Золотая тьма. Том 2 (СИ) - Осипов Игорь - Страница 69

— Пока ничего не ощущаю, — произнёс Пётр Алексеевич, а затем, как следовало из доклада прапорщика Сизова, поднял руку со скальпелем, показывая окровавленный инструмент феям. Нержавеющая сталь блеснула в свете Небесной Пары, роняя солнечный зайчик на стол.

И опять тишина. Мелкие крылатые создания лишь угрюмо таращились на человека, сбившись в кучу. Они вообще оттуда вылезали только по ночам или когда никого рядом нет. Но жрут галеты и тушёнку из сухого пайка не хуже, чем синички — подвешенное за окном сало.

Генерал примерно минуту ждал, а потом небрежно кинул скальпель на стол и взял ватный диск с перекисью и пластырь.

— Либо феи бракованные, либо я что-то не помню, — проговорил он, ткнув диском тонкий, как ниточка, порез. Порез тут же покрылся шапкой белой пены от сработавшей перекиси водорода.

Затем землянин прилепил пластырь, оделся и сел, облокотившись на столешницу и подперев подбородок.

Глаза забегали по траве, по технике, по людям. В голове шуршали шестерёнки мыслей, но пока вхолостую, потому что никакой идеи не приходило. По всему получалось, что в этом уравнении не хватает переменных.

— Товарищ генерал, — тихо произнёс майор, который только сейчас опустил смартфон.

— Да, — проронил Пётр Алексеевич, неспешно выходя из раздумий. Но застывший в пустоте взгляд не сразу поднялся на подчинённого. Он словно прилип к вязким, нехорошим мыслям, и пришлось прилагать усилие, чтоб оторвать его.

— Я с людьми пообщался и читал отчёты. И вопрос. А почему нельзя присыпать тот столб святым пеплом? Аналогично тому, как оросить святой водой, — проговорил майор.

— Знаешь, — тяжело вздохнул унылый генерал и тут же собрал волю в кулак. Потому что нельзя показывать, что начальство расклеилось. Пусть хоть сто раз хреново, но уныние бы привело личный состав к панике. — Я думал об этом, — продолжил тянуть он, — но боюсь короткого замыкания.

— Простите, чего, товарищ генерал? — не понял майор.

— Замыкания. — Начальник повёл хрустнувшей шеей и пояснил. — Этот столб принадлежит божеству псоглавых. Пепел — Небесной Паре. Если символы одного попадут на символы другого, а ведь оба нехилые по силе, что будет? А будет конфликт. Как бы от этой аннигиляции не было взрыва, как от товарного вагона с тротилом.

— Понял, — проговорил майор и смолк.

Генерал замолчал, и сам тут же улыбался, представляя картинку, достойную комиксов или кино про супергероев, как пепел падает на пульсирующий пурпуром столбик и испаряется в яркой вспышке.

Начальник прикрыл на несколько секунд глаза, а когда открыл, то увидел, что майор кивком показывает на что-то сбоку.

Повернув голову, землянин увидел крохотную полосатую девчушку. Полосы на ней частично смазались, словно гуашь под душем, придавая созданию вид грязный и измождённый. И только глаза блестели крохотными бусинками-бисеринками.

И фея шла пешком по столу, сложив жесткие шершавые крылья за спиной и держа в руках копьё.

— Ты снимаешь? — процедил сквозь зубы генерал.

— Нет, — прошептал майор.

— А какого хрена нет? Снимай, твою дивизию, — едва слышно прорычал Пётр Алексеевич.

Между тем фея остановилась всего в полуметре от землянина, и можно было различить поджатые губы и хмурый взгляд исподлобья.

— Ну, здравствуй, — тихо прошелестел землянин.

А фея вдруг подалась вперёд и защебетала. Было непонятно ни слова, но она ещё и сосредоточенно жестикулировала, тыкая указательным пальцем в сторону лица человека, словно у неё случилась злая истерика и она выливала эмоции.

Генерал молча смотрел, а фея пищала и пищала, делая резкие движения. В какой-то момент даже кинула в человека поднятую со стола спичку.

И так было понятно, что она обвиняла человека во всех бедах. Что пришли, сломали всем жизнь, и так далее, и тому подобное по списку… Как слон в посудной лавке, от которого со звоном падает фарфор, с треском и хрустом обламываются полки, скрипят и прогибаются доски на полу.

Ещё и убивать решили.

