"Фантастика 2026-168". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Волкова Светлана - Страница 328

— Тоньше режь! И побыстрее…

— Угу. Догадайся с трех раз: чем он там занимался?

— Нефтью торговал… Ты же знаешь, что я в бизнесе — ни бум-бум. — Я снова начал закипать: терпеть ненавижу, когда кот рвется к сметане, а его держат за хвост!

— Ладно, неуч, — смилостивился майор-садист, — квоты на горючее он распределял по Сибирскому региону.

— И что?

— А то! Может, теперь сообразишь, кому досталась львиная доля этих квот?

— Неужели Амиеву?!

— Не-ет… Амиев нарисовался позже.

— Тогда Дуладзе, что ли?

— Именно. А когда многоуважаемый Нос почил в бозе, господин Витковский ушел из Сибнефти, скромненько, по-английски… Закрывай крышку, не то весь аромат выйдет! — Ракитин с видом утомленного непосильным трудом работяги уселся обратно на стул возле холодильника и вытащил сигареты.

— Разрешите папироску, гражданин начальник? — Я выставил на стол пепельницу и тоже потянулся за куревом.

Мы закурили и некоторое время молча предавались традиционному мужскому занятию: думали. Каждый о своем. Я например о том, как бы все-таки разговорить госпожу Муратову? По всему выходило, что и она теоретически могла быть замешана в катавасию вокруг клана Амиевых, ибо мотив, хоть и косвенный, у нее был: месть за давние обиду и оскорбленное самолюбие. О чем думал крутой сыскарь, я мог только догадываться.

— Гарнир ко второму будешь? — спросил наконец он, гася окурок в ракушке пепельницы.

— Валяй.

— Знаешь, по чьей рекомендации наш «икар» оказался в управляющих банка?

— Амиева, по чьей же еще?

— Почти. Красилина!

— Опаньки! — невольно вырвалось у меня. — Как говорила одна не в меру любопытная девочка, становится все страньше и страньше. По-моему, трэба незвэдно погуторить з паном Красилиным на гэту знайчову байку.

— Успеешь еще. Слушай, я жрать хочу! — Ракитин метнулся к плите как рысь на косулю и в мгновение ока распределил образец кулинарного искусства под названием «яичница с ветчиной по-сибирски» на две тарелки. Причем мне достались только лук и крохотный кусочек белка. Все остальное «по-честному» вошло в порцию бывалого майора.

Мне оставалось лишь поставить на плиту чайник и довольствоваться малым.

— Ну а самая плохая новость? — напомнил я, когда все было съедено, выпито и даже вымыто.

— Совершенно без затей. — Ракитин снова закурил. — Красилин ушел из-под наблюдения.

— Когда?

— Вчера утром.

— От кого?

— Представь себе, от самого Бульбы!

— Ух ты! Снимаю шляпу. — Я встал и налил обоим еще по чашке чая. — Как же ему удалось?

— Элементарно, Ватсон. Красилин отправился в супермаркет на Центральный проспект, а Степа, разумеется, в штатском, — за ним. Игнат Васильевич чинно вошел в магазин, лейтенант — за ним. И тут наш приятель подходит к бугаю-охраннику и говорит, кивая на Степана, мол, этот лоб — известный магазинный вор и у него под пиджаком украденная фляжка с вискарем. Секьюрити, естественно, делает стойку, свистит своему напарнику, и они вдвоем берут бедолагу-лейтенанта под белы рученьки, а пан Красилин преспокойно убывает в неизвестном направлении. Поиски по возможным векторам ни к чему не привели. Вот так-то! — Ракитин хлопнул себя по коленям и поднялся. — Спасибо за завтрак. Если что, я на мобильном.

— Погоди, Олежек. Может, мне попробовать разговорить Муратову?

— Лучше заканчивай с горянкой. Ничего пока не нарыл?

— Когда? Я же два дня почти в отключке был — сам знаешь…

— Ладно. Звони, как занадоблюсь.

