Подменная невеста для офицера (СИ) - Ви Чарли - Страница 13

– Миссис Градова? Мистер Градов?

Голос врывается в наш маленький мир, как холодный душ. Я вздрагиваю и отворачиваюсь, щёки полыхают огнём.

Рядом стоит девушка в форме отеля – администратор. Уставшая, с кругами под глазами, волосы выбились из когда-то аккуратной причёски, но она старательно улыбается профессиональной улыбкой.

– Простите, что беспокою. Не могли бы вы пройти со мной? – говорит она с жутким акцентом.

– Зачем? – Руслан мгновенно переключается. Голос становится жёстче, спина выпрямляется, в глазах появляется та самая командирская сталь, которую я уже видела. Режим защиты включён.

– Для вас нашёлся номер, – объясняет девушка. – В другом отеле, который не пострадал. Мы размещаем там семьи с детьми и... – она запинается, переводит взгляд с меня на него и обратно, – молодожёнов. Я видела ваши отметки в регистрации. Вы же вчера поженились?

Мы переглядываемся с Русланом.

– Да, – отвечаю я. – Вчера.

– Тогда идёмте за мной.

Глава 16.

Глава 16.

* Аня *

Мы поднимаемся с матраса, собираем вещи. Руслан берёт чемодан. Я кутаюсь в плед поверх платья и плетусь за ним, чувствуя на себе десятки взглядов.

Администратор ведёт нас через весь подвал к небольшому столику в углу, где сидит ещё одна сотрудница отеля с ноутбуком. Рядом толпятся несколько семей – кто-то с детьми, кто-то с чемоданами, кто-то просто с пакетами.

– Плисасивайтесь, – девушка указывает на пластиковые стулья. – Сейчас вас залегистлилуют. Масина плиедет челез полсаса.

– Машина? – переспрашиваю я. – Куда?

– На остлов, – объясняет администратор с сильным акцентом. – Нас отель есть два колпуса. Основной здесь, на мателике, и втолой – на маленьком остлове. Час ехать. Улаган плошёл только здесь. Там нет улагана. Остлов не задело. Мы пелевосим туда всех, чьи номела повлеждены.

Я смотрю на Руслана. Он кивает, принимая информацию.

– Документы есть? – спрашивает девушка за ноутбуком, поднимая на нас покрасневшие от бессонной ночи глаза.

У меня сердце уходит в пятки.

Документы. Паспорта. Я совершенно забыла о них в этой суматохе. Паспорт Яны остался где-то там – в чемодане или на тумбочке? Я не помню. А мой собственный паспорт вообще дома, в Москве.

Я открываю рот, чтобы признаться, что понятия не имею, где документы, но Руслан опережает меня.

– Да, – спокойно говорит он и лезет в карман своих брюк.

Я смотрю, как он достаёт два паспорта – мой, вернее Яны, и свой. Мои пальцы, когда я беру их в руки, дрожат.

– Ты... когда? – шепчу я.

– Когда за вещами ходил, – отвечает он так же тихо. – В ванной на тумбочке лежали. Я сразу забрал.

Я смотрю на него и чувствую, как внутри спадает напряжение. Он подумал об этом. Среди всего этого хаоса, среди ветра, воды и осколков, он вспомнил про документы. И я начинаю уважать Руслана на капельку больше.

– Спасибо, – говорю тихо.

Он только пожимает плечами.

Девушка за ноутбуком быстро переписывает данные, выдаёт нам пластиковые карточки-пропуска.

– Ваш новый номер – три. – Она протягивает ключ-карту. – Там всё необходимое есть. Если что-то понадобится – обращайтесь на ресепшен. Он работает круглосуточно.

Мы записываемся в какую-то бумагу, расписываемся и снова ждём.

Полчаса тянутся бесконечно. Я сижу на пластиковом стуле, прижимая к груди плед, и смотрю, как вокруг суетятся люди. Кто-то плачет, кто-то просто сидит с пустыми глазами. Оказаться наедине со стихией – это страшно. Природе не важно сколько у тебя на счету денег. В такие моменты понимаешь, какая ценность быть живым и здоровым.

Руслан рядом – скала. Спокойный, уверенный, надёжный. Иногда наши взгляды встречаются, и я сразу отвожу свой взгляд. Слишком много чувств будит во мне этот мужчина.

– Мистер и миссис Градов? – подходит к нам молодой парень в форме отеля. – Машина готова. Идёмте.

Мы выходим на улицу.

