Рыжий (СИ) - "Tasadar" - Страница 38

— Но благодарят в итоге почему-то только Рона.

— Никакой справедливости в этом мире.

— Вообще никакой.

Я лишь в очередной раз покачал головой.

— Она обычный испуганный ребенок.

— Именно, — кивнул Фред.

— И этот ребенок уже прекрасно разобрался, кто в нашей многочисленной семье, видимо, самый надежный и перспективный.

— А вот это уже весьма серьезное обвинение, — цокнул языком Джордж.

— Папа наверняка будет очень расстроен такой статистикой.

Мистер Уизли, до этого момента молча и с легкой улыбкой слушавший нашу словесную перепалку, оторвал взгляд от пола и поднял голову.

— Я всё прекрасно слышу, мальчики.

— Вот видишь? — тут же отреагировал Фред.

— Уже расстроен.

И тесную палатку наконец наполнил громкий и по-настоящему беззаботный смех.

Глава 12

После злополучной ночи финала Чемпионата мира по квиддичу прошло уже несколько дней, и сейчас мы почти полным составом нашей далеко не маленькой семьи сидели за кухонным столом и мирно завтракали. Фред и Джордж ещё вчера после обеда куда-то исчезли практически на полдня и вернулись лишь под вечер. Впрочем, судя по их донельзя довольным и подозрительно счастливым физиономиям, я без особого труда догадывался, чем именно они занимались всё это время. Похоже, деньги им всё-таки удалось забрать.

После завтрака нам предстояла традиционная вылазка в Косой переулок, чтобы закупить всё необходимое для школы, а ближе к вечеру мы должны были отправить Гермиону домой. До конца каникул оставаться у нас она не планировала, сославшись на какие-то личные дела, зато Гарри оставался в «Норе» вплоть до самого отъезда в Хогвартс.

Мама все эти два дня буквально не отходила от меня, Гарри и Джинни ни на шаг. Близнецам, конечно, досталось чуть меньше её гиперопеки, зато именно они первыми попали под горячую руку, когда начался разбор полётов. Сначала она в самых красочных выражениях объяснила нам всё, что думает о нашем безрассудстве, бессмысленной гриффиндорской храбрости и вопиющей детской глупости. Что ни говори, а выжить в эпицентре атаки Пожирателей Смерти только для того, чтобы потом быть морально уничтоженными миссис Уизли за спасение чужих жизней, — это какая-то совершенно особая жизненная ирония.

Правда, сразу после этой грозной тирады она каждого из нас крепко обняла и расцеловала. Досталось и Гермионе, и даже Гарри, который, судя по его слегка глуповатой, но абсолютно счастливой улыбке, уже начал привыкать к подобным проявлениям материнской заботы. Мама заявила, что, несмотря на всю нашу вопиющую безответственность, мы всё равно огромные молодцы. А уж после того, как отец в красках пересказал ей все подробности моего откровенного наезда на Барти Крауча, она и вовсе посмотрела на меня так, словно видела впервые в жизни. В её взгляде читалась такая искренняя гордость, что это, признаюсь честно, изрядно потешило моё самолюбие. Как бы усердно человек ни пытался изображать из себя циника и отрицать собственную зависимость от чужого мнения, признание родителей — это именно то, в чем на самом деле отчаянно нуждается каждый из нас.

Мама как раз заканчивала что-то готовить у плиты, когда на кухню вошли Фред и Джордж. Само по себе это уже выглядело подозрительно, главным образом потому, что оба близнеца были непривычно серьёзны и собраны.

Коротко переглянувшись, они подошли к столу и положили на него довольно увесистый мешочек. Тот глухо звякнул металлом, и мама тут же отвлеклась от кастрюли, подняв голову.

— Что это? — настороженно спросила она.

— Деньги, — невозмутимо ответил Фред.

— Спасибо, Фред. Без тебя я бы ни за что не догадалась.

— Всегда рады помочь.

— Мы вообще очень полезные члены общества, — добавил Джордж.

— Особенно по большим праздникам.

Мама подозрительно прищурилась, вытирая руки о передник.

— Фред.

— Да, мам?

— Джордж.

— Да, мам?

— Что вы двое опять натворили?

