"Фантастика 2026-162". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Маркова Юлия Викторовна - Страница 192

Обернувшись назад, она видит, что ее брат Михаил сидит в седле боевого коня во главе верных кирасир. Ярче солнца сверкает начищенная бронза доспехов, горят холодным синеватым огнем стальные острия копий.

– Почему вы просто смотрите, как погибает за Русь ваш друг и товарищ? – спрашивает Ольга у Михаила.

– У нас нет приказа, сестренка, – отвечает Михаил.

Ольга смотрит налево – и видит своих ахтырцев, наготове стоящих в конном строю.

– Подполковник Новиков хороший человек, – говорят ей ахтырцы, – но у нас нет приказа, ваше императорское высочество…

Ольга смотрит направо – и видит господина Одинцова, стоящего впереди пешей рати, одетого как древнерусский воевода – в кольчуге с зерцалом и длинным мечом в руке.

– У людей нет приказа, княгиня, командуй, – просто и ясно говорит Одинцов, – или ты уже не дочь своего отца?

И тут Ольга осознает, что она уже не в белом платье и с мольбертом, а в кольчуге с мечом на поясе и маленьким щитом, закрепленным на предплечье левой руки. Женщина-оруженосец, в которой Ольга узнает Дарью, подводит ей боевого коня и подставляет сложенные в замок руки, чтобы княгиня могла вскочить в седло, а после этого подает ей окованный серебром рог. Ольга подносит его к губам и хоть рог должен звучать сипло и гнусаво, над полем плывет ясный и чистый звук фанфары.

Сначала шагом, а потом все быстрее и быстрее, переходя с рыси на галоп, скачут на врага ощетинившиеся копьями кирасиры ее брата Михаила, и земля дрожит под копытами тяжелых коней. С гиканьем, визгом и свистом, выставив перед собой легкие пики, мчат вперед ахтырские гусары, готовые, оставив пику в теле первого проткнутого врага, выхватить шашки и начать рубить направо и налево. Под барабанный бой шагают вперед несокрушимые пехотные полки, готовые завершить начатое кавалерией дело и изрубить врага в мелкий винегрет. Лязг, грохот, чавканье отточенной стали, врубающейся в живое тело – и вот вокруг подполковника Новикова уже пусто, враг отброшен, кирасиры и ахтырцы рубятся уже где-то далеко впереди, а обессиленного окровавленного героя, опустившегося на одно колено, обтекают пехотные ряды, спешащие вперед, туда, где кипит горнило схватки.

Ольга спешивается рядом с Новиковым, тот из последних сил поднимает голову и спрашивает:

– Мы победили, ваше величество?

Ольга, не удивленная тем, что ее назвали «величеством», оглядывается по сторонам.

– Мы победили! – утвердительно отвечает подъехавший Михаил, обтирая свой палаш от густых капель чужой крови.

– Мы победили! – радостно кричат ахтырские гусары.

– Мы победили! – веско говорит Одинцов. – Враг никогда не сможет оправиться от этого поражения.

– Ну хорошо, – отвечает Новиков, снова опуская голову, – если мы победили, тогда я могу разрешить себе умереть, ибо моя задача выполнена.

– Не-е-ет!!! – кричит Ольга и просыпается, неожиданно понимая, что если в самом начале промедлить с приказом, то потом за победу, скорее всего, придется заплатить самым дорогим.

Минут пятнадцать Великая Княгиня ворочалась на своей постели, прокручивая в голове этот символический сон. Постепенно вызванное им волнение улеглось, и на смену ему пришла уверенность, что все будет хорошо. Нет, Господь не зря послал в их мир пришельцев из будущего. Господь таким образом позаботился о судьбе России… Теперь все зависит от того, насколько хорошо они вместе (и предки, и потомки) справятся с предстоящими задачами. А они непременно справятся, иначе и быть не может! И от нее, от Ольги, зависит теперь очень многое. Да, тяжелый груз лежит на ее плечах, но она все преодолеет, ведь, оказывается, женщины способны на все то, на что способны и мужчины! Она станет такой же, как эти люди – сильной, уверенной, решительной, будет действовать с холодной головой и горячим сердцем, исполняя свой долг перед Родиной…

Постепенно Ольга снова погрузилась в сон. Ей казалось, что она посреди океана – и внезапно ее подхватывает и несет куда-то мощная волна. Все быстрей и быстрей мчит Ольгу неведомая сила – куда-то вперед и вверх. Захватывает дух, но совсем не страшно, наоборот, откуда-то приходит уверенность, что она в полной безопасности. Все мелькает перед глазами, и Ольга непроизвольно зажмуривается.

