Без страха и упрёка. Дилогия (СИ) - Земляной Андрей Борисович - Страница 28

Передовой немец добрался до главного корпуса и исчез за стеной.

Через несколько секунд Штурмин услышал его шаги. Разведчик двигался медленно, с остановками, не пользовался фонарём и прощупывал дорогу носком сапога. Он прошёл первое помещение, задержался возле разбитой перегородки и появился в дверном проёме цеха, глядя в сторону двора.

Винтовку Алексей оставил возле станка. В тесноте она только мешала. При нём находились выданный перед занятием фабрики «ТТ» и немецкий засапожник времён первой мировой за голенищем.

Он позволил немцу пройти ещё два шага, поднялся из-за станины, зажал ему рот и ударил ножом под основание черепа. Тело опустил на бетон, удерживая автомат, чтобы тот не звякнул о пол.

В кобуре убитого оказался «Вальтер P38». Магазин был почти полным. Штурмин взвёл курок и оставил пистолет в левой руке.

Во двор вошли ещё двое немцев. Разведчик с кусачками направился к стене, вдоль которой связисты протянули телефонный провод. Второй подошёл к лестнице, ведущей в подвал. Унтер-офицер остался возле пролома, откуда контролировал и двор, и путь отхода.

Немец у лестницы заметил лежавший автомат, опустил взгляд и увидел тело товарища.

Алим выстрелил раньше, чем тот успел повернуться. Пуля ударила разведчика в грудь и бросила на дверной косяк.

Разведчик с кусачками упал за станину и открыл огонь через помещение. Пули высекли кирпичную крошку из стены, прошли над одним из стрелков и ударили в старый станок.

Штурмин ответил тремя быстрыми выстрелами из «ТТ». Первый попал немцу в плечо, второй — в бок, третий остановил его, когда тот попытался снова поднять автомат.

Во дворе закричал унтер-офицер. За его спиной из дальнего корпуса появились ещё несколько солдат, до этого остававшихся в укрытии.

— Сивый, пролом! — приказал Штурмин.

«ДП» ударил из глубины цеха.

Очередь прошла поперёк выхода из дальнего корпуса. Один немец упал возле тележки, двое отскочили за стену. Ответный огонь пришёлся по окнам, но пулемёт стоял между тяжёлыми станинами и снаружи почти не просматривался.

Унтер-офицер перебежал двор и ворвался в главный корпус, несколько раз выстрелив из пистолета по теням между оборудованием.

Штурмин встретил его двумя выстрелами из «Вальтера». Немца развернуло, он ударился плечом о стену и сполз возле входа.

Почти одновременно с другого конца цеха донеслась автоматная очередь.

Двое разведчиков проникли через боковое помещение, которое ещё не успели перекрыть. Первый прижал Алима огнём к перегородке, второй метнул гранату к пулемётной позиции.

Граната ударилась о станину и покатилась по бетону.

— Граната! — крикнул Сивый.

Расчёт сорвал «ДП» с места и нырнул в соседнюю комнату. Взрыв поднял густую пыль, разметал кирпичную крошку и выбил остатки стекла из оконного проёма.

Немцы решили, что пулемёт уничтожен, и пошли вперёд.

Штурмин встретил их между станинами.

Дистанция не превышала семи метров. Один автоматчик появился справа, второй почти одновременно вышел слева. Переносить единственный ствол через весь проход было бы медленнее, чем держать каждый сектор отдельным оружием.

Алексей не стрелял из двух пистолетов одновременно. Правой рукой он дважды выстрелил из «ТТ» по немцу у перегородки, сразу же довернул левую и тремя быстрыми выстрелами из «Вальтера» снял второго, пытавшегося обойти станину.

Из пыли выскочил третий разведчик и дал очередь от бедра.

Штурмин шагнул за чугунную опору, пропуская пули мимо, вышел с другой стороны и открыл скоростной огонь попеременно из обоих пистолетов. На такой дистанции ему не требовалось каждый раз полностью выравнивать оружие: стволы уже держали свои направления, а цели появлялись в заранее выбранных секторах.

Немец выпустил автомат и упал между обломками оборудования.

