Его Сиятельство Вовчик. Пенталогия (СИ) - Машуков Тимур - Страница 83

Глава 15  

– Проходи, Владимир, присаживайся, – отец показал мне на кресло, стоявшее напротив него.

Так, уставший, но вроде не злится – хороший знак. Наверное. Но с ним ни в чем нельзя быть уверенным.

Впрочем, у меня теперь есть магия, и если сразу не влупит по максимуму, могу и побарахтаться. Да и выход в окно никто не отменял. А там и до забора недалеко.

А впрочем – нет, ни хрена не буду сбегать. Надоело. Если что, думаю, смогу его удивить.

– Наслышан о твоих подвигах, – тем временем продолжил он.

– Врут, всё и все врут. Если что, меня даже в половине рассказов не было. И тот бордель я не сжигал.

– А в Тамбове сгорел бордель? – удивился он.

– Я не знаю, есть ли он вообще там. Но это я так, на всякий случай. Но интересно, откуда ты знаешь о нем? И еще более интересно, знает ли мама о том, что ты знаешь?

– Это к делу не относится.

Ух ты, кажется, он смутился! Запомним и запишем. А в нужный момент воспользуемся.

– Сын, Его Величество решил тебя наградить медалью «Золотой орел»…

– Ого! – я даже присвистнул. – Высшая награда империи!!! Хорошо же дядя оценил мои заслуги.

– Это еще не все. Эта награда тебе положена за спасение наследника престола, захват живым главного из нападавших и участие в уничтожении вражеской секретной техники.

Далее, ты получишь орден «Павла» второй степени – это за случай в поезде. И серебряную медаль «Крыло Грифона» за срыв операции «Наследник». К ним по совокупности полагается воинское звание через две ступени от предыдущей. То есть, был бы лейтенантом, стал бы капитаном – это как минимум, а то и майором. Но так как ты пока гражданский, в академии получишь сержанта, а там уж после выпуска особая комиссия решит, в каком звании тебя отправлять на службу. Скажу сразу, я был против всего этого, но брат настоял.

– Интересно, почему? Считаешь, что я не достоин? А когда тебя награждали, тоже кривился и отказывался?

– Молчи, Владимир. Твое своеволие переходит все границы!!! – ударил он рукой по столу. – Мы строим и защищаем нашу империю не ради наград.

– Ну так и верни их все. Гордо так брось на стол дяде и откажись. Мол, не нужно мне это все – я такой вот такой правильный и сражаюсь с врагами просто потому, что тут живу. Но ладно, решили и решили. Приятно, не более. Кстати, а к медалям денежная премия не полагается?

– А у тебя кончились деньги?

– Нет, хотелось бы независимости.

– От семьи?

– От тебя. Но думаю, мне об этом скажут лично. Дальше‑то что?

Он посмотрел на меня тяжелым взглядом, видимо, решая, пора уже врезать мне или еще рано.

Эх, а в книжках у попаданцев, я часто читал, папы‑то нормальные попадаются. Или вообще нет папы. А мне вот так повезло. Или нет?

– А дальше состоится празднование твоего дня рождения, где ты познакомишься со своей первой будущей женой, – злорадно улыбнулся он.

– Симпатичная? – равнодушно спросил я, ломая всю его игру.

В мыслях же прикинул – точно, мне ж уже вот‑вот девятнадцать стукнет! И как я про это мог забыть?

– Более чем. Вторая дочь фараона Тутмоса Седьмого Каома Низами. Прекрасная девушка с отличной родословной. Кстати, она будет вместе с тобой учиться в ВМВ. Фараон выражал желание свою старшую отдать за Льва, но мы решили – слишком жирно ему будет так сильно породниться с Романовыми. Хватит с него и тебя. Она уже прибыла в Москву и ожидает нашего торжества.

– На тебе, боже, что нам негоже, – пожав плечами, ответил я. – Это все?

– А тебе вообще не интересно, да? Твоя судьба вроде как решается.

– А если я встану в позу и скажу «нет», хоть что‑то изменится? Я помню закон – две жены выбирает глава рода, а третью и остальных, если вдруг захочу еще, уже выбираю я. Так что делайте, что хотите.

– Приятно это слышать, ты стал таким благоразумным, – криво усмехнулся он. – Ну, и примерно через неделю после твоего дня рождения, а если точнее, через девять дней, состоится Большой императорский прием, где тебя официально наградят.