Волна швыряет ее во что-то мягкое – и движение прекращается. Ольга медленно открывает глаза. Помещение, где она находится – очень странное. Кругом все белое, как в больнице, но между тем это явно не лечебное учреждение – уж слишком все роскошно. Огромный, во всю стену, шкаф, туалетный столик с большим овальным зеркалом над ним, широкая кровать с полукруглыми спинками, на которой она лежит – все это белое, лишь с легким кремовым оттенком. Внимательно оглядевшись, Ольга с облегчением замечает, что, хоть и в небольшом количестве, но другие цвета в комнате тоже присутствуют. Например, занавески на окнах, а также обои включают сиреневатые элементы. А это что за картина напротив кровати? Замечательный натюрморт – на нем изображен букет сирени в стеклянной вазе, а рядом – открытая книга с пожелтевшими страницами. Отчего-то картина заставила Ольгу пристально в нее вглядываться. Что-то было в ней знакомое… Нет, она видела этот натюрморт впервые, но стиль написания был ей знаком. Это могла быть ее собственная картина, если б она не знала точно, что не писала этот натюрморт… Вот именно так она бы изобразила книгу – создавалось неуловимое ощущение, что страницу только что перелистнули в нетерпении узнать, что там дальше. Ольга потерла лоб. Может быть, все-таки она забыла? Точно, так и есть… Это ее картина! Ольга с изумлением вновь огляделась по сторонам. Неужели это все – ее? Ну да – вон ее футляр со скрипкой, вон любимые духи на туалетном столике! Это ее дом, она тут живет. У нее муж и четверо детей… Боже, четверо?! Надо же, а приснилось, будто она – Великая Княгиня и живет в начале двадцатого века…

Ольга вскочила. Заглянув в зеркало, она замерла от изумления, с трудом узнавая себя. На ней было надето нечто невообразимое – вместо длинной и просторной ночной рубахи с обилием рюш ее фигуру обтягивало нечто прозрачное, короткое, открывающее плечи и шею – совершенно бесстыдное! Гладкий материал приятно льнул к телу, невиданный фасон подчеркивал выпуклости грудей. И только потом Ольга обратила внимание на свою голову. Волосы ее были высветлены и имели приятный жемчужный оттенок. Кроме того, они были довольно коротко подстрижены, и теперь, растрепанные после сна, делали ее похожей на милого белобрысого чертенка. Она в замешательстве провела рукой по макушке. Ей казалось, что она начинает «вспоминать» некоторые детали своего существования. Она бросила взгляд в сторону окна. Судя по всему, было раннее утро. Да ведь ей надо собираться на работу! Стоп – какая работа?! В голове замелькали смутно знакомые слова – «холдинг», «маркетинг», «мониторинг» и прочая абракадабра. И тут раздался странный звук, от которого Ольга вздрогнула – какой-то громкий писк, изображающий незнакомую мелодию. Озираясь в поисках источника звука, она заметила помигивающую черную коробочку, что лежала на прикроватной тумбочке. Наугад потыкав пальцем в светящийся экран, Ольга услышала, как их коробочки раздался голос:

– Алло, Ольга Александровна?

– Да, это я… – растеряно ответила Ольга, поднеся коробочку к лицу.

– Это вас беспокоит Нелли Марковна. Шеф просил вам напомнить, что сегодня к нам приезжает наш деловой партнер мистер Дэниэл Сноу… К девяти утра вам в любом случае необходимо быть в офисе.

– Дэниэл Сноу? – пробормотала Ольга, пытаясь вспомнить, кто это такой.

Коробочка помолчала, а затем пояснила:

– Наверное, вы еще толком не проснулись… Словом, мы вас ждем в девять часов. Всего доброго, Ольга Александровна…

Послышались короткие гудки. Ольга повертела погасшую коробочку в руке, хмыкнула и осторожно положила ее на место.

Ольга открывает шкаф. Похоже, руки ее помнят, что надо надеть сегодня – и вскоре, скинув восхитительное ночное «безобразие», она облачается во что-то «строгое» – тонкая кофточка, жакет и юбочка выше колен. Очень, очень непривычно и стыдно – но она доверяет тому чутью, которое и ведет ее все это утро.