Кодекс Охотника. Книга XXXXXXL (СИ) - Винокуров Юрий - Страница 27

— Да чтоб тебя! — сказал я с большим чувством. — Ну вот кто тебя просил?

Карамелька зарычала. Шерсть у нее встала дыбом от загривка до хвоста, она прыгнула ко мне вплотную и начала разворачиваться то к одному жгуту, то к другому, и я прекрасно слышал, что дралась бы она с удовольствием, только совершенно не понимала, с чем именно.

«Сандр, что это⁈»

— Это меня ищет одна очень настойчивая Вселенная, мать наша, мать ее!

Пространство рядом лопнуло, и рядом с нами вывалилась Эрания. Морда сонная, глаза мутные, между рогов крутится это ее новое кольцо из пустотных облачков, но почуяла она всё правильно и вылезла заранее.

— Спокойно, девочки! У меня всё под контролем.

Врал я, конечно, но не сильно.

Что у меня было по факту? Меня выпустили из Закрытого мира не потому, что я такой красивый и продавил барьер лбом, а потому, что барьер меня не увидел. Сейчас, по мере того как из меня выветривался этот гадский алкоголь, Вселенная начинала меня разглядывать. Еще немного, и эти щупальца перестанут шарить наугад, зацепят и потащат обратно на Землю, где я снова буду сидеть под домашним арестом с уведомлением и идентификационным номером.

Так себе выбор, если честно. Либо я трезвею и еду домой под конвоем, либо не трезвею и продолжаю терять куски собственной жизни, потому что где я был последние сутки, я до сих пор помню только по бутылкам и по трону из бога.

Я достал из хранилища следующую бутылку.

— Ну, за Охоту! — сказал я и выпил.

Знаете, что самое обидное? Я ведь точно знаю, чей это рецепт. Это пойло придумал один розовенький Император, с которым я в свое время имел неудовольствие пересечься, и главной его чертой всегда была не сила, не хитрость и даже не наглость, хотя наглости там на целый Пантеон богов хватило бы. Он был непредсказуем, вот и всё. Внезапный, сука, как лосось в кустах черники! И вот скажите, чего я ждал от пойла, которое придумал такой человек? Что оно будет работать по инструкции?

Ага, щас!

Вот с братом Охотником, которого Бухич с Бурбулисом когда-то уговорили на посошок, всё вышло чисто — аура погасла, барьер его не увидел, и он спокойно прошел на Землю, как к себе домой, даже не заметив этого. У меня же оно работает криво, косо, через раз и с фокусами, будто напиток каждый раз заново решает, чего ему сегодня хочется. Но общий смысл-то сохраняется, Многомерная меня не видит.

«Одеяло» вернулось. Мир снова стал мягче, звуки отступили, а жгуты над долиной сразу потеряли уверенность. Один из них ткнулся в опушку, второй прошелся по трупам, третий вообще ушел куда-то вбок и там долго и старательно щупал пустое место.

Карамелька смотрела на всё это с очень характерным выражением.

«Ты сейчас выпил, и она тебя потеряла?»

— Ага!

«Сандр, это худшая система безопасности, о которой я слышала.»

— Не спорю, — согласился я, — но она пока работает.

А вот дальше мне надо было ее отсюда убирать.

— Кара, слушай меня внимательно. Вали из этого мира.

«Что⁈» — она даже отпрыгнула. — «Я его только что получила! Он мне нужен!»

— Он будет твоим, честное слово Охотника. Просто мне тут надо кое-что порешать, а когда я решаю такие вопросы, рядом со мной находиться вредно для здоровья. Вернешься сюда чуть попозже, и всё будет твоим, вместе с нитями и логистикой.

«А как же ты?»

— А я дорогу запомнил, — я повернулся к драконихе. — Ты поняла, как сюда добираться?

Эрания сморщила морду и на секунду закрыла глаза, прислушиваясь к слоям.

— Не самый удобный маршрут, но да, найду, — сказала она наконец.

— Вот и договорились. Встретимся тут же, Кара, и ты мне наконец расскажешь про свою логистику. А сейчас брысь отсюда!

Пантера прижала уши, и я ждал, что она сейчас начнет спорить, потому что характер у нее, мягко говоря, не подарок. Но она только фыркнула мне прямо в лицо, обдав запахом чужой крови, и потерлась башкой о плечо так, что я едва устоял.

«Я скучала.»

