"Фантастика 2026-162". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Маркова Юлия Викторовна - Страница 695

И тут Марина Витальевна видит, что есть на свете люди, которые едят это, испытывая самое неподдельное блаженство. Шок, да? Поэтому каждый раз, как только отпадала надобность в их помощи, женщина решительно выпроваживала сестренок на палубу – гулять на свежем воздухе с малютками.

Увидев на берегу шагающих гигантов, Даша с Машей загомонили, залопотали что-то по своему, и начали показывать пальчиками в сторону берега. Чего они так разволновались – непонятно, ибо плотность мамонтового населения в этих местах была несомненно больше, чем человеческого. Хотя надо признать, что стадо в три десятка взрослых самок и такое же количество подростков и детенышей – зрелище, действительно достойное того, чтобы на него посмотреть. Все, кто в настоящий момент не нес вахту, высыпали на палубу.

Андрей Викторович долго изучал стадо в бинокль, а потом задумчиво произнес:

– Красавцы! Как думаешь, Петрович, удастся нам их приручить или нет?

– Тебя этот вопрос интересует теоретически или практически? – так же задумчиво переспросил тот, наблюдая за северными слонами.

– Сугубо практически, – последовало заверение друга, – мы, военные, люди приземленные, и к неуместным полетам фантазии не склонны.

– В принципе, попробовать можно, – не спеша ответил Сергей Петрович, – только учти, что если брать мамонтенка совсем маленьким, то взрослеть он будет как человек – лет двадцать. И брать надо не одного мамонтенка, а минимум трех. А для этого надо полностью истребить все стадо, вроде этого, ибо добром мамаши тебе своих детишек не отдадут. Так что это дело долгое, сложное и наверняка опасное. Я бы с ним не торопился. А так, в принципе, почему бы и нет. Приручим со временем, разумеется, уже после лошадей и коров.

– Понятно, – вздохнул Андрей Викторович и развел руками, – но, Петрович, ты посмотри – какая мощь, какая сила, какая красота.

– Ручной мамонт, товарищ прапорщик, для нас не есть предмет первой необходимости. – Петрович кивнул в сторону Даши и Маши, – нам бы как-нибудь со здешними людьми разобраться. Надо, чтобы они поднимались до нашего уровня, а не наша молодежь опустилась до их. А то в жизни-то оно всякое бывает. Катиться вниз легко, а подниматься наверх ой как трудно. Люди решают все, а вовсе не мамонты. Ты на Валерку посмотри – ходит возле девок, как кот вокруг сметаны. А взять быка за рога стесняется. То ли боится их, то ли выбрать не может. Эх, где мои семнадцать лет!

– Ясен пень, понимаю я, – кивнул отставной прапорщик, – без людей нам и все остальное ни к чему. А Валеру ты, Петрович, не торопи. У меня на такие вещи глаз-алмаз, и сдается мне, близняшки сами на него глаз положили. Не надо им только мешать, тогда рано или поздно природа возьмет свое. Не стоит спешить.

– Не стоит, – подтвердил тот, – скорее всего ты прав – эти девки и без нас сами поспешат.

Говорились последние слова вполголоса, под шум тарахтящего мотора. Так что все сказанное так и осталось между двумя друзьями. Прошло совсем немного времени, и мамонтовое стадо осталось позади, а «Отважный» продолжил свое путешествие вниз по течению Великой Реки к еще далекому пока Атлантическому океану.

* * *

9 июня 1-го года Миссии. День двадцать шестой. Слияние Великой Реки и Темзы, 170 километров восточнее центра современного Лондона.

Место слияния будущей Темзы и Великой Реки представляло собой фантастическое зрелище. Темза, текущая почти точно на восток, с небольшим уклонением к северу впадала в Великую Реку, текущую на юго-юго-запад – фактически против хода ее течения. Огромные массы воды, темные от торфяного осадка у Темзы, и светло-рыжие с прозеленью у Великой, устремляясь навстречу друг другу, сталкивались, образуя коварные водовороты и не менее опасные отмели.

