Пара Ноя - Свешникова Мария - Страница 64

– Я не верю, я доподлинно знаю. – Коля притянул Яну к себе, поцеловал в макушку и уложил к себе на волосатую грудь. – Спи давай уже.

На улице тощие мигранты в куцых курточках сметали следы осени с лица города. Елозили метлами по асфальту, сплевывали тоску. Первые собачники топтали жухлую траву на берегу реки, самолеты следили белесым паром на выцветшем утреннем небе. Коля силой сомкнул веки и принялся дышать, посапывая и растягивая выдохи, чтобы походить на спящего.

Не спать. Только походить.

Съемки в Архангельском дались тяжело, туда согнали все генераторы, что смогли найти, дабы имитировать дневной свет. Закончили они по иронии судьбы с рассветом. Осветители помогли Яне дотащить пышные платья до машины, даже поделились чашкой кофе, налив в уже не раз использованный пластиковый стаканчик. Может, хоть кофеин продержит ее на плаву по пути домой? Так хотелось уткнуться в Никиту и уснуть, а не вот это все. Пару минут Яна подремала с закрытыми глазами.

– Ладно, собрались! – начала она диалог сама с собой и подключила музыку с телефона. Странную для девушки – «Puscifer». Вбила в навигаторе «дом».

«Маршрут построен», – сообщил навигатор.

В машине ППС, затесавшейся в кустах за припаркованными гримвагенами и грузовиками с техникой, один гиббон судорожно принялся будить захлебывающегося храпом напарника.

– Слышь, подъем. Выехала наша красавица, – зажал он нос спящему красавцу в форме.

– Коль, ну чего – все, погнали! – скомандовал он в телефонную трубку.

Коля в тот момент завтракал остывшим сэндвичем с лососем в тусклом пластиковом кафе на автозаправке. Рядом с ним женщина неопределенного возраста в халате поверх короткого вульгарного платья смывала с себя броский макияж купленными в призаправочном магазине ватными дисками и кремом для рук.

– Твою мать, щиплет, – жаловалась она на декорации и косметические средства.

– Это может понизить тон недовольства? Отстегни себе тысяч тридцать. – Коля протянул ей пачку налички и кухонное полотенце – белое с рисунком из лимонов.

– Ну, в целом детский шампунь тоже вопреки рекламе щиплет глазки, так что норм. Что делать, командир? – наконец справилась она с въевшейся в веко стрелкой.

– По моей команде бежишь из такси к бородатому мужику на «Харлее». Типа ты жена, привезла бабло. Сопли-слюни роняешь.

– Слушаюсь! – Девушка легкого поведения, не озираясь на присутствующих, стянула с себя чулки в сетку и аккуратно убрала в карман банного халата. – Чего я только не повидала. Люблю свою профессию. Можно на старости лет такую книгу забахать.

– Сначала научись отличать глаголы, где нужен мягкий знак перед «ся» и где не нужен.

– Слышь, ты мне не за нравоучения платишь. При твоем липовом задержании только попроси, чтобы не сильно помяли, а то я только сегодня рот в порядок привела. Как тебе? – вытянулась она, сложив губы уточкой.

От дежурных комплиментов тогда еще не подполковника спас телефонный звонок. Коля не проронил ни слова, только слушал.

– Все, погнали. Ты садись в белый «хендай», типа такси. А я пошел к оперативникам в тачку, – скомандовал он ночной жрице.

– Есть, товарищ старший капитан!

– Э-э-э, алле, я майор, – поправил он попутавшую берега блудницу.

– Да хоть полковник…

– И давай смени уже вестибюль отеля, а то в следующий раз не отмажу. И полотенчико там смотри не заиграй! Мне его маме вернуть нужно. – Коля взглядом уткнулся в сверток с наличкой.

Операция прошла как по маслу. Яна ничего не заподозрила, наоборот, восхищалась доблестью полиции. Смотрела разинув рот. Будто дошкольницей в цирк первый раз попала, а там слоны танго отплясывают.

– На хера тебе этот цирк нужен был? – после того как все разъехались, поинтересовался пэпс, которого Коля прикрыл за внеплановый шмон большегрузов.

– Увидел в инстаграме, решил, что просто написать – бредово. Она замужем. Так легко не подкатишь, – оправдывался он.

