Однажды золотой кровью написанное (ЛП) - Моронова К. М. - Страница 16

Струйки воды стекают у меня со лба, и меня начинает тошнить. Молю вас, боги, не допустите этого. Пожалуйста, пусть найдется другой путь.

Среди бури вдруг вспыхивает что-то синее, и я всматриваюсь в темнеющие, покрытые снегом поля.

Блуждающий огонек? Здесь?

В прошлый раз я видела огонек после нападения волков и костра в честь погибших. Но почему появился еще один?

Я натягиваю поводья, и моя лошадка тут же останавливается и поворачивает в нужном мне направлении. Я даже не раздумываю, тело двигается само. Я обязана увидеть то, что он хочет мне показать.

Калел не сразу замечает, что я делаю, а вот Николай — да. Моя кобыла мчится прямо на его, но та успевает среагировать и рвануть в сторону.

— Стой! — кричит Николай. Он следует за мной всего на пару шагов позади.

Калел теряет нас из виду посреди снегопада. Сердце у меня сжимается от страха перед тем, в какую беду я могу попасть, оторвавшись от остальных, но я не могу потерять огонек. Мне нужны ответы, которых нет.

Голос моего мужа гремит в тумане.

— Алира! Где ты?

Стиснув зубы, я следую за шариком света, блуждающим огоньком, что пытается увести меня от остальных. Сердце тяжело колотится в груди. Я знаю, что у нас нет времени, что мы должны пересечь мост до наступления темноты. Осталось всего несколько минут до захода солнца.

Но боги молчали слишком долго.

Я должна обо всем узнать.

Николаю удается поравняться со мной. Огонек не остановится, пока мы не окажемся там, где нужно.

— Алира, нет времени догонять блуждающий огонек. Нам нужно убираться с острова, сейчас же! — умоляет он. Его каштановые волосы промокли от снега и кажутся темнее. Пряди прилипли к его лбу, вся спина влажная.

— Тогда расскажи, что вы от меня скрываете! — кричу в ответ я, снова глядя на огонек. Блядь, зачем я это сказала? Последнее, чего я хочу — это чтобы Николай был против меня.

Но он молчит. Я знаю, что скорее всего, он подбирает слова, но не может найти их вовремя.

Услышав за спиной стук копыт, я оборачиваюсь и смотрю через плечо. Калел. Он наконец оказывается так близко, что я его вижу. Сначала он смотрит мне в глаза, потом переводит взгляд на блуждающий огонек, и его лицо мрачнеет.

— Алира, нет! Мы должны перебраться через мост! — его голос эхом разносится над полем.

Интуиция подсказывает мне догнать огонек. Даже если потом меня накажут.

Я прикусываю губу. Я понимаю, что потом пожалею об этом, но все равно пришпориваю лошадь, пускаясь в погоню. Огонек быстро движется среди снегов, но потом вдруг резко останавливается, исчезнув позади чего-то, идеально сливающегося с белизной полей.

Сердце у меня сжимается. Куда он делся?

Испугавшись чего-то, моя лошадь встает на дыбы и ржет, сбрасывая меня на землю. Я откатываюсь в сторону, чтобы не попасть под бешеные удары ее копыт. Снег забивается мне под воротник, обжигает холодом щеки. Я смотрю, как моя кобыла разворачивается и мчится к мосту. Конь Николая заражается ее страхом и бежит следом. Наверное, мой друг думает, что я все еще в седле, потому что не окликает меня.

О боги.

Быстро сев, я оглядываюсь в поисках огонька, но его нигде не видно. Я поднимаюсь на ноги и пошатываясь иду к тому месту, где он пропал. Что напугало мою лошадь?

Там что-то есть, но оно так хорошо скрыто в снегу и тумане, что я ничего не вижу. Осторожно приблизившись на расстояние вытянутой руки, я тянусь вперед. Покрытая перчаткой ладонь ложится на мех. Он плотный, но не такой длинный, как у волка или медведя.

Тихо вскрикнув, я отшатываюсь на пару шагов назад. Существо поворачивается и смотрит на меня. Рога у него почти угольно-черные, и в сочетании со снежно-белым мехом они придают животному почти волшебный облик. Словно боги наделили зверя святостью и отправили бродить по пустошам Мортема.

Это белый олень. Ноги у него длинные и стройные, крепкая шея увита мышцами, глаза похожи на два темных огонька. Кажется, будто они смотрят сквозь меня, видя все и одновременно ничего.

