Только я - Пирс Блейк - Страница 8

– У судмедэксперта мы поговорим с коронером, который проводил вскрытия двух жертв, – сказал он, выезжая. – Надеюсь, узнаем что-нибудь, что расскажет нам больше об убийце, о времени смерти и, возможно, о других деталях.

Ками прикусила губу. Вскрытия. Ей придётся увидеть тела женщин. И от этой мысли её сразу замутило. В голове вспыхнул образ Дженны. Больше всего она боялась, что сестра погибла и что её тело так и не связали с семьёй. Что она превратилась в безымянный неопознанный труп в морге.

Ками уставилась в окно, наблюдая, как мимо проносится город, и чувствовала себя всё более потерянной.

– Мне не обязательно это делать, – сказала Ками. – Ты заставляешь меня, потому что думаешь, что я не выдержу.

Коннор безрадостно кивнул.

– Тебе место в тюрьме.

– Ну так я же не там, – огрызнулась Ками. – Я тебе помогаю.

– Ты не из тех людей, кого можно подпускать к расследованию убийства, даже в качестве помощницы. Это видно сразу. Я понял это в тот миг, когда тебя увидел, – без обиняков заявил он. – Обычно, чтобы стать следователем, нужно пройти отбор и жесткую подготовку. А чтобы стать агентом ФБР – тем более. Это отсеивает неподходящих. Таких, как ты.

– Что? – обиделась Ками. – Неподходящих?

– Ты слишком молода. Чересчур незрелая. И ты слишком анти-системная.

Его придирки резали, как ножи, и Ками не успела собрать мысли, чтобы ответить, как он продолжил, не сбавляя напора:

– У Фрейзера была неплохая идея – привлечь айти-специалиста. Только выбрал он не того человека. Но ничего. Скоро ты сдашься под давлением. У тебя нет нужной выдержки. И поблажек я тебе делать не собираюсь. Наоборот. Тебе здесь не место. Чем скорее ты исчезнешь, тем лучше. Я хочу работать с тем, кто сможет вместе со мной двигать это дело вперед.

Звучало это как угроза.

– Удачи найти всё это в комплекте с айти-умениями, – огрызнулась она, чувствуя, как от его слов у нее все внутри обожгло.

Ками понимала: он намерен сделать ее жизнь настолько невыносимой, насколько сможет. Если для того, чтобы вынудить ее уйти, нужно будет ночевать в морге – он, пожалуй, попытается заставить ее и на это.

Да кто он вообще такой? С какого права он переходит на личности, когда ничего о ней не знает? Он даже не удосужился спросить. По крайней мере, Фрейзер уловил, что у нее есть прошлое и причина думать именно так. Коннору, похоже, было все равно. Что ж, если он позволяет себе личные выпады, она тоже может.

Она достала телефон и уставилась на экран.

Коннор. Как там его зовут? Вот он. Дрю Коннор. Должно быть, это он.

Быстро пробежав результаты поиска, Ками приподняла брови.

– Брак не сложился? Развод, вижу, оформили два года назад.

Машину резко повело в сторону. Ками крепче сжала телефон, пока Коннор выравнивал руль и возвращал автомобиль под контроль.

– С кем-то встречаешься? А, нет, постой. Да, встречаешься. Уже шесть месяцев. Отлично. Она дизайнер интерьеров. Брианна Лич. Как успехи? Вижу, недавно вы бронировали столик в ресторане «Фигаро». Ну и как еда? Если дашь мне еще немного времени, я, пожалуй, найду, что ты заказывал.

– Какого черта ты делаешь? – выплюнул Коннор. – Откуда у тебя к этому доступ?

– Просто смотрю, что ты за человек, – невинно сказала Ками. – У меня свои способы. Решила, что лучше бы мне тебя узнать. Укрепить отношения – раз уж ты так рвешься их разрушить, и ты все равно считаешь меня незрелой, так что если хочешь скатиться до детсадовских приемчиков, я готова играть по таким правилам.

– Убери руки от моей личной информации, – прошипел Коннор.

– Я пока смотрю только то, что есть в открытом доступе. Пока что, – сказала Ками. – Мне бы и в голову не пришло лезть глубже в данные напарника. Мы же работаем вместе и всё такое.