– Хорошо, – так же равнодушно кивнул ему я.

И, кажется, его это проняло, вон как покраснел. Теперь понятно, как его вывести из себя – надо показывать, что тебе плевать, и со всем соглашаться. Где были раньше мои мозги⁈

– А теперь поговорим о твоей магии.

– А что о ней говорить? Она есть.

– Старший ученик почти на уровне подмастерья. Если честно, я такого не ожидал.

– У меня хорошие гены…

Он заметно приосанился.

– От мамы, наверное…

Злобный оскал в мою сторону.

– Или бабушки…

Два оскала и жажда убийства в глазах.

Ну а чего? Моя неоднократно поротая жопа взывает к мести. Тем более, что формально я везде молодец, и обвинить меня не в чем. И только его ослиное упрямство не позволяет ему признать это. Интересно, а София ему точно не родная дочь? А то прослеживаются, знаете ли, общие черты характера.

– Это все?

– Нет, я хочу лично убедиться, что твоя мама и бабушка были правы насчет тебя.

– Убеждайся, кто ж тебе не дает. А у меня дела – к Скуратовым собираюсь заскочить. У меня там девушка страдает, надо бы утешить. Твоя, кстати, потенциальная невестка.

– Это еще не все, – его слащавая улыбка явно показала, что главная новость еще впереди. – Тебя собираются убить.

– Вообще не удивил. Все и всё время пытаются.

– В ближайшее время.

– Пусть приходят ночью лет через сто – хочу умереть в своей постели в окружении внуков и правнуков. Даже сопротивляться не буду.

– На тебя нападут в дороге.

– Какой? И мне по ней обязательно ехать или лучше как‑то окружным путем?

– Обязательно. Я скажу, по какой.

– Ох, ну совсем ты себя не бережешь.

– Объясни.

– Ну вот смотри, если я всех одолею, мне опять медаль вручат или орден. Ты расстроишься. Если одолеют меня, то расстроится мама. А потом она тебя так расстроит, что ты живой позавидуешь мне мертвому. При любом раскладе я выигрываю, а ты проигрываешь. Хотя, рисковать своим ребенком – и ради чего? Чтобы поймать очередных иностранных засланцев? Как же сильно ты любишь их и не любишь меня. Впрочем, я привык – маршрут, по которому мне надо ехать, скинь моей охране. И уменьшить не забудь, чтобы, значит, наверняка.

– Не боишься выступить в качестве приманки? – чуть дернул губой он.

– Неа. Два раза не убьют. Да и я уже кое‑чего могу. Так просто меня не взять.

– Об этом «кое‑что могу» я и хотел поговорить. Ты же понимаешь, что это аномальный рост? Так не бывает. Резкий скачок по магии и телу… Могут быть самые неблагоприятные последствия. Надо все изучить.

– Я не подопытная крыса, чтобы меня изучать. Что же до аномальности – пройди по моему маршруту набора силы, возможно, и ты усилишься. Месяц на грани между жизнью и смертью, постоянное напряжение, и вуаля – ты прям очень сильный маг для своих лет. Единственное, что я могу пообещать – если почувствую какие‑то изменения, сразу тебе сообщу. Ну, и кто меня собрался убивать на этот раз?

– Брат тебе сообщил, что произошло с сыном президента Америки?

– Ну так, в общих чертах. А что?

– А то. Он сгорел заживо в своей машине. И Мэтью Картер над его могилой поклялся отомстить. И хотя прямых доказательств нашего участия в этом… несчастном случае нет, мстить он будет именно нам. А точней, либо тебе, либо брату. За этим их группа ликвидаторов и прибыла в Москву.

– И что же вы, такие знающие, их сами не ликвидируете?

– Им кто‑то помогает, снабжает информаций – хотим поймать крысу в наших рядах.

– Но, по факту, это же мы отправили его сыночка на встречу с богами?

– Мы. Потому что Мэтт возомнил, что может начать грязно играть на нашем поле и ему за это ничего не будет. Подставлять правую щеку, когда тебя ударили по левой, мы не приучены. Поэтому и ответили сразу и максимально жестоко, чтобы другим неповадно было. Умный бы понял, а этот… В общем, он решил пойти на обострение. И тут два варианта – или его свои же удавят, потому как прямая война сверхдержав никому не нужна, либо он удавит тех, кто против него. А на что способен ослепленный местью отец, тебе, я думаю, говорить не стоит.