Офицер строгого режима (СИ) - Тимофеева Ольга Вячеславовна - Страница 13

Жмурюсь и поднимаю взгляд.

Он отец пациентки. И я вчера уже насмотрелась на него.

А вообще-то у меня вроде как есть мужчина.

С которым я давно не встречалась, потому что… потому что есть нюанс.

- Реакция хорошая, поэтому думаю, через месяц она уже будет прыгать тулупы.

Муромов залпом выпивает стакан воды и поднимает одну руку, разминая ее. И чуть морщится. Что-то с плечом.

- Илья Романович, я пойду, если это все, что вы хотели узнать?

- Не все. Василис, вы можете мне плечо глянуть, я давно его потянул, теперь после каждой тренировки там какая-то мышца болит. Не критично, конечно, но мешает.

- Мужчины удивительный подвид, - складываю руки на груди, - пока рука не отвалится, “не критично”. Снимайте толстовку, я гляну.

- Футболку снять?

- Достаточно оголить плечо.

Он смотрит на меня пару секунд. Потом тянет футболку через голову.

Конечно.

Зачем нам полумеры?

Садится в одних спортивных штанах передо мной.

На лопатках россыпь темно-коричневых родинок, шрамчик небольшой чуть ниже. Короткие темные волоски.

Я замираю ровно на мгновение. И тут же делаю вид, что все нормально.

Под пальцами не просто пациент.

Под пальцами - мужчина, который вчера переплыл реку, сегодня парковал мою машину.

- Где болит?

- Да вот тут что-то, внутри, - пальцами показывает на плечо.

Растираю пальцы, чтобы согреть, и кладу на широкое натренированное плечо.

- Поднимите руку в сторону.

Поднимает.

Не морщится. Конечно. Муромов же у нас не человек, а памятник терпению.

Но на середине движения плечо едва заметно цепляет.

Смещаю пальцы на переднюю дельту, поднимаюсь выше, где дельтовидная переходит к ключице. Пальпирую участок.

- Здесь?

- Ниже.

Сдвигаю пальцы.

Мышца плотная. Не просто натренированная - забитая. В одном месте под пальцами чувствуется тугой болезненный тяж, как натянутая струна.

Нажимаю аккуратнее.

Он задерживает дыхание.

Ага.

- Вот.

- Нашли?

- Угу. Средняя дельта перегружена. И, похоже, надостная тоже подключилась.

- Это плохо?

- Это не “плохо”. Это вы решили, что плечо у вас тоже сотрудник полиции и должно молча терпеть до последнего.

Он усмехается.

- Лечится?

- Отдыхом, отсутствием героизма и нормальной разминкой. Но если первые два пункта вы, скорее всего, проигнорируете, то третий один не справится. Я наклею вам тейп. Разгрузим дельту, снимем часть натяжения. К утру должно отпустить.

- Должно?

- Я врач, Муромов, а не волшебница. Но если сегодня не полезете на турник, шансы хорошие.

- А вы что, следите за моим графиком тренировок?

Ой. Перед глазами вспышками вчерашний вечер.

 Глава 15

- Вот ещё! У Любы висит турник, я подумала, что вы тоже с ним…

- Что мы с ним? - усмехается мне.

- Ну это.… тренируетесь.

Беру тейп нужной ширины и становлюсь сбоку от него.

- Руку расслабьте, Муромов.

- Расслабил.

- Нет. Вы просто перестали двигаться. Надо расслабить.

Отмеряю ленту, закругляю края ножницами. Веду кончиками пальцев по коже от шеи к плечу, проверяя мышцу.

Он чуть поворачивает голову ко мне и смотрит снизу вверх.

- Вперед смотрите, Муромов, не напрягайте шею.

- Хотел вас вблизи рассмотреть.

- Нечего тут рассматривать.

А сама зависаю над его родинкой под глазом.

Почему это выглядит так… интересно?

Поэтому клей уже быстрее и дуй домой, Вася.

Я клею первый участок тейпа. От ключицы к дельте. Разгружаю мышцу.

Он не поворачивается, но я все равно чувствую его взгляд.

Волосы ещё как специально выбиваются из-за уха, падают на лицо.

Пальцами веду по тейпу, активизируя клеевой слой. Сверху скольжу ладонью по все равно напряженной мышце.

- Муромов, вы когда-нибудь расслабляетесь?

- После секса.

Пожимает плечами и снова ловит мой взгляд.

