"Фантастика 2026-162". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Маркова Юлия Викторовна - Страница 156

Таким образом, такие встречи без галстуков под чаек у меня в каюте определенным образом вошли в обычай. Иногда к нам присоединялся мой старший офицер, Николай Васильевич Гаврилов, но это очень редко. Потому что если меня нет на мостике, он должен быть там, и наоборот. Чаще всего третьим, который совсем не лишний, был штурман кап-три Максенцев, командир минно-торпедной БЧ-3 кап-три Потапов, и дед, по местному старший механик, командир БЧ-5 капитан-лейтенант Матвеев. Но во время разговоров ни званий, ни должностей, ни фамилий, упаси Боже, не употреблялось. Местные тоже не хуже нас понимают, что значит общаться вне службы. Обращались друг к другу исключительно по имени-отчеству: Карл Петрович, Александр Викторович, Николай Васильевич, Сергей Антонович, Игорь Владиленович, Семен Васильевич.

Кстати, адмирала Иессена очень заинтересовало отчество нашего командира минно-торпедной боевой части, которого он по местному называл старшим минным офицером.

– Скажите, Александр Викторович, – спросил он у меня, а что за такое имя Владилен? Владимир знаю, Владислав, знаю, а Владилен впервые слышу…

– Ну знаете, Карл Петрович, – с толикой юмора ответил я, – Владимир, это владеющий миром, Владислав – владеющий славой, а Владилен, скорее всего, владеющий Леной… то бишь муж означенной Елены. Но это шутка, а если серьезно, то Владилен – это сокращенное от Владимир Ленин. Есть сейчас такой мелкий политический деятель в запрещенной партии эсдеков. Пока он там не на главных ролях, но в нашей истории ему предстояла роль творца этой Истории, потрясшего и ужаснувшего весь мир и перевернувшего Россию даже не с ног на голову, а просто с боку на бок. Уже потом пришел его сподвижник и поднял ее на дыбы, на благо народу и на страх врагам. Вот на него всех собак и повесили, причем за все сразу. А Владимир Ленин так и остался в народной памяти добреньким дедушкой, народолюбцем и освободителем от царской тирании. Детишек вот в его честь называли, памятников по все стране понаставили, как основателю первого в мире государства рабочих и крестьян.

– Ну и как оно, государство, получилось? – поинтересовался Иессен.

– Получилось, – кивнул я, – но совсем не такое, как планировал основатель. После упорного строительства обнаружилось, что построена копия Российской империи, только из красного кирпича. Но дури, пока строили, наворотили – не приведи Господь. Вот Владилен, или Владлен еще благозвучно звучит, почти по-человечески, а как вам понравится такое женское имя, как Даздраперма?

Адмирал Иессен чуть не поперхнулся.

– Как, как, Александр Викторович? – переспросил он.

– Даздраперма, – повторил я, – женское имя, означающее: «Да здравствует Первое Мая».

– Да уж… – сказал адмирал, вытирая губы салфеткой, – как говорится, – век живи, век учись. И насколько массовыми были сии явления?

– Да нет, – ответил я, – ни о какой массовости и речи не шло. Просто в любом обществе есть свои юродивые, старающиеся, как говорится в наше время, выпендриться. Впрочем, в своем большинстве детки этих полоумных, стесняющиеся столь экзотических имен, по достижении возраста совершеннолетия подавали соответствующие прошения и становились привычными Иванами, Татьянами, Антонами, Маринами, Сергеями и прочее, прочее, прочее…

Но это был так, частный случай, а в основном наши разговоры касались близкой нам военно-морской тематики. Например, перспектив развития надводных и подводных миноносцев, да и самого минно-торпедного оружия. Вот тут я отдавал карты в руки все тому же Игорю Владиленовичу, а сам садился в сторонке в роли модератора разговора. Ну а поскольку кап-три Потапов являлся, можно сказать, фанатом именно торпедных подводных лодок и не меньше меня мечтал выпустить торпеды хоть по броненосцам Того, хоть по гитлеровскому линкору «Бисмарк», то и разговор тоже шел в соответствующем русле.

– Надводные миноносцы, Карл Петрович, – говорил кап-три Потапов, – своего назначения совершенно не оправдали. Уже сейчас при нынешнем развитии артиллерии выйти такому миноносцу среди бела дня в атаку на вражеский корабль с хоть сколь-нибудь целой противоминной артиллерией становится подобным смерти, в то время как подводная лодка может совершенно спокойно подкрасться на дистанцию стрельбы и произвести пуск. Из-за этого корабли, построенные как носители минно-торпедного оружия, в своем большинстве использовались не по назначению, как посыльные суда, разведчики и охотники за теми же самыми подводными лодками.