Рядом с феей опустилась вторая, которая попыталась взять сестру или подругу — кто их там разберет — под локоть и увести, но возмущённая лишь оттолкнула её и продолжила верещать, подойдя почти вплотную к руке человека.

— Ну да, всякое бывает, — проговорил генерал на местном наречии. — Ну кто же знал?

Он старался не шевелиться, чтоб лишний раз не провоцировать.

А фея набрала лёгкие воздуха и выкрикнула что-то совсем резкое и явно неприличное, а потом зажужжала хитиновыми крыльями, подлетела к руке человека и стала её бить и пинать.

Было не больно, но обидно. И если бы не тяжесть и трагедия всей ситуации в целом, то было бы даже смешно, словно хомячок в банке лютует.

В то же время на землян были нацелены ядовитые стрелы и копья её подруг или сестёр, намекая, мол, только дёрнись, мало не покажется. И кроху приходится уважать, как уважают шмелей, шершней и диких пчёл, несмотря на размер.

И хорошо, что яд был не цианид. Иначе бы всех перебили.

Но как бы то ни было, фея вскоре прокричалась и упала на колени, заплакав.

Генерал осторожно подвинул руку. Замерев, когда от его пальцев до крохотной девчонки осталось чуть больше пяти сантиметров. А фея подняла глаза, всхлипнула и молча улетела.

— Да уж, — пробормотал под нос Пётр Алексеевич, проводив взглядом крохотное создание.

А вот вторая осталась. Она некоторое время молча стояла, а затем неспешно подошла поближе и показала на сородичей, а потом на людей. Потом сделала резкие жесты, словно брызгает водой или резко раскрывает окно.

И выжидательно посмотрела на человека.

— Не понимаю, — проговорил тот, покачав головой.

Фея ненадолго застыла, затем быстро взлетела, возвращаясь к своим, а потом случилось интересное. После короткой паузы создания оживились, и несколько полосатых девчушек, зажужжав крыльями, стали разлетаться по поляне перед домиком. Словно осы-фуражиры, которые проводят разведку местности.

Генерал снова закрыл глаза, подперев голову рукой.

Мысли зашуршали, выдавая самый логичный вывод. И по всему выходило, что в первую очередь кровь — это не дар, кровь — это знак серьёзности намерений. А дар может дать только наделённый силой.

Маг. Жрец. И тому подобное — что вполне логично.

Если же касаться простых людей, то для передачи силы их банально должно быть много.

Очень много.

И всё же из доклада Сизова выбивалась деталь: дух луга потребовал от прапорщика силу и тут же разрядил конденсатор подствольного прибора. Значит, есть возможность передать энергию техническим путём.

Но для этого надо просто к конденсатору припаять мощный резистор. А что до столба — вечером подумаем. Может, и получится его осыпать пеплом.

Генерал открыл глаза и встал.

— Дежу-у-у-рный! Собирай личный состав. Будет окопы рыть. На случай взрыва. И приказываю: фей не трогать даже пальцем! Пусть делают что хотят.

— Я готов! — громко произнёс Стаканишт, слегка попрыгав на месте, чтоб расправились складки ткани. Теперь же на нём была новая, пахнущая чем-то алхимическим одёжка, словно та лежала на полке в амбаре вместе с зельями. Эту одёжку совсем недавно принёс посыльный зверомуж.

А Шарлотта глядела на него по-прежнему угрюмо. Видит Небесная Пара, она проклянёт пришлых, если они не сдержат слово.

— Вы обещали, что сперва поможете мне, — проговорила девушка, вставая с края кровати, шмыгая носом и поправляя перевязь со шпагой и пояс, где висели волшебная палочка, кошель с хрустальным шаром и ножны с кинжалом.

Из-за мытья в механическом сундуке серебро клинка слегка помутнело и потемнело, потому придётся его вечером полировать.

Ну кто же знал, что зелье столь сильно, что ест металл. А ведь в подсказках тинифона не было того, что серебро мыть нельзя.

«Дурное зеркало, это всё из-за него», — долго бурчала юная волшебница, когда собиралась в дорогу.

А ещё в петельку на перевязи был затянут пистоль Максимилиана, на курке которого виднелась «пастикавая стяжка» с печатью, что не мог стрелять. Глупости всё это, Шарлотта могла поджечь порох прям в стволе и без кремня. Так что здесь халумари просчитались, что не могло не радовать девушку, а то пришлые всё время мнят себя самыми умными.