Зачарованный Джинн Жасмин (ЛП) - Росс Ава - Страница 21

Я быстро объяснила, почему мы здесь, и какие симптомы у моей сестры.

– Как долго болеет ваша сестра?

– Почти два года.

Губы Джерадин сжались, и она закрыла книгу со вздохом.

– Это слишком долго. При таких состояниях наилучший шанс на успех – начать лечение на ранней стадии.

– Она еще жива. Она сильная и решительная. Еще не поздно.

Я упала на колени.

– Пожалуйста. Я сделала для нее все, что могла, но я не могу ее вылечить. Вы можете ей помочь? Вы готовы попробовать?

Бошан поднял меня на ноги, держа меня.

– Ты целительница, Джерадин. Никто, даже женщина из деревни, не должна просить милостыню.

– Это мое личное время, – сказала Джерадин. – Я провела больше недели с семьей, помогая сначала одному, потом другому выздоравливать от изнурительной болезни. Я хочу только один вечер для себя.

– Тогда завтра, – сказал я. – Пожалуйста?

Джерадин поворчала, но в конце концов кивнула.

– Ладно. Я пойду к ней утром. Не слишком рано, заметьте. Я тоже хочу поспать.

Всем нам нужен отдых, но мы говорили о жизни моей сестры, а не о том, должна ли эта целительница есть сосиски или бекон с яйцами на завтрак. Но я не могла рисковать и вызывать ее недовольство.

– Спасибо.

Я сжала губы, прежде чем сказать что-то, что могло бы ее обидеть, но мне не нравилось, что здоровье моей сестры может стать предметом прихоти этой женщины.

Сообщив ей адрес, мы ушли и вернулись в мою комнату.

– Я собирался сам немедленно отвезти ее к твоей сестре, – прорычал Бошан, расхаживая взад-вперед по комнате. – Я бы принес ей все необходимое и прижал бы ее к стене, пока она не только не осмотрела бы твою сестру, но и не выписала бы ей лекарство.

– Это очень близко к исцелению кого-то. Я уверена, что это нарушает твои правила.

Остановившись передо мной, он схватил меня за руки, глядя мне в глаза.

– Я бы нарушил все правила, чтобы помочь тебе, Жасмин. Разве ты этого не видишь?

– Тогда почему ты сам этого не сделал?

– Я пытался.

– Когда?

– Я пошел к ней в ту ночь, когда встретил тебя, и... случилось что-то странное.

Он тяжело сглотнул.

– Когда я попытался исцелить ее, моя магия покинула меня – только на короткое время. Но...

Он закрыл глаза, а когда открыл их, их наполнила боль.

– Это случилось снова после того, как я привел нас сюда. Я пытался использовать ее, чтобы отвезти ее к твоей сестре, но ничего не вышло. Моя магия больше не работает.

Глава 23

Жасмин

– Как это возможно?

Я бросилась к Бошану, обхватив его руками. Он казался потрясенным и полностью опустошенным.

– Я не уверен.

Он обнял меня, положив подбородок мне на макушку. – Я подозреваю, что это наказание за то, что я использовал свою магию, чтобы помочь тебе. Магия джинна существует исключительно для того, чтобы исполнять желания.

– Мне жаль. Я не должна была ожидать чего-то большего.

– Это не твоя вина.

Он обхватил мои щеки своими теплыми руками.

– Я обожаю тебя, и все, чего я хочу, – сделать тебя счастливой.

Мои глаза наполнились слезами, потому что я не могла представить себе счастливый конец для нас. Как только он исполнит мои желания, он вернется к лампе, и я покину дворец. Я сомневаюсь, что у меня все еще есть работа, которая поставит меня в затруднительное положение. Как я смогу содержать свою сестру, если я не смогу заработать денег?

Я также беспокоилась, что Лана продолжит болеть и умрет.

– Моя жизнь катится под откос, – сказала я, хотя мне было жаль его больше, чем себя.

Я не хотела погрязнуть в горе. Целительница собиралась навестить мою сестру утром, и она, возможно, сможет дать Лане лекарство. Я проведу лишь эти выходные с Бошаном, и мне нужно насладиться каждым мгновением.

