"Фантастика 2026-161". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Глурджидзе Вахтанг "Вахо Глу" - Страница 90

- Вот, я вспомнила весь текст и даже перевела на корейский, как смогла.

Так, смотрим оба текста. Ясно, что стихотворный русский не станет стихами на корейском языке. Но вроде всё в порядке, смысл передан точно. А рифм корейцы и в своих песнях не соблюдают!

Читаем. Слегка поправляем исходник на русском под нашу ситуацию. Маша удивлённо смотрит на новые стихи:

Ты знаешь, хотелось нам жить

Наслаждаться восходом багряным

Жить, чтобы просто любить

Всех, людей, кто живет с нами рядом.

Ты знаешь, хотелось нам жить

Просыпаться с семьёй на рассвете.

Утром встать и кофе сварить,

Пока ещё спят все на свете

Ты знаешь, хотелось нам жить

Как нигде не напишут в газете,

Не гореть, и от боли не выть,

И не гибнуть от пуль на рассвете…

Ты знаешь, хотелось нам жить

В миг, когда нас всех задавило

Встать и громко всем объявить:

"Мы вернёмся, хоть нас и прибило!"

Ты знаешь, хотелось нам жить

В ту минуту, что роковая

Все плохое забыть, всех простить

Лишь в прощенье - спасенье, мы знаем!

Ты знаешь, хотелось нам жить…

Мы погибли, но к вам мы вернёмся!

Чтоб пред вами весной расцвести,

Новым лесом для вас обернёмся…

- А теперь подправь корейский текст. – Возвращаю Маше листок с исправлениями.

- А петь кто будет?

- Сон Ён и Айяно. Там в кадрах у нашего офиса есть, как гибнут две школьницы. Вот это будет на экране, потом кадры, когда горящие дети пытаются вырваться из общежития и кадры, когда с крыши офиса СМ кидают девушек и женщин. Всё будет подписано, когда, где и что… Так, Бо Рам с компанией используем в бэквокале. Они будут в нужных местах петь: "Ты знаешь, хотелось нам жить". Поэт Ким Мин Джи, композитор Алиса Селезнёва.

https://www.youtube.com/watch?v=ItPdMttFkKw (оригинальный клип, переделанный нами).

Маша кивнула и ушла дорабатывать. Так, а если из этого сделать клипы на корейском, русском и английском языках?

Так. У нас Алиска же на японский переводить умеет! А я и забыла. Обрадуем япошек!

На корейском пусть по куплету «Универсальные сёстра» под кадры побоища поют. Там их хватит и на концерт и на отдельные песни. На английском споём я, Маша, Юко и Алиса. Тоже самое, но без Юко – поём на русском, а Японию шокировать будут Айяно, Юко и Алиса.

Вот! Можно начинать работу над клипами. Только пусть Маша окончит свою часть. Сейчас побегу к нашим музыкантшам, мелодию напою…

К вечеру у нас уже были ноты и каждая группа учила свою часть. «Сёстрам» тоже переслали текст на корейском и флешку с музыкой - всё повезли вместе с обедом от хальмони. Они посмотрят и завтра приедут к нам, тренироваться и записывать…

Прошёл парад у дворца президента. Под наш марш вышагивали южнокорейские колонны...

Уже наступило тридцатое мая. Подготовка концерту всё ускоряется.

Я собрала пресс конференцию и объявила журналистам, что сегодня ночью в Интернет и голосеть будет запушен ролик с песней, посвящённой погибшим. Песню на корейском языке исполнит группа US. Для иностранного сегмента на СКР пойдёт эта же песня на русском языке, для японцев – на их языке, а для всего остального мира – есть английский вариант.

В клипе будут использованы некоторые кадры побоища у офиса СМ, у его общежития и боя у офиса «Солбанг-Ул».

На пресс конференции были и представители иностранной прессы. Один из журналистов, по моему, американец, спросил:

- А в клипе будут игровые кадры?

- Нет, это реальная запись с внутренних камер офиса СМ и голофона одного из участников событий около общежития этого агентства и кадры, снятые около нашего офиса.

- Министр внутренних дел Кореи заявил, что эти записи вам подкинули. Это правда?

