Правила волшебной кухни 10 (СИ) - Сапфир Олег - Страница 37

— Слушайте, — не выдержал я. — А вам не слишком много будет?

— Не слишком, — не отрываясь от меню сказала Хаос. — И мы ещё не закончили. Ты пишешь, да? Пиши…

И заказ понёсся дальше. Тут я понял, что у меня в блокноте сам собою сформировался банкетище персон так-эдак на двадцать.

— Ну вы же реально лопнете, — сказал я.

И никак не мог ожидать реакцию, которая за этим последует. Ужас поднялась на ноги, опёрлась кулачками о стол и пробуравила меня взглядом.

— Слушай, Артуро, — медленно, выцеживая каждую букву сказала она. — Тебя ведь сейчас так зовут, верно? Последний раз ты был во дворце Его Императорского Величества три года назад, и с тех пор мы не пробовали твою готовку. Поэтому сейчас мы хотим оттянуться по полной. И да! Мы знали, что граф Гореликов поведёт нас именно в это заведение.

— Откуда? — у меня аж одна бровь отлетела. — Как вы могли это знать?

— Аналитика, — улыбнулась Ужас и весьма довольная собой опустилась обратно на стул. — Мы проверяли соцсети. Мы знали, что вы с Гореликовым друзья, и что по какой-то неведомой причине любит захаживать в «Марину».

— Причина недолго была неведомой, кстати, — подключилась Хаос. — В Венеции не так уж много мест, где подают водку. И только единичные заведения имеют в меню солёные огурчики, которыми так любит закусывать наш дорогой граф. Сложить два и два нетрудно, так ведь?

— Мы проделали долгий путь, чтобы нормально поесть, — резюмировала за всех Тиран. — А поэтому будь любезен, уважь нас.

Все три девушки одновременно прикрылись веерами. Только глаза поверх кружавчиков торчат. А взгляды внимательные, изучающие и… озорные, мать его ети.

Посетовав самому себе на нелёгкую жизнь префекта-повара, я вместе со списком заказа направился на кухню готовить. По ходу дела периодически выглядывал в зал и видел, что цесаревны по-прежнему сидят за столиков, по-прежнему прикрываются веерами и смотрят на меня, как бы говоря: «Мы в домике».

Спустя пятнадцать минут я вошёл в ритм и потихонечку начал выносить первые блюда. Сперва подал тыквенный крем-суп по фирменному рецепту.

— О, это просто невероятно, — едва попробовав одну ложку простонала Ужас, и, кажется, забыла о своей панакоте.

— И как тебе удаётся делать тесто таким тонким⁈ — с какой-то требовательностью в интонации спросила Хаос, едва отведав те самые равиоли мимо меню. — Я пробовала это блюдо во многих ресторанах, но так вкусно только у тебя!

— Тает во рту, — подключилась Тиран. — Сказка, просто сказка. Артур, ты не перестаёшь удивлять…

Впрочем, о других гостях я тоже не забывал — в зале была полная посадка, и я каким-то волшебным образом успевал обслуживать всех. За повара, за официанта, за бармена… за себя и за того парня, как частенько говорят в общепите.

Кто-то заказывал пасту, кто-то пиццу, кто-то кофе с круассаном, а я героически метался между кухней и баром. Успевал ВСЁ. Потому что я — Артуро Маринари, и потому я могу вообще ВСЁ. Даже когда три цесаревны устраивают нежданный банкет, в зале битком народа, и весь персонал отправился на выходной — для меня это не проблема. Я шерстяной волчара, вашу мать! И нет подходящих слов, чтобы описать мощь моих лапищ!

Долго ли, коротко ли, наступил вечер. Я подошёл к Гореликову с тем, чтобы напомнить о незначительном таком нюансе… аномальной ночи, то бишь. Но граф и без меня всё прекрасно знал.

— Да-да-да, — кивнул Антон. — Я всё помню, я всё знаю. Маршруты уже составлены, транспорт ждёт, и Их Императорские Высочества будут в целости и сохранности до наступления ночи…

— Хоть аномальная ночь! — подала голос Ужас. — Хоть супер-мега-аномальная! А я не уйду отсюда, пока не получу свою панакоту!

Вопрос принципа, судя по всему. И делать нечего — я сам установил правила, и теперь обязан по этим правилам играть. А потому направился на кухню собирать панакоту. Ещё час назад, когда я только ставил десерт в холодильник, чтобы тот застыл, я уже примерно прикинул сколько съели цесаревны и невольно удивился.