– Она же ни кожи, ни рожи, самая обычная, – скорчил удивленную мину пышнотелый гиббон.

– На вкус и цвет, – так и не закончил Коля фразу.

Как в реальности, так и в воспоминаниях.

Только искусственная, разящая пластиком профанация. Театр абсурда с реальными последствиями и сломанными судьбами. Винил ли он себя? Порой. Но Яна к нему вернулась, утром вещи соберет. А жесткий диск памяти можно и почистить. Медицина далеко пошла вперед. Скоро и не такое чудить будут.

Первой проснулась Яна, около четырех. Она сползла с кровати, не шурша одеялом. Тихо, как могла. На цыпочках прокралась в ванную комнату и подкралась к газовой колонке. Где же он выключается? И ведь тете не позвонишь. Ночь-полночь сейчас в Бостоне. Да и коммунальные службы выходные, а те, кто на страже водопровода, еще не очнулись от спиртового марева. Воспользовавшись интернетом, она все же нашла место в квартире, где перекрыть газ.

Она стояла нагая возле душевой кабины и молилась. На этот раз не путаясь в ятях и прочих старославянских атрибутах. Лишь бы мужества хватило.

Яна раскрыла дверцу душевой и потянулась к крану. Взвизгнула.

– Коль, – постучала она по стене, соединяющей спальню с уборной. – У меня горячей воды нет.

Коля встрепенулся и вяло потащился улаживать ситуацию. Изучил газовую колонку. Спросил, где выключается газ. Яна пожала плечами со спокойным лицом.

– Может, к тебе поедем? Душ хочу принять, не могу, – предложила она.

– Ну собирайся тогда. Все вещи сразу перевозить будешь? – Он принялся чистить зубы, макая Янину щетку в холодную воду.

– Давай для начала сумку возьму.

Знакомые стены. Пятки помнят прикосновения ламината. Глаза уворачиваются от светильников, чтобы не слепило. Коля так торопился, что забыл погасить свет. Хотя, может, и не надо? Скоро уже вечер.

Яна первой отправилась в душ, после себя пустила Колю, в одном полотенце игриво проводя языком от кадыка вниз, покусывая полотенце, в которое он почему-то заворачивался и перед ванными процедурами, и после.

Громко шумела вода. Яна сидела напротив тумбы с сейфом и никак не решалась набрать заветные цифры. Решившись, она уткнулась взглядом в форму, в которую обычно складывала Никите парную индейку и гречку на работу. Только громоздкую. Внутри нее в фольге что-то лежало. Десятки стопок купюрами по пятьсот евро. Не успев закрыть ее крышкой, Яна обернулась на звук.

– Кто так рано салют устраивает? Еще же даже не стемнело. И, гады, прямо под окнами. Задрали шмалять. – Вытирая на ходу голову полотенцем, Коля зашел в спальню, огороженную полупрозрачной перегородкой.

– Все неспроста, – улыбнулась Яна.

– В смысле? – Он переступил порог, наклонившись, чтобы вытереть шею.

– Чтобы соседи не разобрали выстрел среди салютных залпов. – Яна навела на него знакомый ПМ. – Помнишь, ты спрашивал, нашла ли я Бога?

Глава 28

Они с Крис тогда перебрались практически в центр города, арендовали квартиру в районе Ваке, чтобы работать швеями для одного грузинского бренда. Это был хороший ход, чтобы войти в доверие и после представлять их интересы в Москве. Они вполне могли отгородить половину костюмерной под их шоурум. Тем более что ткани, лекала, фурнитура – все хотелось облизать от восторга. Как-то Яна забрела домой по вынужденной необходимости: критические дни приходили вне календаря, тогда, когда им вздумается, – такой стресс, хорошо, что не ранняя менопауза. Консьерж передал ей крупный почтовый конверт, что пришел с утра – едва она отправилась в пошивочный цех. Яна помнила, что просила Макса следить за ее почтой, но не думала, что поступит что-то кроме счетов за воду, газ и электричество. Внутри свертка был еще один конверт, на нем знакомым почерком было написано: «Передать Шмелевой Яне Константиновне (адрес) в случае моего ареста или смерти». Внутри жесткий диск. На нем – пронумерованные папки. В первой она обнаружила послание, записанное где-то между историей с ноутбуком и казусом в банке.