Угроза была вовремя замечена дежурной парой впередсмотрящих, состоящей из Лизы и Ляли, которые тут же высвистали из кают-компании своего «Великого кормчего». Сергей Петрович немедленно поднялся на палубу и, оценив обстановку, при приближении опасного места, отстранил от штурвала коллегу, взяв управление на себя. Переложив штурвал влево, он постарался принять как можно ближе к низкому восточному «французскому» берегу. Там, в стороне от водоворотов, глубины были поменьше, чем на стрежне, но по той же причине этот путь был и более безопасным. Тем более что малая осадка коча вполне благоприятствовала такому маневру.

Долина Великой Реки, ранее довольно широкая, далее сужалась подобно бутылочному горлышку, склон которого круто поднимался в сторону высокого и обрывистого будущего британского берега. Меловые скалы Дувра, сейчас, правда, находящиеся еще в глубине суши, были впереди. По расчетам капитана, до них надо было идти примерно один день пути.

Река, текущая на юг, за счет действующей на нее силы Кориолиса обязательно будет подрывать свой западный берег, делая его крутым и обрывистым, при этом отбрасывая отложения к противоположному краю русла, создавая низкие и отлогие пляжи. Вот вдоль этих-то пляжей, пользуясь уже спадающим половодьем, и прокрался медленно движущийся «Отважный», нащупывая себе путь в мутной воде длинными шестами, которыми орудовали отстранившие девушек Валера с Сергеем-младшим. На мель садиться никому не хотелось. Часа полтора медленного, почти на ощупь, движения – и все обошлось. Водовороты у слияния рек остались позади. Великая победила пошедшую ей наперекор свою младшую сестру и течение в ней выровнялось, вновь приобретя былую плавность.

Правда, вода в Великой Реке, смешавшись с мутными водами Темзы, приобрела особый грязно-торфянистый цвет, и, кажется, даже немного пованивала болотом. Недаром же слово Темза предположительно происходит от записанного в латинской транскрипции пракельтского слова temeslos, имеющего значение «темный», или «тьма», и это название первоначально означало Темная, или Мутная река, как бы это ни было обидно живущим ныне на ее берегах англичанам.

Глядя на мутную грязную воду, больше подходящую для сточной канавы, чем для реки, Марина Витальевна возблагодарила свою предусмотрительность, заставившую ее вынудить своих спутников сделать остановку и набрать запас чистой ледниковой воды. В том, что плескалось сейчас за бортом, она не стала бы стирать даже половую тряпку.

Сергея Петровича при этом тревожило совсем иное. В такой мутной воде не только легко ловить рыбу, но и проще простого незаметно получить в скулу коча удар притопленым бревном или плавающей корягой. Потому «Отважный» хоть и вышел снова на стрежень Великой Реки, подальше от мелей, но продолжал двигаться медленно, на малых оборотах мотора. Для ориентации приходилось больше полагаясь на сонар, чем на зрение впередсмотрящих.

Вечером «Отважный» бросил якорь в небольшом заливчике у французского берега, отгороженном от основного русла длинной песчаной косой. Тихий, накрапывающий из серых туч дождик опять не дал разбить на берегу палаточный лагерь, но, впрочем, он не помешал Сергею Петровичу, пока не стемнело, выслать в тундростепь две охотничьи группы в поисках чего-нибудь мясного, пригодного для котла. Все-таки рыба рыбой, а мясо им необходимо.

Одну группу, включающую в себя Лизу и Лялю, возглавил он сам. Вторую, состоящую из Сергея-младшего и Кати, взял под свое крыло Андрей Викторович. Стрелять дичь из арбалетов предстояло молодежи, а мужчины лишь подстраховывали их огнестрельным оружием на случай разного рода случайностей, неизбежных на охоте. Антон Игоревич, Марина Витальевна и Валера, вместе с детьми и прочими пассажирами, оставались на борту и должны были обеспечить охрану и оборону «Отважного».

Такая расстановка сил не устроила только Лизу, изо всех сил желавшую попасть в одну группу со своей зазнобой. Но учитель был неумолим. Сергей-младший и Катя представляли уже слаженную охотничью пару, и он не собирался разбивать ее ради романтических чувств взбалмошной девицы. И вообще, охота в эти ледниковые времена – не место для романтики, а занятие, полное опасностей и риска, и требующее от каждого участника высочайшего внимания и концентрации.