И как только эти хрупкие создания сумели затолкать в себя пищи, которая в совокупности превышает их собственный вес⁈ А хотя… ну да, ну да. Они же одарённые, и потому метаболизм у них работает по-своему.

И учитывая, какая у девушек родословная, они просто обязаны быть очень сильными одарёнными.

— Надеюсь, завтра я увижу вас снова, — улыбнулся я девушкам, переставляя десерт с подноса на стол.

Вот только за них почему-то ответил Гореликов.

— Увы и ах, Их Императорские Высочества завтра идут на открытие выставки. Его Императорское Величество в знак дружбы двух государств, передал Венеции целую кучу исторических вещей — картин, скульптур и древних манускриптов. Поэтому Их Императорским Высочествам завтра необходимо будет быть там, — наивный Антошка широко-широко улыбнулся. — Их Высочества будут заняты.

— Как занятно, — сказал я, а сам по взглядам цесаревен уже всё понял.

Слишком они хитрые. Слишком ехидные. Вывод очевиден: ни на какую выставку девушки не собираются, и завтра появятся в «Марине» с самого утра. Эх… пережить бы завтрашний день.

— До свидания, Ваши Императорские Высочества! — крикнул я вслед монаршей гондоле. — До новых… встреч…

Глава 17

— Артуро, — как только Их Императорские Высочества вышли вон, мне позвонила Джулия. — Я сегодня уже не вернусь, останусь у бабушки.

— Понял.

— И ещё хочу попросить отгул на завтра. К бабушкиной подруге, синьоре Коломбо, с которой мы сегодня встречались, завтра должна приехать её внучка. А мы ведь её уже два года не видели.

— Ух ты, — сказал я, покрепче запирая дверь. — Это сколько же лет внучке, раз вы её уже два года не видели?

— Два, — ответила Джулия.

— Во как…

Всё! «Марина» официально закрыта, и я заслужил отдых. Ну… хотя бы до завтра.

— Если что-то понадобится, обязательно сообщи.

— Нет-нет, это вряд ли, — ответила кареглазка. — Будут скромные тихие домашние посиделки.

— Звучит здорово.

— Да. А у тебя как день прошёл?

— Лучше и не спрашивай…

Ещё немного поболтав с Джулией, я плюс-минус убрал ресторан после гостей, а затем первым же делом набрал Шону и попросил его срочно явиться в ресторан.

— Значит так, — сказал я рыжему. — Есть некая синьора Коломбо. Нужно пробить, кто она такая и где живёт. Желательно, до завтрашнего утра.

— Узнаю, что смогу, босс, — ответил Шон. — Но сразу говорю, что возможности моих парней не безграничны. Это вам лучше к домовым обратиться, они в таких делах шарят куда лучше.

— М-м-м… а ты прав, — сказал я, отпустил лепрекона и отправился на кухню.

А там прямо на столе сидел Петрович. Сидел и, склонившись над чем-то, подозрительно сосредоточенно сопел. Внезапно — шил.

— Ты прокурором заделался, что ли? — спросил я. — Дело шьёшь?

Домовой рассмеялся, причём аж до слёз.

— Фу-у-у-у, — выдохнул он, а затем продолжил орудовать иголкой.

— А что происходит?

— Как это что? — не отрываясь от своего занятия спросил Петрович. — Цесаревны приехали! А я даже с кухни выйти не могу! Не в чем!

— Так может быть в том и дело, что тебе не стоит выходить с кухни. Что шьёшь-то⁈

— Да вот, — домовой продемонстрировал нечто, свёрстанное из заплаток, заплаток и ещё что, пожалуй, заплаток. — Костюм. На выход.

— А ты не боишься, что Их Императорские Высочества тебя испугаются?

— А с чего бы им пугаться? Наоборот! Они обрадуются, что со мной всё в порядке.

— Ну да, ну да…

С тем я пожелал Петровичу спокойной ночи и поднялся к себе. В сон провалился почти моментально, а уже в следующий момент, — ну… мне так показалось, — зазвонил будильник и утреннее солнце ударило по глазам.

Завершив все утренние процедуры, я, — очень чистый, ароматный и даже отдохнувший, — спустился вниз. Заварил сам себе кофе, сам себе его отдал, и теперь сам же пил. В ресторане было пусто и тихо. Для разнообразия — самое то. Однако стоило мне сделать первый глоток, как в дверь требовательно постучали.