Дождь всё ещё льёт, но уже не так яростно, как ночью. Просто сильный ливень. Небо серое, низкое, тяжёлое. Вокруг – следы разрушений: сорванные крыши, поваленные деревья, перевёрнутые машины, лужи в человеческий рост.

Наш транспорт – старенький микроавтобус, который каким-то чудом уцелел и остался на ходу. Ржавый, помятый, с заклеенным скотчем окном, но едет. Рядом с ним уже стоят несколько семей – две с детьми, одна пожилая пара.

Мы забираемся внутрь. Здесь тесно и влажно, пахнет бензином. Руслан садится у окна, я рядом. Он сразу кладёт руку на спинку моего сиденья – не обнимает, но я чувствую его руку за спиной. Это мой якорь спокойствия. Не знаю, как бы я себя чувствовала не будь его. Хотя если бы не он, я бы тут не оказалась. Но уже прошлое не изменить.

Микроавтобус трогается.

Дорога ужасная. Ямы, лужи, грязь. Нас трясёт так, что я пару раз подпрыгиваю на сиденье и больно прикусываю язык. Но по мере того как мы отъезжаем от города, дождь слабеет. Сначала перестаёт барабанить по крыше, потом превращается в мелкую морось, а потом и вовсе исчезает.

Небо светлеет.

– Смотри, – Руслан кивает в окно.

Я выглядываю. Тучи рассеиваются, открывая бледно-голубое небо. Где-то вдали даже робко проглядывает солнце.

Мы подъезжаем к причалу.

Море... оно неспокойное. Волны высокие, тёмные, с белыми барашками на гребнях. Ветер треплет волосы, бросает в лицо солёные брызги. У причала покачивается яхта – не очень большая, белая, но выглядит надёжно.

– Садимся, – командует кто-то из персонала. – Осторожно, скользко.

Я смотрю на эту яхту, на эти волны, и внутри всё сжимается от страха. Я не очень хорошо плаваю. А море... оно огромное, тёмное, пугающее.

Руслан берёт меня за руку.

– Идём, – говорит просто. – Я рядом.

Я сжимаю его пальцы и делаю шаг на трап.

Яхта покачивается, у меня подкашиваются колени. Руслан поддерживает за талию, помогает забраться на борт. Мы садимся на скамью у борта. Я вцепляюсь в его руку и не отпускаю.

Яхта отчаливает.

И начинается ад.

Волны подбрасывают судно, оно взлетает вверх и с грохотом падает вниз. Меня мутит почти сразу. Желудок подпрыгивает вместе с яхтой, к горлу подкатывает тошнота. Я зажмуриваюсь, пытаюсь дышать глубоко, но ничего не помогает.

– Аня, – Руслан поворачивается ко мне. – Ты как?

– Плохо, – выдавливаю я сквозь зубы. – Очень плохо.

Он притягивает меня ближе, обнимает за талию, прижимает к себе. Я вцепляюсь в его рубашку обеими руками и зарываюсь лицом ему в грудь.

– Дыши, – говорит он. – Глубоко. Не смотри на воду.

Я дышу. Вдыхаю его запах – мужской, терпкий, родной уже. И понемногу отпускает. Не до конца, но уже не так остро.

– Сейчас приедем, – шепчет он мне в макушку. – Осталось немного.

Я киваю, не отрываясь от него.

Наконец, яхта замедляется. Я поднимаю голову и вижу остров.

Он маленький, зелёный, с пальмами и белым песком. Я почему-то представляла себе такой же отель, в каком мы и были, ну, может, чуть-чуть поменьше. А перед нами вдоль берега – белые домики на сваях, с крышами из листьев пальм.

– Приехали, – выдыхаю я.

Мы спускаемся с яхты. Руслан поддерживает меня под локоть, помогает спуститься, потому что спрыгивать приходится прям в воду.

Деревянные дорожки, цветы в горшках, гамаки между пальмами. Простенько и уютно. И главное – сухо и тихо. Это, конечно, радует.

Нас встречает улыбчивая девушка, проверяет пропуска, показывает дорогу к нашему домику.

– Третий, – говорит она, указывая на крайний домик у самой воды. – Там всё готово. Если что-то понадобится – звоните.

Мы заходим внутрь.

Маленькая гостиная с диваном и телевизором, спальня с огромной кроватью, застеленной белоснежным бельём, открытая веранда с видом на море. Чисто, свежо, пахнет деревом и морем.

– Жить можно, – выдыхаю я.

Скидываю с себя плед и понимаю, что больше всего на свете хочу в душ. Смыть с себя эту ночь, этот липкий страх и запах подвала.