Золотая тьма. Том 2 (СИ) - Осипов Игорь - Страница 55

Генерал откинул фуражку на раскладной стульчик, стоящий рядом с дверью — стульчик наверняка для себя разместил дежурный, чтоб ночью на воздухе хлебать кофе. А затем начальник неспешно двинулся вдоль домика.

Он поднял руку и коснулся деревянной стены. Под пальцами сразу же ощутилась тёплая шероховатость. А мысли все никак не складывались, словно кто-то вынул одну из шестерёнок, и внутричерепной пазл просто технически не мог сложиться.

— Не понимаю, — снова выдохнул генерал. — Блин, не понимаю.

Сверху что-то зашуршало, и Пётр Алексеевич задрал голову.

Это были крохотные феи. Казалось бы, очень интересные создания, но за последние несколько дней на голову вывалилась столько всего потустороннего, что феи просто потерялись в потоке информации.

Генерал смотрел на крохотных девушек, ютящихся под водостоком, а они таращились в ответ.

— И как же вы проходите пепельный круг? Он же непреодолим для нечисти, — прошептал землянин.

И тут его осенило.

Он быстро глянул на тускло светящуюся, словно бледно-жёлтый фосфор, линию. Пробежался взглядом по саламандре с краю поляны, обсыпанной мелким кругляшком, который ворочался, словно в невидимом террариуме, затем по технике и домику.

А ведь ларчик просто открывался.

— Стаканыч! — заорал на всю округу генерал. Он чётко, как гласит строевой устав по команде «кругом», повернулся вокруг оси и двинулся к двери.

— Я, командир! — выскочил изнутри прапорщик, тормознув на выходе тем, что ухватился за косяк руками.

— Стаканыч, живо собери весь офицерский состав!

Генерал быстро нырнул в помещение, миновал короткий коридор и оказался в своём кабинете. Там переставил ноутбук и принтер на кровать, при этом нечаянно задел канцелярский набор. По полу, сделанному из разноцветной гранитной брусчатки на манер обычного паркета, зазвенели и забряцали карандаши, фломастеры, степлер. Стакан с водой смачно лопнул, расплескав остатки воды и осколки по всему помещению, заставив землянина поморщиться от своей неуклюжести.

— Так! — под нос протянул он, быстро шагнув к сейфу и достав из-за него свёрнутые рулоном листы ватмана.

В это время в помещение начали заходить подчинённые: перебинтованный старлей, загипсованный капитан-портальщик, майор на выданье за графиню и, собственно, сам Сизов. Они словно собрались за дверью, подождали немного и всей кучкой двинулись внутрь.

Генерал стал быстро вручать фломастеры, ножницы и клей и давать указания.

— Ты рисуешь на полосках ватмана фигурки, — стукнув канцтоварами в грудь майора. Но так, чтоб не попортить его драгоценную шкурку. А то будут потом вопросы, почему жо́них подбитый и весь в синяках.

— Какие? — не понял офицер про фигурки.

— Обычные. Чтоб потом сложить полоски и развернуть ножки-подставки. Получатся картонные фишки для игры.

— Я понял, но что рисовать?

Генерал замер на мгновение, насупился и стал перечислять:

— Бабу в золотом плаще, двух красножопых громил, кучку макак, крыс в доспехах и просто крыс. А ещё меня, Николь-Астру и фигурку портала.

Майор молча сел и принялся за дело.

Генерал же переключился на портальщика:

— Ты вырезаешь и склеиваешь. Заодно думаешь, зачем макакам и бабе портал.

Вручив ножницы и клей «Момент» и стараясь не скинуть вслед за стаканом парафиновые свечи, которые горели в угоду экономии электричества, будучи воткнутыми в алюминиевые канделябры, развернул второй лист плотной бумаги, схватил его и, вооружившись простым карандашом и ластиком, стал делать схематичный набросок.

— Так. Это домик. То есть мы. А это база. Здесь речка.

На бумаге возникли квадраты и многоугольники. Пётр Алексеевич схватил жёлтый фломастер и очертил домик в круг, а затем поставил знак Небесной Пары в условном городе.

— Это пепельный барьер. Он требует пополнения в храме. Как только пепел кончится, нас возьмут тёпленькими голыми руками.

Генерал деловито-демонстративно кинул на стол писчую принадлежность.

