Этот монстр мой (ЛП) - Абейсекара Шалини - Страница 89

— Но тебе придётся ждать месяцы! Не так просто добиться аудиенции у наставников.

Месяцы? Сердце Сарай ушло в пятки. — Я думала, ты говорила, что ждать нужно всего несколько дней.

— Это было… — Цисура принялась теребить край своего платья. — Правила изменились вскоре после моего приезда. Теперь это долгий процесс, и я не могу прятать тебя так долго!

Стыд разлился под кожей Сарай. Единственный денарий, оставшийся от её сбережений, казалось, прожигал карман. Не стоило тратить так много на письменные принадлежности. Она сглотнула. Наверняка есть таверна, где нужна помощь. Она подумает об этом, когда уйдёт.

— Прости. Я не хотела тебя беспокоить. — Её голос был едва слышным шёпотом. — Я уйду.

Цисура вздохнула. — Разве ты не изучила всё заранее, прежде чем приехать?

— Я просто поверила тебе. — Сарай не хотела, чтобы ответ прозвучал так язвительно, но подруга вздрогнула и долго смотрела в пол, прежде чем взять Сарай за руку.

— Сегодня вечером будет приём. Там будет много влиятельных людей, включая Верховного Тетрарха Аэлиуса. Если мы приведём тебя в порядок, я смогу представить тебя как дочь торговца. Этого может хватить, чтобы ускорить процесс. Возможно, тебя даже проверят прямо на месте.

Волна блаженного облегчения накрыла её. Она решила не упоминать о том, что видела Аэлиуса ранее вместе с юдексом Кадрой. — Я сделаю всё что угодно. Я тебя не подведу.

— Знаю. — Улыбка Цисуры наконец стала искренней. — Тетрарх Аэлиус — исключительный человек. Он ещё и Верховный Маг, знаешь ли, глава Академии. Он будет справедлив с тобой. — Она смерила Сарай взглядом, поморщившись при виде её потрёпанной дорожной туники. — А теперь давай приведём тебя в подобающий вид.

— Тайная комната? — Сарай открыла рот от изумления, когда Цисура сняла портрет, открывая дверь, скрытую в стене.

— Сегодня ты дочь торговца, — напомнила ей подруга. — Не глазей на всё с таким широко раскрытым, неискушённым видом.

Сарай кивнула, чувствуя себя богатой особой в тёмно-синих одеждах, которые одолжила ей Цисура, с волосами, уложенными в сложный узел.

Цисура толкнула дверь, и перед ними развернулся сверкающий новый мир. Сарай шагнула в ярко освещённый бальный зал, стены которого были покрыты фресками, уходящими к сводчатому потолку. Драгоценные камни свисали с богатых нарядов гостей, подмигивая из серег, колье и перстней. В центре зала стоял длинный стол с блюдами из мяса; гости брали по кусочку, попутно оценивающе разглядывая друг друга.

— Это Тетрарх Туллус. — Цисура кивнула в сторону статного мужчины в индиговых и тёмно-синих одеждах. — Я представлю тебя. Тетрарх Аэлиус сейчас занят.

Сарай была впечатлена.

— Откуда ты его знаешь?

Девушка покраснела.

— Ну, Тетрарх Аэлиус заметил меня, когда я посещала Великий Эльсарский храм для молитв. Он великий лидер, знаешь ли. Добрый, заботливый… — она залилась краской, — и следует своим же проповедям. Это огромная честь. Ты встречаешься с самыми влиятельными людьми во всём Ур-Динье, так что не опозорь меня.

— Не опозорю. Обещаю. — Сарай озарила лицо сияющей улыбкой, когда к ним подошёл Туллус.

Цисура низко поклонилась. — Тетрарх Туллус, прошу простить за беспокойство, это моя подруга. Она дочь торговца и приехала, чтобы сдать вступительные экзамены. Верю, что она может быть вам чрезвычайно полезна. Она блестяще владеет целительством.

— Что ж. — Туллус выглядел заинтригованным. — И как тебя зовут?

— Сарай, — сказала она, склонившись в поклоне чуть ли не до пола. — Для меня огромная честь встретить вас, Тетрарх Туллус.

— Таланты всегда стоит развивать, Сера. — Она уже хотела поправить его, но Цисура слегка покачала головой. Он повернулся к Цисуре. — Почему бы тебе не прогуляться по залу? Я позабочусь о твоей подруге.