Ей показалось, что намек до него дошел. Во всяком случае, челюсть у него была стиснута так, что, казалось, вот-вот треснет. Если он собирается превращать ее жизнь в ад, она отплатит тем же. Она не тряпка и не позволит запугивать себя этому злому технофобу.

Оставшуюся милю они проехали в напряженном молчании. Ками ощущала мутное, тошнотворное сочетание торжества и ожидания.

Она думала, что выиграла эту стычку, но прекрасно понимала: войну она не выиграла. Более того – она только обострила конфликт. Наверное, это была плохая идея, хотя ей и хотелось отвечать ударом на удар. Теперь оставалось ждать, чем это обернется.

Коннор остановился у здания патологоанатомического отделения. Ками уставилась на внушительную, квадратную постройку, огражденную забором с металлическими прутьями.

Она видела его и раньше – проезжала мимо, не особенно задумываясь о том, что внутри хранятся мертвые тела и что именно здесь люди в масках и со скальпелями выуживают тайны, скрытые в уликах жестоких преступлений. Она никогда всерьез не заходила в такие мысли.

Коннор припарковался снаружи, показал удостоверение охране у главных ворот и вошёл внутрь вместе с Ками, которая теперь слегка кружилась от стресса в голове и спешила следом.

Здание давило. Запах дезинфекции стоял повсюду и обжигал ей ноздри с той самой секунды, как она переступила порог. Люди в белых халатах и средствах индивидуальной защиты целеустремлённо шли по коридорам. Где-то на фоне слышался приглушённый гул голосов и дребезжание колёс каталок.

– ФБР, – сказал Коннор. – Мы пришли поговорить с доктором Миннетт. Она проводила вскрытия Лиз Хьюз и Адрианы Найт.

– Доктор Миннетт. Она в смотровой номер пять, – сказала регистраторша, указывая вниз по коридору. – Она заканчивает вскрытие, так что сможет с вами поговорить.

Коннор свернул к шкафчику в углу комнаты.

– Маска, перчатки. Надень, – сказал он, доставая всё из шкафчика и протягивая ей.

Не говоря ни слова, Ками надела маску и натянула перчатки.

Ей даже стало в каком-то смысле легче от того, что маска скрывает её лицо. Она глубоко вдохнула, пытаясь унять подкатывающую тошноту.

Это было словно ожили все её самые страшные кошмары, потому что здесь, в этом месте, жестокая правда об исчезновении сестры вбивалась в неё до конца – во всей холодной, беспощадной ясности. Дженна могла оказаться в таком месте. Могла. Неопознанное тело. Этот страх взрывался в самых жутких, самых ярких её ночных кошмарах.

Вдруг она поняла, что не сможет через это пройти. Не сейчас, когда мысли о Дженне толпятся в голове.

Но надо было. Она не могла показать слабость при Конноре, хотя, возможно, выбора и не было. Следуя за ним в зал для вскрытий и заставляя дрожащие ноги двигаться, Ками знала: она не выдержит этого, не потеряв сознание или не вырвав.

На лице Коннора не было и тени сочувствия, когда он шагал вперёд. И с какой стати ему сочувствовать, поняла она. Он не знал её прошлого. Не знал, почему она боится – по-настоящему, до дрожи – войти в этот морг.

У двери она замялась, ошеломлённая новой волной тошноты.

Он повернулся к ней с каменным выражением.

– Ты должна зайти со мной, – сказал он. – Куда я – туда и ты. Я не позволю тебе оставаться здесь одной. Я тебе не доверяю. И что бы там ни было, тюрьма будет хуже. Намного хуже, – многозначительно добавил он. – Эта роль для тебя может закончиться в любую минуту. Фрейзер, может, и взял тебя против моей воли. Но он прислушается ко мне, если я скажу, что ты не справляешься. Если тебя нужно уволить.

Он кивнул на дверь. – Ты первая.

Глава седьмая

Для торга не оставалось ни малейшего пространства. Ками понимала: вся её будущая жизнь держится на лезвии ножа. С тошнотой, стараясь отгородиться от воспоминаний и теней прошлого, она открыла дверь. За ней оказался короткий, ярко освещённый, скрипуче-чистый коридор с резким запахом дезинфекции. Впереди открылась дверь, и Ками увидела женщину в маске, халате и перчатках; лица почти не было видно, но она казалась светлокожей и миниатюрной. Это, должно быть, доктор Миннетт.