- Да, и я хочу выразить огромную благодарность этим людям. Они, рискуя жизнью, смогли вытащить из офиса СМ запись с внутренних камер, ведь здание уже горело и по всем этажам бегали бандиты и убивали всех, кого видели. И такое же спасибо надо сказать и фанатам, снявшим драму в общежитии СМ. Ведь они тоже рисковали жизнью.

К тому же родственники сожжённых бандитами айдолов и трейни должны до концерта хотя бы увидеть, что там реально происходило.

Поэтому мы и решили сделать клип с одной из песен, которая прозвучит и на концерте, но там она будет с другим видеорядом.

После пресс конференции я позвонила Сон Хену:

- Ты чего не приходишь? Хальмони говорит, что только названиваешь ей.

- Занят я, учу все эти термины. Взял недавно на пробу перевод.

- Но у тебя же нет сертификата. Ты ещё школу не кончил!

- Да нет! Просто один одноклассник купил японскую аппаратуру, а там в инструкции только по-японски написано. Вот он и обратился ко мне. Перевёл я ему за три дня , он сто тысяч вон мне заплатил!

- Молодец! Продолжай в том же духе!

Вечером запустили на все сектора голосети и Интернета нашу песню. Посмотрим, что напишут люди. Но обзор откликов будем смотреть завтра, а пока я говорю с Ли Су Маном:

- Все агентства согласились с твоим предложением, Джин!

- Вот и славно! Пусть присылают группы для тренировок. Надо будет поговорить с администрацией стадиона, чтобы она разрешила нам там репетиции проводить.

- Уже договорились. Те даже плату брать не хотят. У некоторых из сотрудников стадиона до сих пор в больницах лежат раненые тогда дети и родственники, а у директора погибла в офисе СМ дочь.

Кстати! Эстрада уже готова. И гримёрные там тоже есть.

- Очень хорошо. Тогда погоню всех наших завтра на стадион, и другие лэйблы пусть свои группы привозят! Когда назначили концерт?

- Тебе Чин Ён не звонил?

- Нет!

- Тридцатого июня. Уже всем телекомпаниям передали. Ну ладно, аньён!

- Аньён!

За ужином я «обрадовала» всех девчонок, что с завтрашнего дня будем ездить на стадион, проводить репетиции. Потом позвонили в госпиталь Жене.

Она скучает, завидует девчонкам, что они поют. Хальмони каждый день посылает ей еду – наши шофера отвозят контейнеры в госпиталь.

Следующее утро начинается с беготни – надо погрузить инструменты, обеспечить охрану при перевозке людей и груза и прочее, прочее, прочее. Маша и я разделили обязанности, поэтому уже в час дня мы начали первую репетицию на стадионе.

Познакомились с айдолами и трейни из других агентств. Их проверяли наши специалисты.

Пришлось договариваться с оператором табло, а их на стадионе три штуки, решали, что, где и когда будем показывать.

Естественно, посетила я и директора этого сооружения. Принесла ему флешку с кадрами из офиса СМ. Среди сброшенных с крыши офиса его дочери не оказалось. Тогда я прямо спросила его, какого возраста была его дочь и чем она занималась в СМ.

- Ей было двадцать шесть, она работала в костюмерной. А зачем вы меня это спросили?

- Я знаю, что произошло с вашей дочерью. Хоть мы и сказали, что смотрели только начальные и конечные кадры роликов, но…

- Говорите! Я выдержу! Вот её фотография. – Он повернул ко мне стоявший на столе в рамке фотопортрет. Я всмотрелась. Да, это она… Придётся говорить, раз обещала:

- Вашу дочь с ещё одним сотрудником бандиты обнаружили спрятавшейся за костюмами. Их выволокли в коридор. Избили ногами и палками, потом облили чем-то горючим и выкинули из окна пятого этажа…

По мере того, как я рассказывала, лицо мужчины посерело, глаза наполнились слезами, он рухнул в кресло и заплакал.

Мне было неудобно на это смотреть и я вышла, тихо прикрыв дверь…

- Директор у себя? – Спросил меня какой-то сотрудник стадиона, увидев, что я шла от кабинета начальства.

- Сейчас его лучше не беспокоить! Он узнал, как погибла его дочь…

Сотрудник побелел, зачем-то мне поклонился и бросился на выход.

Мы закончили репетицию в восемь вечера. Погрузились в наши микроавтобусы – «леталки» и полетели в офис.