Цисура просияла. — Я воздаю тебе благодарность, Тетрарх Туллус.

Бросив на Сарай многозначительный взгляд, она зашагала к обеденному столу.

Туллус улыбнулся.

— Не желаешь посмотреть бальный зал на верхнем этаже?

Туллус усмехнулся и вывел её на балкон наверху. Эдесса расстилалась далеко внизу.

— Что ж, Сера, я могу позволить тебе поступить в Академию, если ты пройдёшь проверку навыков. Мои испытания не из лёгких, но я уверен, что любой, кого рекомендует Цисура, добьётся успеха. Тетрарх Аэлиус очень высокого мнения о ней.

Грудь Сарай переполнилась гордостью. — Назовите условие, и я выполню его.

— Боюсь, это будет ближе к концу собрания. Скоро начнётся шторм. — Его взгляд скользнул куда-то ей за плечо, и он с сожалением вздохнул. — Ах, а вот и Цисура идёт за тобой. Если хочешь, можем перенести…

— Нет! Я с радостью подожду. Я скажу ей!

Извинившись с улыбкой, Сарай поспешила туда, где ждала Цисура. — Он попросил меня остаться до конца для испытания! Если я пройду, он разрешит мне поступить.

— Боги, ты станешь одной из нас! — пискнула Цисура. — Это же чудесно!

Сарай в восторге сжала плечо подруги. — Всё это благодаря тебе. И Тетрарху Аэлиусу, хотя я его ещё не видела.

— Для тебя — что угодно, — нежно сказала Цисура. — Не волнуйся, он просто беседует с несколькими главами Гильдий. Он занятой человек. — Она понизила голос. — Только будь осторожна. Я слышала, что Тетрарх Аэлиус ждёт сегодня какого-то высокопоставленного юдекса. Тот печально известен своей жестокостью, но народ его любит.

Интересно, не Кадра ли это? — Я буду высматривать его. — Она действительно была обязана ему.

Цисура сжала её руки. — Мне нужно идти помогать Тетрарху Аэлиусу, но как закончишь — найди меня и расскажи всё в подробностях.

— Обязательно. — Она приняла бокал из рук Тетрарха Туллуса, который внезапно возник у неё за локтем, и сделала глоток. Вкус показался ей слегка странным, словно напиток испортился. — Обещаю.

Она съёжилась, когда дверь скрипнула, открываясь. В комнату вошли люди — судя по голосам, их было несколько. Один направился прямо к чулану; его уверенные шаги отсчитывали секунды, словно удары водяных часов. Он остановился перед дверью.

Боги, спасите меня.

Мужчина прислонился к двери её импровизированной темницы, погружённой в кромешную тьму.

— …это не имеет значения, — произнёс другой, знакомый, культурный голос. Аэлиус. Должно быть, она потеряла сознание всего через несколько минут после того, как познакомилась с ним. — Они всё скупят. Почти жаль, насколько они доверчивы, но это выгодно.

Её бросило в холод. Человек, с которым она говорила раньше, не звучал так снисходительно.

— Ты уверен, что они не узнают? — спросил незнакомый мужской голос.

— Что «чудодейственный щит», который я якобы открыл, на самом деле не работает на вере? Нет, Хельвус, не узнают. Публика не славится критическим мышлением.

— Стоило тебе видеть ту деревенскую девчонку, которую мне пришлось опекать весь вечер. Сплошная покорность и никакой работы интеллекта.

Туллус. Она стиснула зубы от ярости.

— Итак, мы притворимся, что это какое-то чудо от богов, спрячем наши притязания на рудник, Хельвус наладит производство, и все это разберут. — Туллус свистнул. — Мы будем купаться в ауреях.

— А если взорвётся несколько сотен домов, они будут винить только себя. Гильдия получит землю. — Аэлиус рассмеялся. — Безотказно.

Оцепенев, она прижалась к двери, молясь, чтобы они ушли. Сиди тихо, подсказывали инстинкты. Жди, пока они уйдут, а потом ломай себе руки, ноги — что угодно, лишь бы снять путы и открыть эту дверь.

Что-то проскользило мимо её ноги. Она услышала это снова: щелканье в том же самом тесном пространстве, где она находилась. Узкая щель света между петлями осветила многоногое насекомое, которое готовилось поползти по её ноге.