Контрольный выстрел (ЛП) - Несбё Ю - Страница 19

— Она сдала пиджак?

— Да.

— В шотландскую клетку?

— Верно.

Харри на мгновение замер с закрытыми глазами. Кусочки мозаики, носившиеся у него в голове, вдруг, казалось, начали сходиться. Складываться в картину. Совсем другую картину, не похожую ни на одну из тех, что он себе представлял.

— Можете принести пиджак?

Когда Харри вышел из химчистки, он был уверен, кто убил Биргера Неслунда.

ГЛАВА 22.

Олег весь день сидел за отчётами «Экукрима», в которых фигурировал Джон Дейл, и обзванивал людей, задолжавших Дейлу деньги. Без всякого толку. Во-первых, люди не хотели говорить, во-вторых, особой злобы он не обнаружил. Долги были погашены, и они не знали — или не хотели рассказывать, — мог ли кто-то иметь к Дейлу претензии, не связанные с деньгами.

В конце концов он дозвонился до бывшей жены Дейла на Мальорке. Она, кажется, искренне горевала, пусть и была не вполне трезва, и спросила, известно ли полиции что-нибудь о завещании. Олег ответил, что адвокату Дейла тоже ничего не известно, но от имени семьи тот попросил доступ в квартиру и разрешение открыть сейф — посмотреть, не найдётся ли там завещание. Они закончили разговор.

Раздражённый, Олег швырнул телефон на стол.

— Знаешь, что в США «ev.» — сокращение от «evangelist»?

Олег поднял глаза. Это была Катрине Братт; она стояла за его спиной с кружкой кофе в одной руке и чем-то похожим на визитку в другой.

— Так, просто погуглила, — улыбнулась она. — Как дела с Дейлом?

Олег пожал плечами.

— Никуда не продвигаюсь.

— Ты имеешь в виду, что всё больше похоже на самоубийство, — сказала Братт. — Это не значит «никуда не продвигаться». Это значит приближаться к выводу, и это хорошо. Потому что ты нам очень нужен по двум другим убийствам, сам понимаешь.

Но не как руководитель расследования, — подумал Олег и кивнул.

— Как с ними дела?

— Туго, — сказала она. — Так что хорошо, что Харри нам помогает.

— Харри?

— А, я думала, он тебе сказал. Он занимается делом Неслунда для страховой компании, так что мы там немного обходим формальности. Держи это при себе, ладно?

Она смотрела куда-то мимо него. Он чуть повернулся на стуле и увидел, что экран телефона загорелся от входящего сообщения. Имени отправителя не было, только номер. Так было безопаснее, а номер он, конечно, знал наизусть.

«Ты сказал, что хочешь ещё. Будет готово после шести».

— Конечно, — сказал он, протянул руку и выключил телефон.

— Хорошо, — сказала она и положила ладонь ему на плечо. — Скажешь, если тебе что-нибудь понадобится, правда?

Он кивнул и проводил её взглядом, пока она не исчезла в коридоре. Он понимал, какое напряжение на неё давит и как ей хотелось бы, чтобы хотя бы одно дело удалось закрыть как самоубийство. Но никак не мог избавиться от мысли, что три смерти за такой короткий срок должны быть связаны.

Ладно, теперь эта мысль хотя бы помогала отодвинуть другую — о сообщении.

Он опёрся локтями о стол, а лбом — о кончики пальцев. Дело было не только в том, что во всех трёх случаях присутствовало нечто эффектное, постановочное, но и в том, что погибшие были примерно одного возраста и всю жизнь прожили в Осло. Осло был невелик, а если брать отдельные возрастные группы, становился ещё меньше. По собственному опыту Олег знал: с людьми твоего года рождения тебя здесь редко разделяет больше одного рукопожатия. Так что вероятность того, что все трое когда-нибудь встречались, была вполне реальной.

И представить только, если именно он, Олег Фёуке, в своём первом деле в качестве руководителя расследования обнаружит связь.

Он включил телефон. Листал экран, пока не добрался до логотипа приложения, похожего на булочку с корицей. Заколебался. Полицейские правила использования ИИ в расследованиях пока были очень строгими, но это наверняка лишь вопрос времени. А времени у него не было. И пока он делал всё на личном телефоне, это можно было скрыть. В конце концов, в этом он уже начал набираться опыта.