- Это к плечу отношения не имеет.

- Имеет, - спокойно отвечает он.

- Правда?

- Вы спросили, когда я расслабляюсь.

- Я спрашивала про мышцы.

- Я ответил комплексно.

Отрываю второй тейп. Начинаю клеить от лопатки по спине, разглаживаю.

Волосы опять падают мне на лицо. Сдуваю прядь. Она улетает и снова падает на щеку.

- Запишем: пациент расслабляется только в условиях повышенного риска.

- Почему риска? - протягивает руку и заправляет мне прядь за ухо.

- Потому что расслабленный мужчина в сексе - это, Илья Романович, беда.

Провожу пальцами по краю тейпа и прижимаю.

- В процессе да, Василиса, но я имел в виду после. Хотя если женщина на мне сидит, то почему нельзя расслабиться.

- Мммм… Знаете, с вашим больным плечом идеальная позиция.

Пересекаюсь с ним взглядом.

Ух, Василис, куда-то я не туда свернула.

Разглаживаю тейп ладонью последний раз. Кожа под пальцами горячая, мышца плотная, дыхание у него чуть глубже обычного. Или, мне кажется. Лучше пусть кажется. Так всем спокойнее.

- Все, - разглаживаю тейп на горячей плотной коже. - Сегодня плечо не грузите. Ни турников, ни отжиманий.

Сама себе отрубаю эти виды.

- И чтобы не было разночтений, от поз в сексе, где нагружается плечо, тоже воздержитесь.

- Мммм… Василиса Ярославовна. Режете без ножа, - ухмыляется.

- Ложитесь спать и не мешайте организму восстанавливаться, - серьезно ему говорю и скидываю тейп в сумку. - Завтра не снимайте по возможности. Походите с ним.

Мммм… - по-детски наигранно надувает нижнюю губу. - Я думал, вы мне и завтра перевязку сделаете.

- Это не обязательно. С тейпами можно ходить несколько дней.

- А в душ?

- И в душ можно.

Муромов накидывает на себя футболку.

- Все, до свидания.

- Я вас провожу.

- Тут идти метров пятьдесят .

- На прошлой неделе женщина вышла к соседке в соседний подъезд, а вернулась без телефона и золотой цепочки.

- Соседка ограбила?

- Шпана на улице.

- У нас нет шпаны.

- Да? Я вот лично одного знаю, который разрисовывает стены. И друзья у него явно есть.

- Вы что, моего сына в чем-то обвиняете?

- Нет. Я исключительно ориентируюсь на факты. Между прочим, на прошлой неделе в нашем районе убили человека.

- Муромов, прекратите меня пугать!

- Вы сами хотели доказательств. Идемте, - берет со спинки стула свою толстовку и выключает свет в кухне.

Я обуваюсь. И только Илья тянется за кроссовком, как к нам тут же выходит Граф.

- Я не гулять, Граф.

Но пес так смотрит, что поднимаю руку и глажу его по морде.

- Прогуляйтесь десять минут, вас не убудет, а собаке приятно. Спать будете крепче.

- Ну если, Василиса, составите мне компанию на десять минут, тогда возьму его с собой.

 Глава 16

- Ну что, Илья Романович, заступаем на обход района? - шучу, поплотнее кутаясь в его ветровку. Муромов заставил-таки меня ее надеть, чтобы не заболеть.

- Патрулирование, Василис. Обход - это у вас в больнице, со стетоскопом и клизмами. А у нас - охрана общественного порядка. И точнее сказать - патрулирование участка.

- По сути, одно и то же. Только вместо давления и температуры вы проверяете уровень наглости, остатки совести и кому срочно требуется промывка мозга. Нет?

- Зришь в корень, Василиса.

- У нас это называлось бы санацией. Только мы организм изнутри чистим, а вы граждан - снаружи.

- А почему вы тогда, товарищ полицейский, без оружия? Как же защита граждан в моем лице, если на нас нападет стая бешеной шпаны? Или у вас пистолет в спортивках спрятан?

- Мои руки - мое оружие.

- Хочу напомнить, что у тебя больное плечо и его нельзя напрягать.

- У меня ещё есть левая рука, - поднимает ее, - и ноги.

- Ой, ну Джеки Чан, прям, - смеюсь над ним, - или этот…

- Подожди, - Муромов резко останавливается и кладет руку мне на предплечье. Вслушивается.