Мастер драгоценных артефактов 5 (СИ) - Майерс Александр - Страница 7

Плохая кличка для благородного аристократа, но прекрасная для наёмника.

Теперь под его началом было две сотни человек. Пехота, арбалетчики, десяток кавалеристов, два полевых лекаря, кузнец и даже один недоучившийся маг, который умел чинить артефакты.

Обеспечение такого отряда стоило дорого. Людей надо было кормить, вооружать, лечить, иногда хоронить. Заказы, конечно, находились всегда: охрана деревни, сопровождение купцов, поиск беглых рабов по городскому поручению, уничтожение разбойничих банд.

Но всё это лишь покрывало расходы. А Гриф хотел расти. И с недавних пор он решил, что готов вновь остепениться.

Поэтому он и приехал на приём к Вяземскому.

Здесь, в этих краях, всё решали связи. Надо было знать, кто с кем пьёт, кто кому должен, где есть заброшенная ферма, где умер хозяин без наследников, где деревня готова платить за защиту, а где можно просто прийти и занять пустующее имение, если никто достаточно сильный не возразит.

Гриф присматривался, слушал и запоминал. Ничего особо интересного на приёме не происходило — ровно до тех пор, пока какой-то молодой аристократ с неприлично спокойным лицом не снёс голову одному из гостей.

Семён видел людей, которые убивают легко. В наёмничьей жизни таких хватало. Но этот аристократ убил человека так буднично, как будто раздавил насекомое. Причём даже без объявления дуэли.

А так не делается.

Даже здесь, где каждый второй барон держал на жаловании разбойников, убийство посреди приёма требовало расплаты.

Гриф подозвал своего десятника, широкоплечего Олега по кличке Зуб. Странно, но его так прозвали за то, что у него не было верхних передних зубов.

— Собери мне всё про этого человека, — тихо сказал Гриф. — Кто такой, откуда, сколько людей, кто за ним стоит. И почему он так нагло действует.

— Шделаем, — прошепелявил Зуб.

— Быстро.

Люди Грифа растворились в зале. Сам Семён тоже не сидел без дела: перекинулся парой фраз с бароном Томилиным, послушал двух подвыпивших дворян, осторожно вытащил немного сведений у помощника какого-то купца.

Картина получалась интересной.

Граф Леонид Шахтинский не владел обширными землями. Всего одна деревня, старое имение и шахта. Армия, говорят, слабая, на уровне деревенской стражи. Правда, в последнее время дела у него будто бы пошли вверх. С пропитанием стало лучше, люди к нему потянулись. По слухам, и деньги появились, торговцы к нему регулярно ездят.

Шахта работает и там добывают много чего интересного. А работающая шахта, где много ресурсов и редко случаются обвалы — это настоящее сокровище.

Гриф сопоставил факты и убедился: это шанс.

Если у Шахтинского нет настоящей армии, а сам он явился сюда с парой охранников, значит, его скоро сожрут. Вопрос был только в том, кто первым разинет пасть.

Шахтинский сам предложил дуэль против троих. Если бывший аристократ Семён Ратиборский победит графа на дуэли, то сможет заявить права на имущество проигравшего.

Да, на землях Шахтинского это вряд ли примут с радостью. Ну и что? Гриф придёт туда с двумя сотнями вооружённых людей, наведёт порядок и объяснит, кто теперь здесь главный.

И на этих землях он сможет построить себе базу, где будет тренировать людей. Проведёт набор новых бойцов из местных, начнёт добывать металл из шахты… Дальше — больше.

Гриф почувствовал, как внутри поднимается азарт.

— Зуб, Кошмар, Седой, — позвал он троих ближайших бойцов. — Айда.

— Драться будем? — оскалился Седой.

— Если можно это так назвать. Надо порешить того дворянчика, — усмехнулся Гриф.

Шахтинский сидел у небольшого столика, словно ничего особенного не произошло. Рядом с ним была та самая красивая до неприличия женщина.

Гриф поймал себя на мысли, что её тоже можно забрать.

Если Шахтинский умрёт, кто станет спорить? Женщины всегда достаются победителям.

Гриф остановился перед столиком. Шахтинский поднял глаза и молча посмотрел на него.

