"Фантастика 2026-161". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Глурджидзе Вахтанг "Вахо Глу" - Страница 88

Я киваю головой и включаю запись. После двух фрагментов и следователь и полицейский бледнеют.

- Вы никому этого не показывали?

- Нет. Я решила передать это следственному комитету. Поэтому вам и позвонила. Мелькнула мысль, понести это на телевидение и продать. Но это будет нажива на смерти сотен людей, и нас просто не поймут, пойди мы на такой шаг. Да и как глядеть после этого со сцены в глаза родственникам этих детей, погибших от бандитов.

Да и концерт будет транслироваться на несколько зарубежных стран. А там такие кадры могут вызвать негативное отношение к корейцам.

- Правильно сделали, что вызвали нас. Не на всём можно наживаться. – Говорит следователь. - Мы конфискуем у вас эти записи.

Сейчас составим акт о добровольной передаче вашей фирмой найденных бесценных материалов.

- У меня только будет к вам просьба. Если возможно, то разрешите нам использовать несколько кадров для концерта. На нём будут присутствовать родственники сгоревших айдолов и трейни. Я читала, что они послали петицию министру внутренних дел, чтобы он помог им прояснить, что произошло у общежития.

Можно и господина министра избавить от этой трудной миссии, если он объявит по телевидению, что следственный комитет разрешил «шишкам» продемонстрировать родственникам погибших на концерте уникальные кадры (которые мы выберем вместе с вами), показывающие, как погибли их дети.

- Это мы сейчас устроим. – Соглашается следователь. Он звонит министру и коротко рассказывает, что случилось.

Министр недолго думает и даёт добро. Видно, что он эти дни не выходил из рабочего кабинета. Следователь составляет акт, мы его подписываем и полиция уезжает, забрав флешку.

Девчонки обступают меня и Машу, требуя рассказать зачем тут была полиция. Говорю им версию с находкой флешки, озвучиваю вкратце, что там записано. Рассказываю, что на концерте будут применены кадры из этих записей, но только те, которые можно показывать родственникам погибших айдолов и трейни из СМ.

Уже наступила ночь и мы ложимся спать.

Утром после завтрака я отправляюсь вместе с Машей в национальный театр Кореи. Одним из резидентов которого является Национальный оркестр республики.

Национальный театр Южной Кореи

Здании театра впечатляет. Мы заходим вовнутрь и охрана вызывает менеджера оркестра. Приходит подтянутый мужчина, который сопровождает нас в кабинет, где сидит руководство этого коллектива.

Как я и ожидала, с нами разговаривают немного свысока и сквозь зубы. Вижу, что Маша злится, и по её напряженно стиснутым в «замок» пальцам, чувствую, что она уже готова сидящим напротив нас мужикам в галстуках расквасить носы.

- Значит, вы не желаете с нами сотрудничать из-за своих амбиций? Не хотите выступать на концерте памяти, организованном нашим лэйблом?

- Но мы не играем рок, джаз, ваш К-поп или ещё какое-нибудь диско! Мы оркестр классической музыки! – Гордо поднимает голову один из переговорщиков.

- А вас и не просят играть то, что вы не умеете! Вам предлагают исполнить впосле классичесие произведения, которые вообще не имеют отношения к эстрадной музыке.

Их написала под моим руководством один из композиторов и мемберов нашей группы Юко Оно, так как второй композитор лежит в госпитале.

- И что может написать какая-то девчонка? – Снобизм так и прёт с этих господ. Если бы не поручение Чин Ёна, я бы вообще не связывалась с этими вонючками.

- Что может? Узнаете из файла, который мы вам пришлём через два-три дня. Если вам не понравится, то мы исполним их сами на концерте. Для этого синтезаторы и существуют.

- Нельзя играть классику на электронных инструментах! – Ворчит один из мужиков – переговорщиков.

- Нам всё можно! – Срывается Маша. – Если не хотите выступать, так и скажите. А мы это объявим зрителям: «Национальный оркестр отказался участвовать в концерте, посвященном памяти жертв майских беспорядков»! Пошли, Джин. Пусть сами нам звонят, если захотят участвовать! – Маша хватает меня за руку, и вытаскивает из кабинета.

