека» теперь надеюсь уже бывшего.

Но у меня в голове пока ещё рисуются картинки — он, она и то, что между ними происходило совсем недавно, до того, как я встретил её на свадьбе Алины.

Прямо вижу их в одной постели и каждое движение… чёрт. Твою мать…

Кажется, они расстались?

Расстались же?

Что-то я теперь не уверен.

Да конечно расстались. О чём я вообще.

— Федя, ты чего? — голос Любы второй раз вынимает меня из пучины подозрений.

— Нет, ничего. А чего они приходили? — указываю вслед ушедшим.

— Как зачем? — Люба потянула пакет из моей руки, — затем же зачем и ты — проведать меня.

— А я тебя не проведывать прихожу? — нахмурился сурово, что-то кольнуло внутри какой-то укол ревности, от её слов и явное равенство меня и этого Саши.

Я думал я один тут благодетель проведывать хожу, а оказывается, есть ещё люди… я не один и это мне ужасно некомфортно осознавать.

А вдруг этому Саше захочется самому навестить Любу, без Наташки, а меня как раз не будет рядом?

Новое, неожиданное и неприятное беспокойство просачивается в сознание, как небольшая, но серьёзная течь.

— Федя, ты же не один на всём белом свете, есть ещё люди, которые беспокоятся за меня, — она сказала это просто, обычная фраза, а я почувствовал, подтекст или намёк.

Ладно, не стоит расслабляться. Значит, я должен сделать так, чтобы только я был самым значительным человеком, который о ней беспокоится. И я это сделаю.

Люба

Вечером поговорила с Алькой, потом позвонила Наташка.

— Слушай, ты видела, как Фёдор смотрел на Сергеевича?

— Нет. А как он смотрел? — если честно я была слегка взволнованная, что они все вдруг пришли одновременно и совершенно не заметила, как кто на кого смотрел.

— Как коршун на добычу, — усмехается Наташа.

Пиликнуло сообщение.

— Да ну, тебе показалось, — я встала с кровати, подошла к окну.

— Ничего мне не показалось. Он прямо взглядом чуть живьем его не сожрал, там же на месте. Говорю тебе, Люба. Фёдор тебя ревнует.

— Да ну нет. Перестань.

— Люба, у меня глаз-алмаз. Федя твой изашёлся ревностью. От скандала спасает только то, что он воспитанный человек и может держать себя в руках.

— Вот и пусть держит, — смотрю на стоянку машин, как раз подъехал джип, я увидела выходящего из него Фёдора. — О, как раз, приехал.

Он заметил меня в окне и махнул рукой, а я махнула в ответ.