Что-то старое, что-то новое, что-то взятое взаймы (СИ) - "Miledit" - Страница 45

Антонин Долохов, Мюриэль и Дугал Пруэтты синхронно подняли свои палочки, диагностируя подозрительную тетрадь. Воздух затрещал от концентрированной магии — сложные, многослойные заклинания сканировали предмет.

Лица троих магов постепенно становились все мрачнее и мрачнее. Дугал Пруэтт первый опустил палочку и покачал головой. Долохов, лишь на немного отставший от Дугала, выругался.

— Полностью с вами согласна, молодой человек, — усмехнулась Мюриэль. — Гадость еще та.

— Что? — не выдержал Гидеон. — Отец, что это такое?

Дугал поднял на него взгляд, но ничего не ответил.

— Еще раз, — вместо этого сказал он, обращаясь к сестре и Антонину. — Давайте еще раз. Тройная проверка.

Три палочки вытянулись почти синхронно. Заклинания сложились и наложились одно на другое, и результат высветился слишком отчетливо, чтобы можно было сомневаться.

— Черт побери, — выдохнул Долохов. — Это кто же настолько сумасшедший?

— Да что это такое? Вы нам скажете? — Лисса, как и ее братья пребывала в недоумении, что могло вызвать настолько неоднозначную реакцию у отца, тетки и даже у непробиваемого Долохова.

— Крестраж, — тихо, но твердо произнесла Мюриэль. — Это крестраж.

Глава 9

Лисса, Гидеон и Фабиан, явно услышавшие о каком-то «крестраже» впервые, переглянулись в полном недоумении. Это слово не значило для них ровным счетом ничего, но по напряженным лицам старших было ясно: дело пахнет чем-то крайне серьезным и ужасно неприятным.

— Крестраж? — нахмурился Гидеон. — Не читал о таком. Судя по вашей реакции, это что-то очень опасное. Так что это такое?

Дугал Пруэтт мрачно смотрел на лежащую на снегу тетрадь, словно ожидал, что она вот-вот оживет и тот час же пойдет в атаку.

Долохов хмыкнул:

— Забавно, да? Мы тут все понимаем, какую мерзость держали в руках, а молодежь, вот — нет. Все же, друг мой Том определенно во многом прав: в Хогвартсе, пожалуй, не самый высокий уровень обучения.

— Не знают — и слава Мерлину, — сухо ответил Дугал. — Лисса, возвращайся в школу. Фабиан, Гидеон, вы тоже отправляйтесь-ка обратно в Пруэтт-холл. Матери передайте, что буду к ужину. Мы же с тобой, Мюриэль, и вы, мистер Долохов, должны обсудить все это подробнее.

— А вот тут я с тобой не соглашусь, братец, — отозвалась Мюриэль, не сводя взгляда с недовольных и возмущенных подобным решением Дугала Пруэтта племянников. — Дети твои, братец, уже выросли. Даже Лисса повзрослела, что уж говорить о мальчиках! Тем более, они были здесь с самого начала, а их сестру так и вовсе попытались убить. С какой стати нам теперь отмахиваться от их расспросов и отправлять по домам? Иногда стремление уберечь детей от правды — это не защита, а ловушка. Благими намерениями, как известно, вымощена дорога в Ад.

Лисса молча кивнула, всем своим видом показывая, что подписывается под каждым словом тетушки и никуда уходить не намерена. Она чувствовала, что должна узнать правду.

Фабиан скрестил руки на груди.

— Мы никуда не уйдем, — сказал он упрямо.

— Верно, — добавил Гидеон, глядя на отца. — Мы хотим знать, что за дрянь едва не убила Лиссу.

Дугал тяжело выдохнул и мрачно покосился на сестру. Та ответила спокойным, но твердым взглядом. Затем мистер Пруэтт посмотрел на Долохова, но тот лишь пожал плечами:

— Поддерживаю обворожительную даму. В Дурмстранге информация о крестражах не замалчивается. Описание их создания никто не дает, конечно, но о том, что это дрянь редкостная, от которой нужно держаться подальше, упоминается.

— Хорошо, — наконец согласился оставшийся в меньшинстве Дугал Пруэтт. — Давайте поговорим, но не здесь.

Вдалеке послышался смех и голоса — со стороны Хогвартса по этой, хоть и не очень популярной в зимнюю пору, но все же проходной дороге в сторону Хогсмида явно двигалась группа студентов.

