"Фантастика 2026-163". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Ефимов Алексей Иванович - Страница 42

Лэйми торопливо хватил воздуха, закашлялся, в самом деле едва не захлебнулся, потом, яростно ударив ногами, бросил себя к низкому бортику, выбрался на него и наконец отдышался. Его занесло в низкую, облицованную плиткой комнату, освещенную единственной тусклой желтой лампой. Воздух тут был теплый и влажный, неподвижный. Почти весь пол комнаты занимал колодец бассейна. Вода втекала в него по низкому, тоже облицованному плиткой туннелю.

Парень обошел бассейн и сильно пригнувшись вошел в туннель. Впереди горела вторая тусклая лампочка, там он поворачивал направо. Заглянув за поворот, Лэйми увидел в конце второго отрезка уже частую решетку, но слева от неё в стене зиял прямоугольный проем. Он вел в низкий проход, такой тесный, что в нем едва можно было ползти на четвереньках. Тем не менее, лампочка горела и там, и парень вздохнув заполз в него. Стенки, потолок и пол тут были облицованы всё той же плиткой, справа вдоль стены тянулся провод. По размеру это напоминало вентиляцию и он не представлял, какого черта в ней провели свет. Движения воздуха тут правда не было, пыли тоже – плитка казалась чисто вымытой – и Лэйми вновь недовольно помотал головой. Он никак не мог представить, для чего всё это...

Метров через пять туннель поворачивал направо – и он, вздохнув, пополз вперед. Добравшись до поворота, он увидел второй пятиметровый отрезок – и второй поворот с лампочкой, на этот раз влево. Туннель поворачивал под прямым углом, так что ему пришлось лечь набок и всё же он протиснулся через это колено с трудом. Если этот туннель и впрямь представлял собой некий вид коммуникации, то для существ намного меньшего размера, типа гномов.

Третий отрезок оказался длиннее – метров десять – но в середине пересекался с другим, точно таким же. Добравшись до него, парень ошалело замер. В этом лабиринте уже точно не было никакого смысла, но и выбора у него тоже. Снова извиваться, как червяку, не хотелось и он вздохнув пополз вперед. Здесь туннель поворачивал под прямым углом вниз.

Лэйми с сомнением заглянул в двухметровую шахту, потом лег на живот и осторожно двинулся вперед. Тело резко соскользнуло, он уперся в низкий потолок пятками, потом осторожно выпрямил ноги, ещё соскользнул вниз, уперся в пол ладонями, изогнулся, как змея, проползая через очередное колено, – и увидел впереди новый отрезок туннеля, изгибавшийся вверх. Это уже совсем ему не нравилось, но вернуться обратно он уже не смог бы, и, ругаясь про себя, пополз вперед.

В этот раз ему всё же повезло, – шахта вела в какое-то помещение. Он вновь лег на живот, изогнувшись, встал на колени, подтянулся – и наконец выбрался в небольшой зал, облицованный всё той же плиткой. Середину его занимал очередной бассейн, за ним поднималось несколько больших ступенек, похожих на скамейки. Над ними в стене зиял метровый квадратный проем – на сей раз, перекрытый синим стальным люком, разумеется запертым.

Лэйми сунулся было в бассейн – но не обнаружил никаких подводных выходов. Выбравшись из воды и отряхнувшись он сел, привалившись спиной к люку, и задумался. Вернуться обратно он в принципе вполне мог, но снова ползать по узким ходам не хотелось. Он вымотался, промерз, проголодался и ему хотелось спать.

Вздохнув, он растянулся на спине, забросив руки за голову. Тусклый свет не раздражал, но мертвая тишина давила на уши – парню всё время мерещились какие-то призрачные шепчущие звуки, иногда почти осмысленные.

Он глубоко вздохнул и замер, опустив ресницы. Кафель конечно был холодный – но не слишком и лежать на нем оказалось даже удобно. Единственное, что его раздражало, – непонятные ощущения, словно парящая в воздухе паутина касалась кожи. Лэйми несколько раз взмахивал рукой, инстинктивно пытаясь смахнуть её, но ничего, естественно, не чувствовал.

Ещё раз вздохнув, он решил игнорировать ощущение, – но казалось, «паутины» на нем оседало всё больше. Именно оседало – спиной он ничего не чувствовал, кроме холода плитки, конечно. Казалось, что паутинные нити повисают на тончайших волосках его кожи, и, невесомо развеваясь в волнах поднимавшегося от теплой воды воздуха, тихонечко раскачивают их. Лэйми никак не мог отделаться от этого ощущения. Вздохнув, он перевернулся на живот – но лежать так на твердом оказалось неудобно. На боку – тем более. Выругавшись про себя, он вернулся в исходное положение.

