Не будите медведя (СИ) - Данишевский Владислав - Страница 34

— Вот и замечательно. Сделаешь?

— А-а-э-э-э… А можно чуть позже? Или ещё кто-нибудь? — турок, похоже, отвлёкся от своего весьма интересного дела и очень хотел снова к нему вернуться. — Тут столько интересного. А техников у нас аж два комплекта. Уж кабель-то протянуть и штекер воткнуть даже собаку научить можно. А то всё Фуркан да Фуркан…

Всё понятно. Жадный до халявы осман дорвался до любимого дела — мародёрки, да ещё на нетронутом конкурентами корабле. Хотел было уже надавить на гражданскую сознательность несознательного члена команды, но тут на связи нарисовался Серёга.

— Глеб, давай я сделаю, стрелять больше не надо, а корабль посмотреть хочется.

— Добро. Ищи кабель и двигай к нам. Заодно контейнеров из трюма прихвати, тут добра — таскать не перетаскать.

Как показало детальное исследование добытого корабля — одного Серёги оказалось слишком мало. Работать пришлось всем, кроме дежурных пилотов. Даже наш аксакал Токмашев вызвался поучаствовать в грабеже, благо, невесомость превращала тяжёлый труд практически в лёгкую гимнастику.

Но рабочих рук всё равно не хватало. Было даже высказано предложение разбудить ещё людей из заморозки. Однако, несмотря на всю заманчивость, предложение пришлось отвергнуть, так как для новобранцев не было ничего — от подходящих нейросетей до запаса пищевых картриджей для синтезатора. Да и системы жизнеобеспечения обоих наших кораблей не рассчитаны на переизбыток народа.

Подключенный искин нашего корвета, тщательно обнюхав добычу, сообщил, что эсминец в общем-то ремонтопригоден, но только в условиях ремонтного дока, а в полевых условиях и думать нечего его починить.

Двигатели в хлам, из трёх энергоячеек работает только одна, корпус пробит в хвостовой части и поведён в районе торпедного отсека, благодаря чему были повреждены энерговоды и искин не смог атаковать нас тяжёлым вооружением. В его распоряжении оставались только одна лёгкая плазменная пушка и пара противометеоритных лазерных турелей.

Осознав, какая опасность нас миновала, мы коллективно вытерли холодный пот со лбов и поблагодарили всех причастных к тому, что так удачно отобрали самые страшные слонобойки у боевого искусственного разума.

Ну и заодно эти слонобойки достались нам в количестве, поражающем воображение: три десятка средних торпед и до ежиной матери средних и малых ракет класса «борт-борт». Правда, если ракетные установки у нас самих имелись, то монтировать торпедные было банально некуда — конструкции обоих наших кораблей не приспособлены к этому виду вооружения, а колхозить навесной самопал на обшивке — решение крайне сомнительное.

Блин, ну хоть лети и покупай себе эсминец ради такого добра. А очень хотелось присобачить себе такие хищные зубы, чтобы всякая мелкая шваль бежала впереди собственного визга, а шваль покрупнее трижды думала, прежде чем лезть на рожон.

Ещё из хороших новостей был исправный гипердвигатель, правда уработанный до шестидесяти с копейками процентов, пара медкапсул получше наших, добротный десантный бот, десяток челноков и пара истребителей весьма хищного вида. Что они делали в трюме сугубо артиллеристского корабля, спросить уже не у кого, разве что в памяти изъятого искина что-то сохранилось, да и ладно, не настолько важный вопрос.

Пищевой синтезатор, не дотянувший до нашего всего одного поколения, мгновенно отмела себе команда грузовоза, потихоньку звереющая от перманентной клейстерно-опилочной диеты. Тоже неплохо, а то смотрю — наши запасы картриджей как-то стремительно убывают, сильно опережая график.

Так же грузовику перепала добротная система маскировки и система радиоэлектронной борьбы, дабы неповоротливое корыто получило больше шансов подольше оставаться незамеченным и затрудняло врагам прицеливание. Эмиттеры силовых щитов честно поделили пополам.

Всякой мелочи вынесли столько, что заманались вести учёт: ремонтные и боевые дроиды, инструменты и запчасти, оружие и боеприпасы, гора сменных модулей для всякой электроники и прочее, и прочее.