— Вот видишь, — тяжело вздохнул Фред, поворачиваясь к брату. — Никакого доверия.

— Абсолютно никакого, — скорбно поддержал его Джордж. — Мы впервые за много лет пришли в этот дом сделать исключительно доброе дело.

— А нас сразу же в чём-то подозревают.

Мама отложила деревянную ложку в сторону и скрестила руки на груди.

— Что это за деньги?

На этот раз близнецы переглянулись заметно дольше, чем обычно.

— Это тебе.

— Мне?

— Тебе.

— Зачем?

— Потому что наша крыша течёт уже третий год.

— Потому что Джинни быстро растёт, и ей нужны новые мантии.

— Потому что дом периодически пытается развалиться на части.

— И потому что папа слишком часто говорит свою любимую фразу: «Это ещё можно починить».

— Хотя иногда это уже физически нельзя починить.

В кухне повисла звенящая тишина. Мама медленно, словно не веря собственным глазам, посмотрела на мешочек, затем перевела взгляд на близнецов и снова уставилась на лежащие перед ней деньги.

— Сколько там? — тихо спросила она.

— Четыреста галеонов.

Ложка, которую мама уже успела снова взять в руки, выскользнула из её пальцев и стукнулась о столешницу.

— Сколько?!

— Вот видишь? — Фред с упреком посмотрел на Джорджа. — Именно такой реакции мы и боялись.

— Поэтому изначально мы хотели просто написать сумму на бумажке.

— Положить её рядом на стол и быстро убежать.

— Но в последний момент нас внезапно посетила редкая вспышка здравого смысла.

— Это была ошибка.

— Огромная, фатальная ошибка.

— Четыреста галеонов?! — голос мамы дрогнул и взлетел на октаву.

— Да.

— Вы с ума сошли?!

— Вероятно, — философски пожал плечами Джордж.

— Но согласись, это ведь давно уже не новость.

Несколько секунд мама молча смотрела на них, явно пытаясь понять, не разыгрывают ли её в очередной раз. Затем она медленно выдохнула и почти шёпотом произнесла:

— Вам ведь самим нужны деньги, мальчики.

— Нужны, — не стал спорить Фред.

— Очень нужны.

— Настолько нужны, что иногда физически больно об этом думать.

— Тогда почему вы отдаете их мне?

Фред пожал плечами.

— Потому что мы выиграли довольно крупную сумму, и себе мы тоже оставили достаточно средств на… наше будущее.

— И потому что можем, — добавил Джордж.

— Потому что хотим.

— И еще потому, что ты всё равно рано или поздно потратила бы эти деньги исключительно на нас.

— А так у нас появился отличный шанс немного опередить события.

Несколько секунд никто не произносил ни слова. Тишину нарушало лишь тихое бульканье воды в кастрюле, а затем мама неожиданно шагнула вперёд и крепко обняла обоих братьев разом, уткнувшись лицом куда-то между их плечами.

Фред и Джордж мгновенно замерли. Судя по совершенно ошарашенным лицам близнецов, к такому развитию событий они были готовы меньше всего.

— Мама… — сдавленно прохрипел Фред.

— Да? — шмыгнув носом, отозвалась она.

— Мы начинаем понимать, почему обычно предпочитаем иметь дело со взрывчаткой и фейерверками.

— О да, — просипел Джордж. — Взрывы гораздо менее неловкие в эмоциональном плане.

— Значительно менее.

Но, несмотря на все свои шутки и показное смущение, они всё же крепко обняли её в ответ.

Когда семейные обнимашки подошли к концу, близнецы, видимо, оказавшись совершенно не готовыми к столь открытым проявлениям чувств, сослались на какие-то внезапные неотложные дела и быстро упорхнули на улицу, в отцовский сарай. Наверняка отправились проводить очередные смертельно опасные эксперименты, пока мама находилась в благостном расположении духа. Выходя из кухни, они подмигнули мне и кивнули в сторону двери, давая понять, чтобы после завтрака я зашел к ним. Закончив с едой, я поблагодарил маму за чудесное утро и уже по привычке чмокнул ее в щеку. От этого простого жеста она уже не впадала в прежний ступор, лишь тепло улыбнулась мне вслед, и я спокойно отправился во двор за братьями.