Он ввёл имена трёх погибших, спросил, какая между ними связь, и нажал на стрелку. На экране появлялись и исчезали логотипы источников. Ответ оказался длинным, но Олегу хватило первой строки.

На данный момент не просматривается никакой ясной, публично известной связи между этими тремя.

Он тихо выругался. Потом вспомнил о логотипах. Один из них всплывал дважды. IMDb — база данных с оценками зрителей и сведениями обо всех, кто был указан в титрах фильмов со всего мира. Эйстейн когда-то предостерегал его: не позволяй сайтам вроде IMDb или Rotten Tomatoes решать, что тебе смотреть, иначе пропустишь недооценённую классику — фильмы, которые Эйстейн в своё время заставил посмотреть и его, и Харри, например «The Last Days of Disco» и «Southland Tales».

Олег открыл IMDb и ввёл в строку поиска John Dale. Ничего. По Birger Neslund и Felicia Henie тоже ни одного совпадения.

Так почему приложение с ИИ заходило на IMDb?

Он погуглил, есть ли норвежские базы данных о кино, и нашёл сайт film.nb.no. Зашёл и прочитал описание. Похоже, это была база Национальной библиотеки, охватывавшая все норвежские фильмы с начала времён. Не только те, что показывали в кинотеатрах, но и не дошедшие до проката, а также короткометражки, документальные фильмы, рекламные ролики и сугубо просветительские картины. Текст на главной странице сообщал: если хочешь глубоко покопаться в базе или посмотреть сами фильмы, нужно прийти в читальный зал Национальной библиотеки на улице Хенрика Ибсена.

Он снова ввёл Dale. Появился значок поиска — собака, бегающая кругами в попытке поймать собственный хвост.

Два совпадения.

«Проповедник» и «Final Cut», оба одного года, больше двадцати лет назад. Карточка «Проповедника» растянулась на три плотно заполненные страницы: на первой были режиссёр Антон Вам и продюсер Джон Дейл, фотографии участников и указание, что фильм можно бесплатно посмотреть на компьютере в Национальной библиотеке. Олег помнил название: друзья время от времени упоминали этот фильм, хотя сам он его не видел.

О втором совпадении, «Final Cut», он никогда не слышал. Неудивительно: под названием стояла пометка «НЕ ЗАВЕРШЁН», а вся карточка едва занимала полстраницы с именами и датами. Да и имён там почти не было — напротив нескольких функций, таких как художник по свету, руководитель съёмок и звукорежиссёр, стояли одни вопросительные знаки. Напротив других — только фамилии. Продюсером был Джон Дейл, если, конечно, это был тот же человек: имя было написано Jon Dale. Два режиссёра значились с инициалами вместо имён: К. Каландер и Х. Боэнг.

Но взгляд Олега зацепился за единственное имя под заголовком «АКТЁРЫ»:

F. Henie.

Олег перешёл на вторую страницу «Проповедника». Там, под заголовком «АКТЁРЫ», он снова нашёл её имя, только теперь написанное полностью:

Felicia Henie.

— Есть! — прошептал он.

Значит, Джон Дейл и Фелисия Хение не просто работали в одной отрасли — они были связаны с одними и теми же кинопроектами.

Взволнованный, Олег ввёл Birger Neslund и запустил поиск.

Собака бежала и бежала. Исчезла.

Совпадений нет.

— Чёрт!

Олег потёр глаза. Сосредоточенность рассеялась, и мысль о сообщении вернулась. Не столько в голову, сколько в тело. Он посмотрел на часы. Ожидание было хуже всего.

Он уже собирался отложить телефон, когда сообразил: возможно, на сайте есть и другие проекты, где указаны только фамилии.

Он удалил Birger и снова запустил поиск.

«Поисковая Собака» наградила его несколькими совпадениями.

По Lamai Neslund.

ГЛАВА 23.

Судя по визитке, которую Харри получил от Ламай, салон должен был находиться на Майорстувейен — оживлённой улице с невысокими доходными домами в причудливой смеси неоренессанса, необарокко и функционализма. По тротуарам торопились люди с головами, втянутыми в воротники курток, на пути к следующему месту с комнатной температурой. Харри припарковался за внедорожником Lexus, стоявшим у бордюра с включёнными фарами. Мигающий неон на первом этаже рекламировал тайский массаж. Колокольчик над дверью звякнул, когда Харри вошёл.