А когда обнаружили десяток боевых скафандров, мой козырный бронескаф резко потерялся на их фоне. Однако мне не позволили остаться в аутсайдерах по броневой защите, поэтому мой трофей отправили на ответственное хранение с заменой на новьё.

Наш турецкий кладоискатель тоже отчитался о находках: базы знаний, изрядный запас алкоголя и… снова наркота. Они тут, в Содружестве все на наркоте сидят что ли? Или это нам с наркоманским флотом так повезло? Не припомню ни одного обысканного корабля, чтобы там не оказалось хотя бы дозы.

Из интересного — горстка чипов, суммарно переваливших за полтора миллиона кредитов и два предмета, которые совместными усилиями были записаны в артефакты древних. Что это, для чего и как включается, определить так и не смогли, несмотря на наличие поллитры, даже нескольких.

В общем, два дня весь личный состав бегал, как наскипидаренный, проявляя при этом завидный энтузиазм и трудовое рвение. Разве что Аллочка после разорения медотсека эсминца быстро утратила интерес к «мужским железякам», после чего была переведена из носильщиков в учётчики, что её если не обрадовало, то хотя бы примирило с неинтересной работой.

Крупняк транспортировали в обширный трюм грузовика, а мелкоту складировали на корвете, чтобы, так сказать, не складывать все яйца в одну штанину. Вот вроде столько добра захапали, аж считать устали, но стоило заглянуть в закрома на барже, как стало… даже не знаю как. С одной стороны — все наши многочисленные крупные трофеи скромно притулились в дальнем уголке, сиротливо ютясь между ведром и шваброй, образно говоря, а с другой — это ж сколько сюда ещё ништяков напихать можно?!

Вечером второго дня после ужина устроили посиделки, на которых обсуждался день завтрашний, а именно: устраивать выходной или нет. Молодёжь требовала продолжения банкета, то есть мародёрки, а старшее поколение призывало попридержать коней. Не сказать, чтобы все так уж сильно устали, но вот устроить разбор полётов и планёрку следовало бы, а заодно установить на корабли отложенное для этого оборудование и вооружение.

Александр Первый резонно указывал на «непаханное поле» корабельного кладбища, от которого мы исследовали от силы десятую долю процента, и на то, что если отдыхать после каждого корабля, то на Землю он вернётся уже пенсионером.

Алексеич с Иванычем ему возражали, что кавалеристским наскоком тоже такую работу не одолеть. А ну как следующий инвалид лупанёт по нам торпедным залпом и всё, баста, карапузики. Благо, лететь никуда не надо — кругом кладбище. Так что перед следующим заходом нужно как минимум учесть ошибки, причесать неровности и улучшить положительный опыт.

Глава 9. Как добыть левиафана

Тёплые пятки шлёпнулись о ледяной металл палубы. Несмотря на, казалось бы, идеальные настройки системы жизнеобеспечения, металл под босыми ногами всё равно казался холодным. И какого, собственно, хрена? Своими глазами видел и даже руками щупал на многих кораблях мягкое покрытие, напоминающее пористую резину, покрытую замшей. Почему у нас такой нет? С этой гневной мыслью я натянул на себя контрацептив комбинезона и отправился искать виноватых.

Как назло, виноватые, видимо, чувствуя надвигающуюся грозу, затаились по щелям, прикинувшись тараканами. Даже хитрый Эдик подсунул вместо себя Александра Второго дежурным пилотом, а сам при этом испытывал на прочность переборки собственной каюты силой вибрации могучего храпа.

— Чего у нас плохого? — огорошил я вопросом Саню-дальнобоя.

— А чё сразу плохого? Нормально у нас всё. Наши все отдыхают, а грузины шмонают фрегата, которого вчера разведали.

Грузинами мы между собой втихаря обзываем команду грузовоза. Не ругаючись обзываем, а так, по-дружески, почти любя. Сначала называли грузчиками, но потом Эдик, чёрт языкатый, перекрестил их в грузинов и всё, приклеилось насмерть, зубами не оторвёшь.

— А турок наш не пробегал?

— Не, только доктора заходили. А что, срочно нужен?