Этот взгляд Семёну не понравился. В нём не было ни страха, ни даже попытки понять, кто перед ним. Скорее лёгкое любопытство, не более того. Как будто к графу подошёл не вооружённый наёмник, а уличный фокусник с сомнительным номером.

— Граф Шахтинский! Вы сами объявили, что готовы принять вызов от троих. Я принимаю ваше предложение. Позвольте представиться: Семён Ратиборский, дворянин по крови, командир вольного отряда «Сыновья ночи».

Прочие гости с любопытством уставились на них. Шахтинский откинулся на спинку стула и цокнул языком.

— Приятно познакомиться. Шучу, ни капли не приятно. Так что тебе от меня надо, Гриф?

Семён чуть прищурился и ответил:

— Дуэль.

Женщина рядом с графом едва заметно повернула голову и приподняла бровь. Как-то по-особенному она это сделала, что бровь сложилась в изящную фигуру.

— Дуэль, значит, — лениво повторил Шахтинский. — Ещё поди до смерти?

— Да. И по кодексу всё имущество проигравшего достаётся победителю, — добавил Ратиборский.

Граф вдруг улыбнулся, отставил бокал и подался вперёд.

— Слушай, как-то нечестно получается, — сказал он. — У меня есть деревня, имение, есть даже рабочая шахта. А что ты ставишь на кон? Потёртые штаны и старый меч? И тело, которое мне ещё надо будет сжечь? Спасибо, пожалуй, откажусь. Если хочешь сражаться — давай просто сразимся. Но не на имущество.

Несколько гостей прыснули со смеху. А Гриф почувствовал, как у него от раздражения дёргается веко.

Он ненавидел, когда над ним смеялись. Слишком хорошо помнил, как старые знакомые отворачивались от Ратиборских, будто бедность заразна.

— У меня есть отряд, — процедил он. — Две сотни человек с полным вооружением. В случае моей смерти он перейдёт к тебе.

Шахтинский чуть оживился.

— Вот это уже интереснее.

— Зуб, — Гриф повернул к нему голову, и десятник вытянулся. — Если я погибну, отряд переходит под командование графа Шахтинского.

Зуб мрачно кивнул.

— Я шлышал. Хорошо.

Семён усмехнулся про себя. Отряд, конечно, был ему верен. Люди могли и не принять нового хозяина. Особенно если новый хозяин умрёт сразу после дуэли от внезапного ножа.

Шахтинский поднялся.

— Договорились.

Он повернулся к своей женщине и ласково произнёс:

— Подожди меня пару минут, дорогая. Я сейчас снесу ещё несколько голов и вернусь.

— И твоя женщина тоже станет моей, — добавил Гриф.

В зале снова стало тише, а Шахтинский рассмеялся.

— Ты уверен, что потянешь её?

— Потяну, не переживай. У меня больше мужского достоинства, чем у тебя, — усмехнулся Семён.

Женщина изящно поднялась, приблизилась на пару шагов и каким-то образом посмотрела на Грифа сверху вниз, хотя была ниже ростом.

— Больше достоинства? — мягко спросила она. — Где же ты его прячешь? Почему я его не вижу?

— Скоро ты им сполна насладишься, красотка, — оскалился Ратиборский.

Глаза женщины вспыхнули силой.

Воздух вокруг неё потемнел, словно прямо над ней внезапно появилась грозовая туча. По коже Грифа пробежал мороз — не метафорический, а вполне настоящий. Волосы на руках встали дыбом, а в глубине живота появилось тошнотворное ощущение, будто он стоит на краю могилы и земля под ногами уже начала осыпаться.

Ведьма!

Гости шарахнулись назад. Кто-то выругался, кто-то просто побледнел, а кто-то вообще поспешил покинуть комнату.

А Шахтинский спокойно обнял ведьму за талию и притянул к себе.

— Не стоит переживать, — сказал он. — Всё, что у него есть, — это только слова, которые не имеют никакого значения.

Семён моргнул. Он что, сейчас только что обнял ведьму и не умер? Какого хрена?

Кого он, мать вашу, вызвал на дуэль⁈

Ведьма очаровательно улыбнулась, и вихрь силы вокруг неё стал чуть тише.

Семён сглотнул и добавил:

— Дуэль будет с использованием артефактов.

Шахтинский посмотрел на него и тоже улыбнулся.

— Согласен, — сказал он.

Вяземский смотрел на Шахтинского уже совсем иначе.