Он шлепнул по моей подставленной ладони своей и быстро вышел из кухни. Хлопнула входная дверь, а я все еще стоял у плиты с зажженной сигаретой — второй за утро. В горле першило, а в носу щипало. И тут я сделал для себя открытие: мне совершенно не хотелось больше курить! Более того, мне стал неприятен сам процесс вдыхания дыма. Мой организм явно претерпел за последние сорок восемь часов значительные изменения, в том числе и на биохимическом уровне, исключив никотин и иже с ним из списка необходимых для жизни соединений. Открытие потрясло настолько, что я немедленно выбросил окурок, а потом и начатую пачку в мусорное ведро, вернулся в залу с камином, лег навзничь на застеленное мягкой шкурой ложе и проделал полный комплекс дыхательной гимнастики крийя-йоги, изгоняя из тела малейшие остатки табачной отравы. Интересно, это изменение произошло только со мной или же сие есть общее граничное условие превращения человека в воина-мага: отказ от вредных привычек? Будем надеяться, до полной аскезы дело не дойдет.

Я вспомнил о задании по поиску Тудегешевой и перебрался в соседнюю комнату-кабинет, оснащенную по последнему слову «хай-тек» в области информационных технологий. Ксения еще в прошлый мой визит ознакомила меня с этим чудом электронной техники — по сути, полуразумному искусственному интеллекту на базе монокристаллической памяти с обратными ассоциативными связями. В принципе, с его помощью можно было добыть любую информацию, хотя бы раз отметившуюся во всемирной Сети и даже считавшейся стертой! Но я лишь задействовал обычный компьютерный терминал для общения по Сети в режиме «онлайн» и вызвал на разговор Андрея Воробьева.

«Привет, Дюха! Как жизнь молодая? Есть новости?..»

«Здорово, котяра! Уже никак, немолодая и нежизнь… Хе-хе! Шутка. А новости такие: интересующая тебя ТТ, по данным МВД Республики Алтай, числится пропавшей без вести. Уже три года тому как…»

«Ты не ошибся? Этого не может быть, потому что ТТ засекли недавно здесь, у нас, вполне живую и невредимую!»

«Согласен, бывают совпадения по ФИО. Но тогда надо выяснять дальше: по «пальчикам», по сетчатке и т. д. Хотя, думаю, что две ТТ вряд ли могли выйти одновременно замуж за двух Хилевичей…»

«Ёкарный бабай! А это ты откуда выкопал?..»

«Мир — это сплошные информационные потоки. Или, говоря по-простому, слухами земля полнится. Муж ТТ, узнав о ее связи на стороне с неким Амиевым, выгнал женушку на улицу в чем мать родила…»

«Без суда и следствия?..»

«Именно. Согласно брачному контракту…»

«Спасибо. А ты точно ничего не напутал?..»

«Чтоб мне эстонским байтом подавиться!..»

«Верю. Пока…»

«Бывай здоров!..»

Вот это номер! Я невольно почесал макушку и отправился на кухню за чаем и сигаретой. Но по пути вспомнил, что больше не курю, а чай без курева — зряшная нагрузка на мочевой пузырь, и решительно свернул в залу с камином. В изголовье ложа на полочке расположился спикер последней модели в виде огромной застывшей янтарно-желтой капли с темно-красными вкраплениями — сенсорами управления и настройки.

Но, усевшись перед аппаратом, я замешкался: кому сначала позвонить? Да и стоит ли? Весьма велик риск снова нарваться на преследователей, наверняка взявших на контроль возможные каналы связи, которыми я реально могу воспользоваться. Конечно, у меня есть фрик, но например с Ракитиным я за тридцать секунд все равно не решу возникшей проблемы, так что могу лишь договориться о встрече. С Ксенией, пожалуй, тоже лучше не связываться по телефону, а лучше — вообще не втравливать в наши разборки по-возможности. Колобок пока мне не нужен, как, впрочем, и я ему. А Ленка-Рыжик сейчас далеко — и слава богу!

Я грустно посмотрел на шикарный спикер — отдыхай, парень! — вздохнул и побрел в прихожую. Фрикер, как и ожидалось, обнаружился во внутреннем кармане куртки. Я активировал телефон и набрал номер Ракитина.

— Олег, это я. Надо срочно встретиться.

К чести майора, соображал он так же быстро, как и двигался:

— Через час на старом месте.

В трубке запикали короткие гудки. Я удовлетворенно кивнул. «Старым местом» на нашем языке называлась скамейка, вторая слева от входа в парк на Новособорной площади. Ходу до нее было от силы минут двадцать. Олег просто давал мне время собраться и подготовиться.

Голому одеться — подпоясаться. Собирать мне было нечего: бомж, он и есть бомж. А вот подготовиться не мешало бы. Потому что для осуществления задуманного одной решимости было мало. Кто знает, с чем или с кем мне еще придется столкнуться. И я открыл потайной шкаф хозяйки, замаскированный под стеллаж с книгами. Прости, Ксюша!