"Фантастика 2026-168". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Волкова Светлана - Страница 338

Я лежал в кромешной темноте, мокрый как мышь, и все мышцы мои, даже самые мелкие, еще трепетали затихающей дрожью. А потом я понял, что рядом кто-то есть. Чужое присутствие моя новая сторожевая система обозначила в сознании как сгусток темного пламени в изголовье топчана. Но отреагировать на это вторжение я не успел.

— Исын булыгыз, сугышчи, — донесся до слуха тихий шелестящий голос, больше похожий на порыв ветра. — С возвращением тебя!

— Откуда? — Вместо нормального голоса из горла вырвался сиплый хрип, и я закашлялся. — Кто ты? Белый шаман?

Я попытался приподняться на топчане, но чья-то сильная рука прижала мое плечо к лежанке. Потом сам собой в потухшем очаге вспыхнул огонь, и я наконец увидел сбоку от себя маленькую фигурку, больше под стать подростку, чем взрослому мужчине.

— Я — Алыкчак Тудегеш, Белый шаман, последний из рода Рыси. — Человек сделал шаг и оказался в круге света от костра. Он был отнюдь не стариком, как я ожидал, скорее пятидесятилетним крепким мужчиной с типичными северо-алтайскими чертами узкого лица. — Ты — Дамир, светлый человек, избравший путь Воина. Мы должны были встретиться, и мы встретились, яхши!

— Мне кажется, что ты ошибаешься, Алыкчак-ака, на мой счет. — Я все-таки сел на топчане и спустил ноги на утоптанную землю. — Я — просто сосуд пороков, какой же я светлый?

— Вот в этом и заключается твоя слабость. — Шаман подошел к очагу, легко выдернул остаток ржавого клинка из деревяшки и непринужденно уселся на нее в позе лотоса. Одет он был не в обычный для алтайцев чокпень, а в бурые кожаные штаны и меховую безрукавку поверх холщовой рубахи. На голове вместо привычной войлочной шапки и меховым околышем была повязана широкая, расшитая цветным узором кожаная лента, прикрывавшая лоб и верхнюю часть ушей. На жилистой шее висело несколько ожерелий разной длины из белых и красных шаров, желтых квадратных пластин, а одно даже из когтей какого-то крупного животного. — Пока ты не поверишь в свою силу, ты не сможешь ею воспользоваться в полной мере, — продолжал Белый шаман, медленно вертя в пальцах обломок лезвия. — А ведь тебе она очень скоро понадобится.

— Но для чего?! — Я искренне недоумевал и сердился на свою непонятливость. — Почему именно я?

— У тебя не осталось выбора с тех пор, как ты стал Идущим. И ты знаешь, почему стал им.

— Да. Знаю, — вынужден был согласиться я. — Меня уже давно преследует черный мадхъя, Нурия Саликбекова. Дважды мне удавалось отбиться от нее, конечно не без помощи… магов. Но недавно она снова появилась, пока лишь в моих снах, хотя я чувствую, что реальная встреча с ней уже не за горами…

— Я тоже все это знаю, Дамир. И я знаю, что ты ищешь женщину Тояну Тудегешеву, которую справедливо считаешь виновной в смерти нескольких человек. — Белый шаман взмахнул рукой с зажатым в ней обломком, и вдруг вместо ржавой железки я увидел великолепный клинок, хищно бликующий в пляшущих отсветах костра. — Я расскажу тебе, кто она, — не замечая моего удивления, продолжал он. — Двадцать семь лет назад я нашел в горах, недалеко отсюда, на древнем капище Икэбитле ребенка. Девочку. Я не смог оставить ее там, где нашел… Хотя должен был! Я дал ей имя Тояна — Найденыш — и отнес в город.

— Значит, все-таки она! — смог наконец вымолвить я, пораженный только что услышанным. — Но каким образом?.. И кто такой Икэбитле?

— Двуликий[85] дух Ночи, низвергнутый богом Света Эльриком и обреченный на вечное падение в Колодец Тьмы. Но если кто-нибудь заглянет в Колодец и встретится взглядом с Икэбитле, падение духа Ночи прекратится. А если заглянет во второй раз, Икэбитле выберется с его помощью из Колодца, и тогда в мире снова наступит Великая Ночь, которая станет последней для людей и многих других живых существ…

Белый шаман говорил медленно, почти нараспев, низким хрипловатым голосом, и незаметно для себя я впал в состояние, отчасти похожее на транс, и в то же время прекрасно контролируя все происходящее вокруг. Потом вдруг увидел себя самого, сидящего на топчане с полуоткрытым ртом и немигающими глазами, а бодрствующая часть меня в этот момент находилась по другую сторону очага. Алыкчак Тудегеш при этом смотрел именно на меня-второго, будто я на самом деле раздвоился.