Летим домой. По пути я звоню Чин Ёну и сообщаю, что оркестр не захотел играть на концерте. Он чертыхается, называет руководителей оркестра идиотами и спрашивает:

- А вы сами не сможете сыграть свою музыку?

- Сможем! У нас же аппаратура есть, а Алиса, она скоро выйдет из госпиталя, может играть на рояле. Так что, обойдёмся без оркестра.

- Хорошо! Да и платить на сторону меньше придётся! – Смеётся Чин Ён.

Прилетаем домой. А там визг, писки и восторженные крики – Алису выписали на два дня раньше. Она абсолютно лысая, с головой, похожей на биллиардный шар, без бровей и с неестественным пока цветом кожи на лбу и щеках. Но настроение у неё боевое.

Все девчонки тренируются. А мне надо с нашими «композиторами» в комнате звукозаписи поработать с «придуманной» мной классикой. Это занимает целых четыре дня, хорошо, что пока других дел нет.

Наконец, три музыканта подобрали ноты и получилось что-то очень похожее на «Музыку слёз».

https://www.youtube.com/watch?v=WULED5gWcoU

Одновременно с этим подбирали и разучивали «Дорогу скорби»

https://www.youtube.com/watch?v=SOd-rr_h9Ss

Еще два дня, и зазвучала «Музыка рая»

https://www.youtube.com/watch?v=FnTSSentLqo

Решили, что на рояле всё будет исполнять Алиса, а девочки на синтезаторах будут немного подыгрывать ей.

Потом я подумала, что нужна какая нибудь песня отца или матери о погибшей дочери. Вроде я такую в Интернете у нас там слышала. Сейчас, посижу, повспоминаю. Так! Есть! Вот только переводить с русского на корейский я не буду. Пусть Женя, а если она к этому времени из больницы не выйдет, то тогда Алиса споёт.

Или может Машу попробовать? Вначале запишу лучше песню на русском.

Проходит час. У меня всё готово. Я иду к Юко, она свободна.

Напеваю ей мелодию. Она за два часа подбирает ноты – там довольно простой мотив.

https://www.youtube.com/watch?v=vqGoSgdPPgI

А что это за песня будет? – Алиса и Айяно тут как тут!

- Песня на русском языке с синхронным переводом на корейский. Вот. – Поднимаю листок, и неожиданно для самой себя начинаю петь.

О! А голос то у меня подходяший! Значит, я и спою её на концерте. У Алисы и других и так забот полно. А название так и оставим – «Песня о погибшей дочери». И пока я буду петь, сзади на экране будут возникать портреты погибших школьниц и студенток. А для «Музыки рая» я попрошу у родственников детские фотографии погибших и мы сделаем клип – мультфильм.

Так, теперь Лиса и пятёрка Бо Рам. Что им дать спеть? По японски они пока не умеют, а английский знают посредственно.

Внезапно я впомнила, что была какая-то корейская песня под названием «Хвала смерти». Поискала в сети и интернете. Тут её нет.

Хорошо! Распределим её по куплетам и голосам и Бо Рам с компанией и Лисой, которая будет танцевать медленный танец (пусть посоветуется с учителями музыки и танцев). О! Мне бы такую память в моей прошлой молодости!

https://www.youtube.com/watch?v=o4IF4hf_mm0

Назовём эту песню, как и у нас: «Хвала смерти». Так, пока я помню мелодию, бегу к Айяно.

У меня что, команда музыкальных вундеркиндов?

Японка подобрала музыку к напетой мелодии за час! С листками текста бегу в танцор-зал, за мной быстрым шагом двигается Айяно.

- Так, у вас перерыв? Тогда все сюда! На концерте будете петь вот эту песню. Айяно вам сыграет.

Лиса, ты с учителем танцев подберите танец к этой мелодии! – Тайка кивает. – Кюри, распределите куплеты между собой или пойте по одной строчке каждая.