И если я имею права голоса, мы найдем способ освободить его от лампы навсегда.

Глава 24

Бошан

– Как я могу использовать свои оставшиеся желания, чтобы освободить тебя? – спросила Жасмин.

Я прислонился к изголовью ее кровати, сидя на ней, а она лежала в моих объятиях.

– Я не уверен, что мы сможем это сделать.

– Не уверен – это не то же самое, что и отсутствие возможности сделать это возможным.

Она повернулась и встала на колени, лицом ко мне.

– Разве обсуждение путей противоречит правилам?

– Я не помню никаких правил, запрещающих нам об этом говорить.

– А что, если я попрошу новую лампу, которая будет выглядеть точно так же, как твоя, но на нее будет наложено заклинание, затягивающее внутрь кого-то другого?

– Хотя я бы с удовольствием предложил Кардии такую лампу, и она даже могла бы сработать, это не освободит меня от моей собственной ловушки.

– По крайней мере, она почувствует, что она с тобой сделала.

– Месть, хоть она и сладка на вкус, не решит эту проблему.

Хотя это было бы справедливо.

– Хм.

Жасмин снова рухнула мне на руки.

Мне ничего не нравилось больше, чем обнимать ее. Я не мог вспомнить, когда в последний раз кто-то прикасался ко мне с настоящей любовью до Жасмин.

– Как думаешь, уже достаточно поздно, чтобы отправится искать эту книгу в офисе Кардии сегодня вечером? – спросила она.

Обычно я использовал магию, чтобы узнать, ушла ли Кардия на день, но всякий раз, когда я пытался привлечь энергию, чтобы наложить заклинание, она ускользала у меня сквозь пальцы, как песок. Я не хотел упоминать, что беспокоился, что Жасмин попросит свое следующее желание, а я не смогу его исполнить. Неужели моя магия ушла навсегда? Жить в лампе было достаточно плохо, но невозможность сделать свою жизнь лучше одним движением пальца превратила бы все мое существование в чистую пытку.

– Думаю, да.

Нам нужно добраться туда и вернуться до полуночи, когда должно исполниться второе желание Жасмин.

Мы покинули ее комнату и прокрались через тихие коридоры, избегая бального зала, где все еще шла вечеринка, и избегая Вискара, хотя мы чуть не столкнулись с ним снаружи ее комнаты. Только нырнув за большое растение, он не увидел нас.

Он бродил по ее комнате, вероятно, надеясь на шанс забрать лампу. Удачи ему в этом. Жасмин еще не использовала свои желания, и лампа не позволит себя у нее отобрать, пока она не закончит.

Мы вышли из замка и поспешили вниз по дороге, остановившись у ворот, чтобы попросить экипаж. Когда он прибыл, мы забрались внутрь и попросили водителя отвезти нас в деревню и высадить в нескольких кварталах от швейной мастерской Кардии.

Пока водитель ждал, мы пробрались к зданию и обошли его сзади. Я разбил окно в задней двери и впустил нас внутрь.

– Где ее кабинет? – прошептал я, изучая длинный коридор с дверями по обеим сторонам.

– Наверху. Этот уровень состоит из комнат для женщин, чтобы примерять платья, крошечной комнаты, где я работаю, а также большой комнаты спереди, где женщины могут пройти мимо тех, кто пришел с ними на примерку.

В конце коридора Жасмин открыла дверь слева, за которой оказалась лестница, и мы поднялись на второй этаж.

Внутри здания было темно, и под дверью в кабинет Кардии не было света. Дверь была заперта.

– Мне бы понадобилось желание, чтобы открыть его, – тихо сказала Жасмин.

– Прибереги их.

Я оттащил ее от двери и бросился к ней, ударив плечом по панели. Она поддалась, и я ввалился в кабинет Кардии, а Жасмин последовала за ней. Она закрыла дверь, как только смогла. Невозможно было скрыть тот факт, что внутри кто-то был.

– Я видела книгу на полке там, – указала она. – Она заметила мой интерес и положила ее в свой стол. Наверное, нам стоит поискать в комнате, вдруг здесь есть что-то еще полезное.