Кстати, в британском флоте корабли, у которых артиллерия по важности превосходила минное оружие, назывались дестроерами, а те, что были нацелены на борьбу с подводными лодками – фрегатами и корветами. Нет, самодвижущиеся мины применялись с надводных кораблей, но это были корабли совершенно особенного типа – с очень малым водоизмещением, около тридцати регистровых тонн, мощными бензиновыми моторами, суммарно от полутора до двух тысяч лошадиных сил и, соответственно, очень высокой скоростью – от сорока до пятидесяти узлов. Минные аппараты такого катера стреляли не по траверзу, как у современных вам миноносцев, а прямо по курсу катера, который после пуска мин должен был совершать маневр уклонения и выходить из боя. Естественно, что с таким малым водоизмещением такие катера были способны действовать только в окрестностях собственной базы или с корабля-носителя, на который их подобно шлюпкам следовало поднимать после каждого применения.

Но и в этом случае даже такие маленькие и маневренные кораблики несли очень большие потери от заградительного огня противоминоносной артиллерии, который к тому же воздействовал на взрыватели самодвижущихся мин, вызывая их преждевременный подрыв. Таким образом, только подводные миноносцы, способные скрытно подкрасться к ничего не подозревающему врагу и нанести по нему внезапный разящий удар, могут быть по-настоящему эффективными носителями минного оружия; а надводные минные корабли всех типов, как правило, пригодны для чего угодно, только не для разящих минных атак на боевые корабли противника…

Вот-вот, правильная агитация, я ведь помню слова Павла Павловича, что адмирал Иессен не только нынешний адмирал, но еще и будущий бизнесмен. Дай-то Бог чтобы мы его по-настоящему зажгли этим делом, и на его Мюльграбенской верфи в будущем для русского флота строились не эсминцы, а подводные лодки. Они-то и в самом деле окажутся полезней и дешевле обойдутся. А мы уже подскажем, что строить и как.

А то ведь как может получиться… Вкладывала какая-нибудь Британия миллионы фунтов золотом в постройку сверхлинкора, ну например «Барнхэм», вооружала, обучала экипаж, а потом этот сверхлинкор попадает в прицел подлодки, которая обошлась противнику в тысячу раз дешевле. Командир лодки, небритый как средневековый пират, командует атаку и всаживает торпедный веер в борт бронированному громиле. Взрыв боекомплекта и котлов – и гордость британского адмиралтейства разлетается на куски вместе с тысячью человек прекрасно обученного экипажа. Финита ля комедия.

Эту историю я, кстати, тоже рассказал Карлу Петровичу, сказав, что эпоха линейных сражений собственно заканчивается, так что подводные лодки всех типов и отчасти быстроходные крейсера для цивилизованного прерывания торговли и демонстрации флага – это наше все, а вот линейные флоты – это дорогие игрушки, которые важны скорее с точки зрения государственного престижа. И вы знаете, адмирал Иессен со мной согласился.

26 марта 1904 года, 09:42 по местному времени. острова Эллиота, полевой лагерь учебной бригады морской пехоты.

подполковник Новиков Александр Владимирович.

Только что завершилось общее построение бригады. Ровные коробки рот стояли в едином строю. Они пока еще одеты либо в пехотное белое, либо в морское черное, но «Трибуцем» уже захвачены трофейные штуки отличного британского сукна цвета хаки, что позволит ввести в бригаде свою форму одежды, лишь минимально отличающейся от привычной в нашем двадцать первом веке. Кстати, Дарья Михайловна обещала, что ее девочки обошьют бригаду качественно и в кратчайший срок, ибо в этом веке еще не родилась кореянка, не умеющая шить. А из Мукдена уже едут два десятка швейных машинок «Зингер» с ножным приводом – это все, что нашлось на местных складах фирмы. Этот заказ, по просьбе Пал Палыча, оплатил управляющий Наместника. Сам Евгений Иванович в ответ на просьбу только махнул рукой: «Чего уж там, свои люди, сочтемся…», но, сказать честно, все это было это надо вчера, поскольку сегодня завершился первичный отборочный цикл обучения морских пехотинцев, и сейчас те из кандидатов, что успешно прошли отбор, уже превратились в курсантов. Вот тут бы их и одеть в новую форму – но, увы, за неимением гербовой пишем на простой. Но вот сводный оркестр доиграл «Прощание славянки» – и наступила тишина. Кстати, этот самый оркестр – еще одна примета, что временное собрание вооруженных людей превращается в полноценную военную часть. Теперь у меня даже есть временно исполняющий обязанности начальника штаба – это всем хорошо знакомый Александр Петрович Агапеев. Так что парадокс – командир бригады по званию младше начальника штаба; хотя ситуация в данном случае кристально прозрачна, после первой же успешной десантной операции получит Александр Петрович погоны генерал-майора и рванет вверх, только успевай задирать голову. А пока у меня есть очень хороший начальник штаба, который позволил мне снять с себя все вопросы, за исключением непосредственно учебного процесса. Помню тот разговор с Наместником Алексеевым, когда я попросил у него хорошего начальника штаба для бригады.