Я смотрю на него во все глаза. Должно быть, это воплощение блуждающего огонька. Если они могут показывать нам образы из прошлого и настоящего, то будет совсем неудивительно, если они способны и принимать вид магических существ. Я тянусь рукой к его носу, но раздается истошный крик, и олень отпрыгивает.

— Алира!

Это Калел, и он совсем близко.

Выдохнув поток горячего пара из ноздрей, животное качает головой и делает несколько шагов назад. Я бросаюсь следом, не уверенная в том, попала ли уже в видение. Почему он уводит меня так далеко? Должно быть, есть…

Олень исчезает из виду, и следующий мой шаг приходится не на землю и не в снег. Я ступаю прямо в пустоту под обрывом над морем.

Ледяной воздух обжигает кожу, из груди вырывается полный ужаса вопль. Раскинувшийся внизу каменистый берег становится ближе и ближе. Закрыв глаза, я готовлюсь к удару, но его так и не происходит.

На мгновение мне кажется, что я уже оказалась в видении, которое хотел показать огонек, но я все еще слышу, как вдали кричит Калел. Несколько раз моргнув, я разглядываю мягкий мех, на который приземлилась. Теперь я уверена, что олень — магическое существо. Он ничуть не пострадал, и чувство такое, будто в его теле нет костей. Я ждала, что упаду в океан, но видимо, уровень воды сейчас низкий, потому что нас окружают мокрые камни и налипшие на них моллюски.

Олень сталкивает меня, заставляя встать, и лишь потом поднимается на ноги сам. Я с восторгом его разглядываю.

— Кто же ты? — шепотом спрашиваю я, с легкой, опасливой улыбкой поглаживая его по морде. Из-за падения сердце у меня все еще бешено стучит, но огонька я не боюсь. Они — лишь посланники тех, кто придет следом и совершенно безобидны.

Он медленно склоняет голову и смотрит на меня так, будто я уже должна знать все, что он мне скажет. Глаза у него отливают синевой.

— Ты и есть огонек, правда? — бормочу я на выдохе, и олень медленно, одобрительно моргает в ответ.

Существо широким шагом идет к воде. Видимо, сейчас отлив, потому что камней и обломков булыжников стало больше. Они сплошь облеплены водорослями и ракушками.

Это совсем не похоже на предыдущее видение. Послание, отправленное Меркурием, было привязано к месту. Я не касалась огонька и не взаимодействовала с ним так долго. Да и пейзаж был не таким мрачным… Теперь все иначе, и я не уверена, что мне это нравится. По спине пробегает холодок, волоски на затылке встают дыбом.

Услышав, как Калел кричит мое имя откуда-то сверху, я снова отвлекаюсь. Ненавижу так вести себя с ними. Чувство вины тяготит меня, но жажда узнать ответы сильнее.

Я вглядываюсь в темные облака, прилипшие к черным камням на утесе, и поражаюсь тому, насколько здесь на самом деле угрюмо и уныло. Единственный свет исходит от прекрасного оленя — голубоватое свечение, отражающееся от влажных камней и поверхности воды.

Ужас сворачивается у меня в животе, когда олень останавливается, войдя в воду и оборачивается, будто ждет, что я пойду следом.

Сжав кулаки, я заставляю себя последовать за ним. Чем ближе я подхожу, тем больше появляется огоньков. Приглушенных. Поначалу мне кажется, что они имеют форму пузырей, но приглядевшись, я понимаю, что это тела. Не могу сказать, полубоги это, демоны или люди. Но их много, так много, что они заполняют все пространство, оказываются на обнаженных из-за отлива камнях и везде, где я только могу видеть.

Все мое тело напрягается, и я заставляю себя расслабиться, поравнявшись с оленем.

— Кто они? — спрашиваю я, опечаленная из-за висящей в воздухе тяжести. Я словно стою среди мертвецов. Будто я уже вошла в Мортем, просто пока не знаю об этом.

Несколько секунд олень смотрит на меня, а потом опускает голову к идущей по темной воде ряби.

Мне это не нравится. Затаив дыхание, я встаю на колени в воду и всматриваюсь в ее поверхность.

Сердце у меня чуть не останавливается. Из-под воды вырываются руки скелетов, хватают меня за плечи и тащат в ледяное море. Я не успеваю даже закричать. И только мое тело оказывается под тяжелой поверхностью волн, как я переношусь в Девицит.