— Товарищи офицеры, нас взяли в самую обыкновенную потустороннюю осаду. А чтоб не сбежали, воткнули столб с чарами гашения двигателей.

— Товарищ генерал, а разве так можно? Они же дикари, — поднял голос майор, оторвавшись от рисования.

— Можно. Они уже научились глушить выстрелы огнестрела. Двигатели внутреннего сгорания — просто следующий и очень логичный этап. Сложного в этом не вижу ровным счётом ничего, сразу же готова сама основа против запала огня, — назидательно проговорил Пётр Алексеевич и усмехнулся. — Ты рисуй, не отвлекайся.

— А у меня уже есть готовые.

Он протянул прямоугольники, в которых была баба в золоте и один из громил в доспехах.

— Недурно, — проговорил Пётр Алексеевич, разглядывая минималистичные, но не лишённые таланта и сноровки изображения. — Учился где-то?

— Так точно.

— Тебя и по критерию художеств тоже выбирали?

— Так точно, — проговорил майор и добавил: — И на гитаре тоже умею.

— И что ты в армии забыл? — пробубнил генерал и со вздохом посмотрел на офицера: — Ты, поди, из замполитов?

— Да, — кивнул майор, а генерал опять вздохнул и вернулся к схеме на столе.

— Значит так. Не имея подлинных имён, а также для шифровки переговоров, определяю: обезьяной в тяжёлой броне назвать Годзиллой.

— Командир, так Годзилла — это ящер такой, — подал голос Сизов.

— Плевать. Будет Годзиллой, — отмахнулся Пётр Алексеевич и продолжил постановку задач: — Тот, что в броне поменьше — Кинг-конг. Баба в золоте пусть будет… — Пётр Алексеевич задумался ненамного, затем стал неспешно излагать ход мыслей: — Она всё время в сумерках и в золотом одеянии. Пусть кодовое имя будет Золотая Тьма. Ничем не хуже иных кодов. Так вот, всем им нужно что-то от портала. Но если обезьяны ломятся по законам средневековой военной науки и потому предсказуемы, баба… то есть Золотая Тьма… пытается окольными путями. И их интересы конкурируют друг с другом, вплоть до бойни. Как говорится, враг моего врага — мой друг. Или из двух зол меньшее. Кому какая поговорка нравится, ту и выбирайте.

— Товарищ генерал, — послышался голос майора, и на столике оказались миниатюрные картонные стелы на поставках, словно пролёты бетонного забора для моделирования, причём раскрашенные всяким граффити.

— Замечательно.

Пётр Алексеевич подхватил их и стал расставлять за пределами нарисованного барьера. Получалась эдакая настольная игра. Правда, ставка в ней — жизнь людей, но от этого меньше игрой она не становилась.

Генерал обвёл всё разложенное и нарисованное взором, придирчиво поправил фигурки, взял красный карандаш и стал жирно чертить тактические знаки.

— Мы заняли оборону здесь. Основные силы здесь. Будем считать, что против нас действуют две диверсионные группы этнического характера. Задача номер раз: проверить работу мобильного портала в полном режиме. Сегодня же. Задача номер двас: осуществить переборку личного состава в зависимости от результатов теста. Либо всех с базы к нам и далее на Землю, либо, если тест провалится, нам на базу. Вы спросите, как это сделать? Отвечу.

Пётр Алексеевич сделал драматическую паузу и оглядел приустающих, и только потом продолжил речь:

— Запросим помощь у храма и Магистрата. А затем — как в том старом кино. Кто нам мешает. Тот нам и поможет.

Генерал глянул на старлея.

— Оператор дрона нашёл следы бабы… то есть Золотой Тьмы?

— Никак нет. Как сквозь землю провалилась, — хрипло отозвался тот.

Начальник опёрся на стол и замолчал. В повисшей тишине стало слышно дыхание людей, шуршание фломастеров по бумаге, монотонный звук ножниц и тарахтение генератора с улицы.

— Как её найти? Есть идеи?

Люди переглянулись, а затем слово взял Сизов:

— Командир, так это… Золотая Тьма рулит крысами. А у нас есть крысоловка. Пусть и займётся.

Начальник поднял глаза на прапора и прошептал:

— Это же опасно.

— У нас всё опасно, командир.

Генерал понурился и провёл руками по волосам.