Затвор «ТТ» остался в заднем положении. Штурмин положил пустой пистолет на станину, продолжая контролировать проход «Вальтером», но больше никто из пыли не появился.

Со стороны соседней комнаты снова ударил «ДП».

Сивый успел установить пулемёт у другого пролома и теперь вёл огонь через двор под новым углом. Немцы у дальнего корпуса не ожидали, что расчёт уцелел. Один попытался вытащить раненого из-за тележки, но бросил его после первой же очереди и скрылся за стеной.

Алексей сменил магазин в «ТТ», подобрал его и приказал Алиму проверить подвал. Двое стрелков пошли вместе с ним, остальные остались контролировать двор и боковые помещения.

Внизу прозвучали два одиночных выстрела.

Алим вернулся через несколько минут. Один немец пытался уйти через технический коридор, но наткнулся на пост и был убит. Остальные проходы оставались чистыми.

Штурмин оставил двух бойцов у лестницы, после чего прошёл по цеху, проверяя людей и оружие. Серьёзных потерь отделение не понесло. Сивому осколок рассёк щёку, у второго номера на руках осталось несколько мелких порезов.

Раненый немец за тележкой был ещё жив. У него забрали оружие и документы, перевязали ногу, затем унесли в подвал под охрану. Трофеи собрали в одном помещении для последующей сдачи.

Руденко пришёл вместе с Нечаевым, когда сапёры уже осматривали нижний коридор.

Капитан молча обошёл цех, посмотрел на тела возле станков, разрушенную пулемётную позицию и немецкие кусачки, лежавшие рядом с перерезанным проводом. Только после этого он потребовал доклад.

Штурмин сообщил численность группы, направление проникновения и результат боя, отдельно отметив, что один или двое немцев могли отойти через дальний корпус. Уцелевшие не успели проверить подвалы и положение основных огневых точек, но видели окна, из которых ночью работал пулемёт.

Руденко сразу приказал перенести «ДП» на нижний этаж, заменить наблюдателей и до рассвета проверить все боковые проходы вместе с сапёрами. Пленного следовало передать разведывательному отделению дивизии, а трофейное оружие — сдать по описи. «ТТ» капитан оставил Штурмину: в фабричных помещениях пистолет действительно был полезнее винтовки.

К рассвету третье отделение полностью сменило расположение.

Пулемёт перенесли за капитальную стену этажом ниже. В разрушенном цехе остался один наблюдатель с заранее подготовленным путём отхода. Двор разделили между несколькими стрелками, находившимися в разных помещениях, чтобы один снаряд или граната не подавили весь участок.

Немецкая артиллерия открыла огонь перед самым рассветом.

Первые снаряды легли по дальнему корпусу, затем мины накрыли двор и окна главного цеха. Старую позицию «ДП» разбило прямым попаданием. Станину перевернуло, внутреннюю стену выбило, а помещение заполнилось кирпичной пылью.

Сивый в это время находился этажом ниже и после переноса огня вернулся к новой бойнице.

Немцы убедились, что фабрика занята, но потратили утренний огонь на уже оставленные места.

Большого штурма в тот день не последовало. Противник продолжал обстреливать корпуса и несколько раз посылал небольшие группы к складам и котельной, проверяя реакцию обороны. Рота отвечала редко, не раскрывая запасных позиций. Сапёры восстанавливали повреждённые проходы, связисты меняли перебитый провод, бойцы укрепляли проломы и переносили боеприпасы глубже в здание.

После полудня обстрел ослаб.

Штурмин находился на втором этаже, когда связной передал приказ явиться к Руденко.

В командном пункте, устроенном под главным корпусом, кроме капитана находились Нечаев, Лаптев и майор из штаба дивизии. На краю металлического стола лежали два документа и небольшая коробка с наградой.

Штурмин доложил о прибытии.

Майор коротко объяснил, что приказы задержались в штабной пересылке и догнали роту только после её переброски в Сталинград. Распоряжением командира дивизии Штурмину присваивалось звание сержанта, а его назначение командиром третьего отделения утверждалось окончательно. Отдельным приказом Военного совета армии он награждался орденом Красной Звезды за уничтожение группы немецких егерей и сбитый винтовочным огнём бомбардировщик.