Нет, в здешнем воздухе точно плавала какая-то гадость – она отчетливо оседала на коже, хотя он её не чувствовал. По крайней мере, не руками. Под ними ощущение исчезало, но через минуту появлялось вновь.

Ещё раз вздохнув, он твердо решил игнорировать всю эту чертовщину – но тут его больно укололо в ногу.

Лэйми дернулся, сел, гневно хлопнув себя по бедру, потом осмотрелся – но ожидаемых комаров не обнаружил, хотя судя по ощущениям это были именно они. Итак, это невидимые комары. Комары-призраки, которые восстали из гроба, чтобы снова пить кровь...

Парень невольно засмеялся от идиотизма этой мысли, потом сел, скрестив босые ноги, и задумался. Тут же его снова укололи – в пятку. Он бездумно хлопнул по ней рукой – но под ней снова ничего не оказалось. Нет, это ТОЧНО комары-призраки – или нервы у него в сильном беспорядке, что, учитывая всё пережитое им, совсем не удивительно...

Эта мысль ему совершенно не понравилась. Лэйми вскочил и гневно прошелся туда-сюда по комнате. Она оказалась слишком тесной и это уже окончательно его взбесило. Он взбежал по ступеням и стукнул по люку кулаком. Из-за него покатился гулкий грохот – похоже, за ним тянулся какой-то длинный коридор, в котором звук загремел, как в трубе.

Парень ошалело замер, сам в ужасе от того, что натворил. Когда последние отзвуки стихли, на него опустилась всё та же могильная тишина. Но бешенство не оставило его, так что он врезал по люку ещё несколько раз, потом схватился за ручку и рванул.

Рама люка скрипнула, из-под неё посыпался песок. Похоже, она не была приварена к арматуре, как положено, а просто вставлена в проем. Осознав это, Лэйми уперся босой ногой в стену и рванул уже со всей силы. В руках что-то хрустнуло, их пронзила боль – но рама ощутимо подалась, из-под неё посыпались уже камешки.

Парень рванул её ещё раз, ещё и ещё, раскачивая её всё сильнее и кроша сгнивший от сырости цемент, пока рама вдруг не вылетела из проема, едва не прибив его. Он чудом успел отскочить – а рама загремела по ступеням с буквально адским грохотом. Когда он наконец стих, Лэйми словно оглушило – он не слышал ничего, кроме противного звона в ушах. Но и на этот чудовищный концерт тоже никто не явился, так что он опомнился и заглянул в проем.

За ним к его радости оказался уже вполне обычный коридор, освещенный такими же тусклыми лампами, со стенами, крашенными в зеленый цвет и полом из повсеместной тут плитки. Совершенно пустой – и такой чистый, словно его только что вымыли. С десятком зеленых железных дверей, закрытых, и, очевидно, запертых. Слева он упирался в тупик, справа поворачивал – и Лэйми, вздохнув, направился в ту сторону. Его босые ноги ступали сейчас совершенно беззвучно – но вот сердце колотилось как безумное и казалось, его слышно всем вокруг. Сейчас он чувствовал себя совершенно беззащитным и смешно – каким-то особенно голым. Он даже замер, оглядываясь – ему начало казаться, что за ним подглядывают, но все двери за его спиной конечно оставались закрытыми.

Он опустил ресницы и прислушался – но шум крови в ушах глушил все звуки, если они тут и имелись. Это уже совсем ему не нравилось, но он ничего не мог с этим поделать. Идти вперед тоже не хотелось – он начал бояться того, что откроется ему за поворотом – но стоять на месте было бы ещё более глупо.

Вздохнув, он сделал ещё несколько шагов, снова замер и прислушался. Ничего... но вот ощущение взгляда лишь усилилось и парень опять начал злиться. Эта битва с призраками уже страшно его раздражала и он решительно пошел вперед, уверяя себя, что готов к чему угодно.

Никакой гидры или каких-то других ужасов за поворотом однако же не обнаружилось. Он увидел точно такой же коридор, упиравшийся в большую железную дверь. Такой же пустой и тускло освещенный. Тем не менее свет тут всё-таки горел и Лэйми невольно поискал выключатель – но его нигде не наблюдалось.