— Пора уходить. Давайте переместимся вон туда, — сказала Мюриэль, махнув рукой в сторону стоявшего поодаль строения, а затем нагнулась, аккуратно поднимая с земли тетрадь.

— Визжащая хижина? — уточнил Фабиан.

— Она самая, — не глядя отозвалась тетка, споро заматывая крестраж в ткань. Защитные перчатки, впрочем, она так и не сняла. — Вряд ли будет много желающих посетить ее сегодня.

Мистер Пруэтт согласно кивнул и направился к хижине, не забыв совершить замысловатый жест палочкой: связанная Мэри плавно поднялась в воздух и поплыла следом за мужчиной. Остальные последовали своим ходом.

Визжащая хижина стояла на окраине Хогсмида, выглядывая из-за голых ветвей кривым силуэтом. Небольшое, покосившееся строение из потемневшего от времени дерева. Говорили, что ее построили лет двести назад для какого-то лесничего, присматривающего за Запретным лесом, но то ли место было выбрано неудачно — аккурат там, где сталкивались ветра, — то ли при строительстве сэкономили на материалах, но хижина практически с самого начала издавала жуткие звуки: скрипела, стонала и выла, словно живая. Местные жители быстро прозвали ее Визжащей и стали обходить стороной, приписывая звуки то привидениям, то злым духам. Волшебники — народ суеверный, и несмотря на то, что на самом деле никакой мистической подоплеки не было, — просто в щели и каминную трубу задувал ветер, рождая те самые пугающие звуки, — но репутация у места была уже прочно испорчена, и сюда давно никто не заглядывал. Любопытные студенты, которых перешептываниями стариков было не остановить, тоже по какой-то непонятной причине не рвались исследовать пустующее здание, а потому место для разговора было подобрано идеально.

Дугал толкнул скрипучую дверь, и все вошли внутрь. Внутри хижины пахло сыростью и старыми досками. Полы скрипели под ногами, а от стен, иссеченных трещинами, веяло ледяным холодом. Воздух был затхлый, тяжелый, с привкусом гнили, словно никому ненужный дом сам устал стоять и ждал лишь того счастливого часа, когда сможет рухнуть.

Первым делом в глаза бросилась лестница на второй этаж — узкая, шаткая, с перилами, покрытыми серым налетом пыли. Она вела наверх, в темноту, но пока никто туда не пошел: все сгрудились в просторной комнате по правую руку от входа. Это явно была гостиная: высокий камин занимал центральное место у стены, напротив виднелся немного покосившийся стол и несколько деревянных лавок — единственное, что уцелело от былого убранства. Стены были голыми, а свет, проникавший через запыленные окна, ложился на пол призрачными серыми прямоугольниками.

Пока мистер Пруэтт уводил связанную и все еще оглушенную заклятьями Мэри в дальний угол, Долохов, слегка поморщившись, подошел к камину.

— Инсендио, — бросил он негромко, и в очаге вспыхнули ровные, почти неестественно яркие языки магического пламени. Тепло начало медленно растекаться по комнате, вступая в борьбу с воцарившимся здесь холодом.

Мюриэль, тем временем, легким взмахом палочки убрала толстый слой пыли со стола и скамеек. Лисса, сподвигнутая на бытовые свершения заразительным примером тетки и проснувшейся памятью Молли Уизли, автоматически провела рукой по поверхности скамьи, шепча заклинание для очистки и полировки дерева. Древесина засияла новеньким золотистым лаком.

— Ого, сестренка, — присвистнул Фабиан, наблюдая за ее действиями. — Откуда такие навыки? В Хогвартсе теперь снова домоводство преподают?

— Там много чему учат, — уклончиво ответила Лисса, чувствуя на себе любопытный взгляд Антонина Долохова.

Гидеон тем временем уже поднимался по скрипучей лестнице, чтобы проверить второй этаж. Через минуту он вернулся, отряхиваясь от паутины.

— Наверху пусто. Полуразрушенные комнаты, хлам. Никого нет, если что. Фаб, пойдем посмотрим, что находится за лестницей, вроде я там ход какой-то приметил.

Пока братья осматривали хижину, Мюриэль и Лисса занялись мебелью. Несколько точных движений палочками — и грубые скамьи трансфигурировались в шесть удобных на вид кресел. Стол, оказавшийся ровно посередине, стал ниже и устойчивее. Долохов, закончив с камином, очертил палочкой периметр комнаты, устанавливая невидимый барьер, удерживающий тепло внутри и не выпускающий звуки наружу.