— И я скучал, моя девочка. Давай, до встречи.

Портал за ней закрылся, и я наконец остался один. Ну, если не считать сонной драконихи и тысяч трех свежих трупов.

Теперь можно было и подумать.

Я поднял глаза туда, где над этим миром лежала всё та же конструкция. Отсюда она читалась хуже, чем в момент, когда я был на пике, но общую картину я помнил прекрасно. Узлы, связи, питающие каналы, старые заплаты поверх старых заплат. Работа, которую кто-то собирал эпохами.

Вот тут придется признать вещь неприятную. Многомерная сильнее меня, и спорить тут не с чем. Она как бы целая Вселенная, в ее ведении все эти слои, миры и переходы разом, и управляет она этим, судя по всему, не особо напрягаясь. А я, при всем моем уважении к себе, пока играю не в той весовой категории. Я могу бить в барьер сутки напролет, я могу выложиться до крови из ушей, я могу даже прорвать его в одной точке, и она эту точку залатает раньше, чем я успею туда пролезть. Ломать бесполезно, а значит, надо не ломать, а делать что-то принципиально другое. Что именно, я пока не знал. Зато знал, чего делать точно нельзя.

Постоянно бухать не выход, ага! Тут даже думать не надо. Во-первых, так и спиться недолго, и если трезвый Охотник — это горе в братстве, то спившийся Охотник… Ну-у-у… таких я не знаю и рискую стать первым, но братья точно меня не поймут. А во-вторых, и это куда хуже, кажется, ведь Многомерная Вселенная учится прямо на глазах.

Я не зря последние полчаса наблюдал за жгутами. Когда они полезли в первый раз, я был почти трезвый и меня нащупали быстро. Сейчас, после новой бутылки, они опять шарят вслепую, вот только шарят они как-то поумнее, чем в прошлый раз. Кругами, широкими, с перекрытием. Знаете, как человек ищет в темноте не наугад, а по системе, потому что уже понял, что наугад не выходит.

Вот это меня и не радовало, мы ведь имеем дело с Высшим Разумом, и разум этот очень, прямо-таки нездорово хочет меня заполучить. Значит, он подбирает подходящее противоядие. Рано или поздно оно найдется, и тогда никакая розовая бормотуха меня не спрячет. Я могу сидеть в этом зверином мире, пить и веселиться, но закончится это ровно одним, что в какой-то момент я протрезвею уже на Земле, с уведомлением о пожизненном перед носом.

Ждать нельзя, надо действовать.

— Эрания! — я запрыгнул ей на спину и хлопнул по чешуе. — Двинули!

Дракониха тяжело поднялась, разворачивая крылья.

— Куда?

— Есть у меня один вариант, — я усмехнулся. — Будем расшатывать систему.

— Мне уже страшно.

— Правильно, — одобрил я, — только не тормози.

Вот тут я сделал то, что придумал ровно секунду назад, а значит, придумать заранее не мог даже я сам. Есть у этой публики, у Высших Разумов, Вселенных и прочих сущностей с претензией на всеведение, одна общая слабость — они читают намерения. Не мысли даже, а именно намерения, направление, куда ты собрался. Поэтому собираться никуда не надо, а надо сунуть руку в хранилище и вытащить что попадется.

Я закрыл глаза и вытащил пластинку связи. Какую именно, понятия не имею. Их у меня несколько, все от Михаэля, все настроены на моих женщин, и по-хорошему работает пока далеко не каждая. Вот и посмотрим, кому сегодня повезло.

Пространство вокруг нас взвыло и начало сворачиваться. Жгуты, до этого мирно шарившие по долине, метнулись к нам все разом, потому что теперь-то меня стало отлично видно. Активированный ключ фонит так, что не заметить его может только слепой.

Земля внизу дернулась и поехала вбок. Эранию рвануло куда-то вверх и вбок одновременно, я же крепко вцепился в чешую, и в последний момент, перед тем как нас затянуло окончательно, успел разглядеть, что там у меня в руке.

На пластинке была Анина метка.

— Ну надо же, — сказал я в ревущее пространство. — Здравствуй, дорогая! Надеюсь, ты сейчас не занята…

Где-то в Многомерной Вселенной

Банк Галактионовых

С верхней стены банк выглядел куда надежнее города, в котором он находился. За крышами полыхал торговый квартал. Колокола били уже без порядка. Городская стража исчезла час назад, а на площади перед воротами становилось теснее.