— Ты действительно очень сильный воин, Дамир! — неожиданно закончил он. — Ты умеешь уходить от опасности, не бежать.

В тот же миг странное раздвоение кончилось. Я невольно пошевелился, проверяя подчиняется ли мне мое тело, поднес к глазам левую руку и увидел, как на ладони светится, быстро затухая, рисунок линий.

— Утром я отведу тебя на капище Двуликого, — сказал Белый шаман. — Кто-то уже заглянул в Колодец, и теперь Икэбитле ждет того, кто поднимет его из бездны. Времени очень мало… А сейчас нам нужно немного поспать. До рассвета осталось три часа.

С этими словами он встал и прошел мимо меня ко второму топчану, мимоходом взмахнув ладонью перед моим лицом, и я провалился в темноту…

Вторичное пробуждение было на удивление быстрым и легким. Я открыл глаза и увидел тонкий конус солнечного света, пробившийся сквозь щель в крыше навеса, а в нем — пляшущие золотистые пылинки. Шамана рядом не оказалось. Тогда я сосредоточился и включил свое второе, пространственное зрение. Все предметы вокруг дрогнули и потеряли плотность, став призрачными и ненастоящими. Медленно я расширил сферу обзора за пределы навеса и обнаружил Тудегеша на пригорке в позе для глубокой медитации с лицом, обращенным к солнцу. Попутно заметил в траве позади навеса небольшого зверька, похожего на хорька да несколько мышей, шнырявших в отдалении, ближе к ручью. Вернув себе нормальное зрение, я решил освежиться в ручье, а заодно и размять затекшие мышцы, уже третьи сутки не получавшие регулярных тренировок.

Одним длинным змеиным прыжком-рывком я вынесся из-под навеса, сделав сальто, и провел боевую связку «круг смерти» из арсенала русбоя. Едва завершив комплекс, я вдруг почувствовал поток внимания и тут же, определив его вектор, понял: старый знакомец — огромный черный орел вновь отыскал меня каким-то непостижимым образом и теперь висел в вышине над распадком подобно спутнику-шпиону. Что же ему все-таки от меня надо? На кого он «работает»?

— Это карарга-кыз — «следящий глаз», — раздался за моей спиной голос Белого шамана.

Я обернулся. Алыкчак легкой скользящей походкой спускался с пригорка.

— Чей глаз?

— Я не вижу, но думаю, это кто-то из помощников или даже приближенных Икэбитле. — Шаман выглядел весьма встревоженным. — Нам нужно спешить. Если не успеем дойти к полудню, может оказаться слишком поздно, и в Колодец будет брошен второй взгляд.

— Неужели все настолько серьезно?! — Я никак не мог заставить себя поверить, что стал участником неких почти вселенских событий, не мог отделаться от впечатления, что все это — умелая инсценировка, временами смахивающая на набившие оскомину голливудские сюжеты по спасению мира отважными американскими суперменами.

Мой вопрос остался без ответа. Вместо этого Алыкчак протянул мне кинжал с узким лезвием, покрытым странным дымчатым узором, и витой кожаной рукоятью.

— Что это?

— Воину необходимо иметь оружие. Инэ-ылем[86] тебе пригодится. Скоро. — Шаман повернулся и быстро двинулся вниз по распадку.

Я повертел в руке подарок. Клинок был тяжелым и удобно ложился в ладонь. Но куда его девать? Ни ножен, ни чехла. Вот если бы он был складной… Щелк! — лезвие исчезло. Теперь в руке у меня была только рукоятка. Удивляться было некогда, вероятнее всего я случайно нажал скрытую кнопку.

— Идем быстрее! Мы должны успеть… — донесся голос ушедшего вперед Тудегеша.

Я торопливо сунул нож в карман и поспешил за шаманом.

Но мы не успели!

До знакомой по снам тропы добрались быстро — Алыкчак шел не оборачиваясь и в таком темпе, будто был моим ровесником, а не весьма пожилым человеком. Видимо, увлекшись этим вопросом, я ослабил ментальный экран, который с недавних пор держал постоянно активным, памятуя о количестве неизвестных и малознакомых существ, желавших покопаться в моих мозгах, а то и завладеть ими. Но все же я еще не стал магом в полном смысле слова и, нет-нет, допускал иногда досадные промахи, которые, к счастью, пока не привели к фатальным последствиям. В какой-то момент шаман, молча шедший впереди, неожиданно покосился на меня и сказал: